Инженер без стажа: смерть - Dagonil

Интерлюдия: Проклинатель

‘Мастер проклятий, это то что надо’. Выбрав нужный вариант отошёл на пару шагов назад. Банкомат разделился на две части и создал рамку, вспышка света и на земле оказался коротышка в грязном балахоне. Рамка сложилась и ушла под землю, оставив меня с незнакомцем. Кряхтя и матерясь на неизвестном языке, он поднимался, отряхнув свой толстый нос он вперил свои фиолетовые глазёнки в меня.

— Хто ти? Новий ученик? Их, чёртовие контракти. Садись за земли и внимай.

Простояв в исступлении пару минут, резко осознал что сказало существо, мгновенно опустил пятую точку.

— Хорошо мастер, я буду изучать проклятия?

— Ти какий бистрий. Я Черномизий из рода мастеров проклятий, как тибя звать?

— Гришка, Гриша или мой псевдоним Тёмный.

Гоблин поцокал языком и походив на месте, вытянул зеленый палец с коричневым ногтем вверх и что-то сказав на своём языке резко повернулся и заговорил.

— Звать тибя типирь: Веса! Носи это имя гордо и величиствинно.

— А что оно значит мастер?

— Слабий звирь. Я позволю сменить теби имя, когда станишь настоящим мастером проклятий.

— А с чего мы начнём?

Гоблин присел напротив меня и вглядываясь своими светящимися фиолетовыми глазами в душу, заговорил.

— Чиво могёшь?

— Привороты, сглазы и предсказание.

— Хи, ти? Ну показивай.

Сбегав домой за нужным ящиком, присел на то же место и достал колоду специальных карт. Гоблин зафиксировал взгляд на картах и внимательно смотрел. Перемешав, начал класть на землю. Закончив дела, предложил вытянуть пять карт. После того как мастер поочерёдно взял карты, начал предсказывать, но не смог сопоставить ни одной карты.

— Не понимаю, как это.

— Невидишь будущее? Ведь ти слабий, но потенциональний ученик.

— Мастер, можете сказать почему я не могу прочитать ваше будущее?

— Я ни подвластин судьбе, поэтому и не видишь. Что ещё покажишь?

Убрал карты в ящик и достал разного вида камешки, куклу Вуду с иголкой из настоящей кости ’Это точно удивит его’. В этот раз гоблин даже придвинулся поближе.

— Мастер, разрешите взять у вас волос.

— Мастера проклятей не имеют волоси, а нет, сийчас дам.

Гоблин засунул руку в балахон и дёрнув рукой в пахе вытянул чёрный волос. Скривившись, взял и воткнул в иголку, подкрутив волосок привязал к голове куклы вуду. Положил на землю вуду и обложил разными камушками. Наложив руки, начал наговаривать заученное проклятье, но меня перебил мастер.

— Ни налаживаю, а накладиваю. Вудовутсво очинь трудная, нужно много колдовской сили, не будим пока изучать этого.

— Хорошо мастер, тогда чему будете учить меня?

— Руни, для ученика самое то.

Гоблин корявым пальцем начал чертить на земле сердце, а затем крестик в нем. Закончив, достал из балахона колбочку с красной жидкостью.

— Запоминай и внимай, это прямая слабость здоровия, оно ослобляет если ты вливаешь крофь врага или усиливает тебя, если випиваешь его крофь.

— А что делать мастер?

— Порешь свой палиц и капни на руну, затем випий или плесни на руну крофь. Чем больше колдовства в тибе, тем сильнее проклятие. Это моя крофь, оценю тебя.

Протёр костяную иглу и кольнул в указательный палец, надавил и капнул на руну, а затем взял у гоблина колбу и откупорив деревянную пробку плеснул внутрь руны. Кровь быстро исчезла, а гоблин стал источать фиолетовый дымок.

— Ниплоха, это хорошо что с детства учился колдоству. Дажи чувствую немного слабость, пора учить тибя рунам.

…

Пять страниц заполнены десятками рун и кратким описанием, всё это я должен выучить сегодня и завтра рассказать о каждой. ‘Гоблин, кхм, Мастер обещал завтра усилить меня, интересно что будем делать?’. Присев за компьютер, по привычке нажал на кнопку запуска, но характерного гудения нет. ‘Опять столб завалился?’ Вышел на улицу и поглядел на прямо стоящий столб, поглядел на провода, они тоже целые. ‘Вот надо было же поселиться в глуши, хотя тут покой и никто не мешает’.

…

— Гляди, опасний звирь, тебе надо проклясть его и съесть его сердце.

— Хорошо, стоп что?

— Прокляни и съешь его сердце, ти ведь учил руни?

— Да мастер.

— Тогда дийствуй.

‘Руна способная проклясть не добывая крови противника, он же не учил меня такому. Хм, а я понял‘. Начертил на земле круг и внутри него точки, затем зачёркнутое линии и ткнув иголкой в палец выдавил капельку капнув в середину. Руна вспыхнула фиолетовым дымом и начала медленно подниматься. Начертил руну ветра в дыму и он устремился в розовый панцирь огромного броненосца.

Палец мгновенно защипало и онемев он опустился. ‘Ожидаемо, про это мастер говорил’. Начертил на земле сердце и кружок в нём, капнул онемевшим пальцем и почувствовал облегчение. ‘С проклятиями надо аккуратно, если не обнулить эффект, то валялся бы не только монстр’.

Дым дошёл до огромного монстра, тот что-то почувствовал и развернулся. Заметив облачко стал обнюхивать дым, его нос точка дёрнулся и сделав пару шагов назад удивлённо уставился на меня. Зверь рванул в мою сторону, по пути свернулся в шарик покатился давя деревья и кусты. Подскочив на месте собирался рвануть подальше, но гоблин с такой силой ухватился за руку, что даже не смог сдвинуться на миллиметр.

— Не бойся, звирь вдихнул проклятие, а значит и падёт.

Броненосец протаранил дерево и застрял, распластавшись он вытянул свои лапки вверх и беспомощно улёгся. Гоблин пошёл ведя меня. Приблизившись к парализованному зверю, вспомнил что говорил гоблин, достал кухонный нож.

— Типерь, вырежи его сердце и испей крови, затем сердце сьешь. Оно здесь, дийствуй бистрее, проклятие твоей сили не долговични.

Гоблин указал на животе место. Залез на тушку и взяв нож тыкнул в прочную шкуру, зверь дёрнулся. От испуга обронил нож, гоблин поднял с земли и передал мне.

— Чем сильнее воля мастера проклятий, тем опасние он сам.

Взял нож, поднял над головой и с силой вонзил в тело. Зверь дёрнулся и практически сбросил меня, но держась за нож не упал. Закрыв глаза, начал расширять рану и с каждым порезом всё сильнее давил на нож.

— Просунь руки и подними пластину, а затем выдирни сердце.

— Д-да мастер.

Руки почувствовали неприятную горячую жидкость и с каждым пройденным миллиметром, ощущал себя паршивее. Пальцы ощутили твёрдые продолговатые пластинки, засунув под них руки приподнял и протолкнул глубже. Пальцы нащупали бьющиеся сердце ухватившись за него не сдержался и выблевал остатки завтрака. Рук же не убрал