Хранитель кошмаров - Даниэль Ровски

«Хоть бы всё сработало» — взмолился парень, напрягая голову, — «Думай, думай…».

Но как в таких условиях думать?! За ним гонится монстр, а время ограничено настолько, что, когда он забежит в кабинет, у него будут считанные секунды на реализацию. Вспоминай, что им говорила мисс Бенинг на уроках? Её слова всегда смешивались в бессвязную кучу, и из раза в раз парень с сконфуженным видом переписывал непонятные закорючки с доски с полным непониманием. Но должно же быть хоть что-то…

Адри вбежал в кабинет и так быстро, как мог, схватил ближайший стул и подпёр им дверь. Тенеподобный врезался в жалобно скрипнувшую дверь с размаху. Парень пронёсся мимо парт, таблицы химических элементов и портретов великих химиков, которыми он всегда восхищался, прямиком в крохотную лаборантскую, где он был всего пару раз по счастливой случайности.

Дверь в кабинет снова содрогнулась с оглушительным ударом. «Думай!» — напрягся Адри, перебирая в памяти всё, что могло пригодиться.

«Стоп.» — на секунду он остановился, ухватываясь за ниточку воспоминаний. — «Нам ведь когда-то включали видео… Где наглядно объяснялось, почему нельзя играться с реагентами… Что-то тогда рвануло…».

Взгляд Адри скользнул по ящикам в лаборантской. Каждый был подписан по-своему. Серная кислота, соляная кислота, всевозможные колбы и пробирки, магний, натрий…

Натрий. Парень дёрнул за нить и в голове зазвучал строгий голос мисс Бенинг: «Нельзя, слышите меня, никогда даже не вздумайте смешать натрий с водой! Все меня услышали? Пары ложек хватит, чтобы мы все здесь взлетели в воздух…».

Адри без раздумий дёрнул ящик. Он не поддался: закрыт. Дёрнул сильнее, стараясь вырвать его, и помог себе мечом. Ящик поддался и свалился на пол, рассыпая своё содержимое. Парень нагнулся и взял в руку горсть порошка натрия. Засыпал его в ближайшую пробирку и выбежал обратно.

На самом деле он даже не думал о том, что делает. Его тело двигалось по инерции, полностью уверенное в своих действиях. С трудом подняв небольшой круглый аквариум на учительском столе, оказавшимся гораздо тяжелее, чем казался, он дотащил его на задние парты, поближе к двери, за которой издался третий оглушительный толчок.

«Никогда, слышите, никогда даже не вздумайте смешать натрий с водой!».

Адри никогда не слушал мисс Бенинг, поэтому делал вид, будто и в этот раз он пропустил её слова мимо ушей, мысленно извиняясь перед учительницей.

Четвертого раза дверь не выдержала и слетела с петель, рассыпаясь не щепки. Адри поднял оружие и стиснул зубы. «Давай… подходи…».

Тенеподобный взревел, когда увидел свою добычу, и кинулся вперед. Адри отскочил и ударил монстра стулом по затылку. Тот повалился вперед и на несколько секунд стих. Этого времени хватило, чтобы выбежать из кабинета и из коридора кинуть пробирку с натрием в аквариум. У него была одна попытка, и у него получилось!

«Рыбки, простите.» — мысленно извинился Адри и перед ними, захлопнув руками уши и бросаясь на пол.

И… ничего не произошло. Тенеподобный поднялся и заклокотал, кидаясь из кабинета. Но не успел: реакция пошла как раз вовремя. Рвануло так, что по барабанным перепонкам Адри будто молотком ударили. А из кабинета через проход полетели чёрные ошмётки.

«Стоп, нет, нет, нет…» — Адри резко вскочил, но пошатнулся: последствия взрыва. Но, как мог быстро, всё равно кинулся в библиотеку, насильно заставляя сознание не просыпаться.

— Дара! — крикнул он, врывая в помещение. Чернота прекратила разрастаться, а девушка сидела, прислонившись к стене спиной. Все её тело было покрыто чёрной жидкостью, а сама она еле дышала.

— Адри… — прошептала она. Она говорила с трудом.

— Я победил его. Слышишь? Я справился. Что это за гниль?!

— Адри… Всё хорошо. — она постаралась улыбнуться, но ничего не получилось. — Эта гниль — моё проклятие.

— В каком смысле — проклятие?

Девушка не ответила и закрыла глаза. «Нет, нет, нет, нет, нет!» — Адри подбежал и, подавляя рвотные позывы, рукой стряхивал чёрную жидкость. Он поднял Дару на руки, вынося в коридор. Сходил в ближайший кабинет, чтобы взять тряпку для доски, но передумал, и отрезал мечом кусок шторы. Вернулся и как мог постарался оттереть черноту.

Она дышала. Её грудь медленно вздымалась и опускалась, но сама она была без сознания. Парень просто сидел с ней и корил себя за то, что ничем не мог ей помочь. Она всё это время жила с какой-то гнилью, являющей её главным страхом… Удивительно, как разнообразны его знакомые.

Девушка открыла глаза только через несколько минут.

— Дара, у меня мало времени. — как можно тише и ласковей сказал Адри. — Расскажи мне, что это за гниль?

— Адри… — она посмотрела ему в глаза. Какое-то время она ничего не говорила, затем отвела взгляд и продолжила, — Я всю жизнь жила с проклятием гнили. Она уже часть меня, и я ничего не могу с ней сделать.

— Что это за гниль?

— Это то, что я преподношу другим людям. Когда я сближаюсь с кем-то, то тоже его заражаю и превращаю его жизнь в кошмар… Поэтому, Адри, пожалуйста… — на её глазах вновь выступили слёзы, — Оставь меня…

— Дара. — отрезал Адри. — Я не знаю, что у тебя произошло, поэтому говорю за себя. Посмотри на меня. Ты видишь, со мной всё в порядке? Никакой гнили. Я её победил, её ошмётки валяются у кабинета мисс Бенинг. Нет у тебя никакого проклятия. То, что случается с остальными — не твоя вина. Слышишь?

Она медленно кивнула, обрабатывая услышанное.

— Ты победил? — переспросила она.

— Да. Я победил гниль, а значит, разрушил твой проклятие.

Дара улыбнулась. На этот раз искренне. А Адри закрыл глаза и позволил своему сознанию исчезнуть, обещая себе, что ещё обязательно возьмётся за химию.

Глава 20. Чего боится пепел

Монотонные несколько дней пронеслись так, слово они сорвались с цепи. Краем глаза Адри следил за Дарой: девушка выглядела так, будто хотела что-то сказать, но молча отворачивалась. В какой-то момент Адри даже заметил, как она и Нортон что-то обсуждают на перемене, причём даже не смотря друг на друга. Это определённо прогресс.

Шелби тоже заметно сияла. Она, в общем-то, всегда сияла, но за эти несколько дней — особенно ярко. Улыбка не сползала с лица Адри.

Осрик заболел, так что с тренировками тоже пока был отдых.

Единственное, что всё ещё находилось в списке его дел — это Алестер.

Парню не давала одна мысль.

Каждый раз входя в дверь с чьим-то именем, он попадал в