Щит Найнавы - Андрей Астахов

В спальных покоях царил полумрак, за полупрозрачными перегородками тускло мерцали крошечные светильники. Здесь Леорса встретила стража и проводила дальше, в спальню князя.

Тодзе еще не лег спать. Он сидел на циновке, и молоденькая массажистка разминала ему шею и плечи. Леорс остановился на пороге, отвесил князю учтивый поклон и, получив приглашение войти, прошел в спальню.

– Уходи, – велел Тодзе массажистке, потом долго и бесстрастно смотрел на гостя. Леорс привык к санджийским обычаям и знал, что у знатных вельмож сначала принято молча таращиться друг на друга, словно они в первый раз встретились, а потом, прежде чем заговорить по делу, долго вести разговор о всяких пустяках. Но на этот раз Тодзе отошел от этикета.

– Ты вернулся очень быстро, Эйли, – сказал он.

– Дело сделано, лорд Тодзе, – наемник положил мешок перед Тодзе. – Принц мертв, и его дядя тоже. Я привез доказательство.

– Где же оно?

– В этом мешке, лорд Тодзе.

– Открой мешок, – велел князь.

Леорс опустился на колени, раскрыл мешок так, чтобы Тодзе мог видеть его содержимое. Лицо князя осталось бесстрастным, он долго молчал. А потом позвонил в колокольчик.

– Пусть принесут чаю и вина, – велел он вошедшему слуге. – И пусть господин Рике немедленно навестит меня для беседы.

– Я выполнил контракт, – сказал Леорс. – Не скажу, что это было просто. Проклятые айджи дрались, как одержимые. Я потерял шестьдесят человек.

– Я щедро награжу тебя. А что люди Ирмаса?

– Они дали нам несколько часов. Ирмас сдержал слово, его люди намеренно не присоединились к кортежу Оваро. Мы встретились с ними уже после сражения.

– Что им было нужно?

– Узнавали, не уцелел ли кто в побоище. Я сказал, что мы убили всех.

– Вы действительно убили всех?

– Даже лошадей.

– Тогда почему они спрашивали?

– Возможно, решили, что мы могли взять пленных в расчете на выкуп. Но я выполнил ваш приказ буквально.

Появившиеся слуги внесли подносы с фарфоровыми и серебряными чашками, бутылки с вином и большой чайник с зеленым чаем, настоянным на цветках лотоса и лимоне. Тодзе принял чашку с чаем, наемнику велел налить вина, затем знаком отослал слуг.

– Я проинформирую Совет Князей о гибели принца Оваро, – сказал князь. – Думаю, Совет с пониманием встретит эту новость. Так или иначе, у нас появился шанс покончить с войной.

– А мне что делать?

– Молчать. И твои люди пусть молчат, если не хотят лишиться голов, – Тодзе с наслаждением сделал несколько глотков. – Ты еще что-то хотел?

– Я получил известие от своих вербовщиков в Диких городах. Они наняли еще двести семьдесят человек и могут отправить их в Хеалад хоть сейчас.

– Но нужны деньги, не так ли?

– Сорок фунтов серебра, лорд Тодзе.

– Казна истощена. Но я подумаю, что для тебя можно сделать.

– Благодарю, лорд Тодзе.

– Ступай. И позаботься об этом, – князь показал на мешок с головами. – Закопайте их где-нибудь.

– Будет исполнено, лорд Тодзе.

Рике появился в спальне князя вскоре после того, как ушел Леорс. Некоторое время князь и его гость молча пили чай, наслаждаясь вкусом и ароматом напитка, затем Тодзе рассказал, с чем к нему приходил командир наемников.

– Сердце мое болит от горя, но разум светел и радостен, – сказал Рике. – Ужасно, что пролилась чистая кровь Дракона, и род Эдхо теперь пресекся. Но у нас не было другой возможности покончить с этой войной. Пусть князя утешит то обстоятельство, что он совершил это для блага Хеалада.

– Ты понимаешь меня, Рике. И я благодарен тебе. В конце концов, в том, что наши враги мертвы, есть и твоя заслуга. Но Совет Князей может не понять.

– Совет Князей подчинен вашей воле, лорд Тодзе. Теперь, когда вы стали единственным законным наследником Драконьего Трона, ни один из соправителей не посмеет вас в чем-либо упрекнуть. Тем более что нет доказательств вашей причастности к гибели Кадаи и принца Оваро. Их убили наемники. Мы пустим слух, что это дело рук людей Ирмаса Удэна.

– Это означает войну с севером, Рике.

– Она неизбежна, лорд Тодзе. Реальная власть на севере всегда была в руках у наемников. Перемирие, заключенное с домом Эдхо, не распространяется на служившие Эдхо бандитские шайки. Хорош или плох был принц Оваро, но он был вашим родственником и санджи из знатного рода. Кто такой Ирмас? Варвар, чужеземец и убийца, командующий разноплеменным сбродом из таких же варваров, чужеземцев и убийц. Считать его равным себе, значит унизить себя. Уничтожить его – значит, покончить с властью иностранных наемников и начать освобождение Хеалада от язвы, уродующей его со времен еретика Утаро.

– Твоя ненависть к айджи кажется мне чрезмерной, Рике. Они хорошие подданные и всегда жили с нашим народом в согласии.

– Они чужаки на этой земле, лорд Тодзе. Пришельцы, не знающие и не почитающие наших обычаев, наши традиции и святыни. У них своя вера и свои ценности. Да, они хорошие работники и воины, но разве мы, потомки народа Аричи, хуже их? Эта земля принадлежит нам, и на ней нет и не должно быть места для пришельцев. Пройдет еще сто, двести, триста лет, и айджи тихо уничтожат нас. Они растворят нас в себе, осквернят нашу священную кровь смешанными браками, обратят санджи в свою веру, разрушат те священные традиции, на которых империя Дракона стояла две тысячи лет. Айджи сильны, лорд Тодзе. Они непохожи на нас. Для санджи главное в жизни – это следовать установленному богами порядку и хорошо выполнять свою работу и свои обязанности перед властью и семьей. Любые перемены нам не по душе. Айджи другие. Ими управляет жажда выделиться, проявить себя, стать лучшим в своем деле. Они презирают кастовый порядок и смеются над нашими представлениями о роли личности в государстве. Они не просто следуют жизненным установкам – они создают эти установки под себя. Их жизнелюбие, независимость, свобода мышления опасны для нас, лорд Тодзе. И потому нам следует избавиться от них. Хеалад должен стать землей санджи и только санджи.

– И все равно, мне непонятна твоя категоричность. Если следовать твоей логике, следует перебить целый народ.

– Может быть, в этом наше спасение.

– Это трудный выбор, Рике.

– Когда я был очень молод, мой учитель рассказал мне притчу про одного человека. Этот человек был так беден, что у него были всего лишь две мало-мальски ценные вещи – большой глиняный кувшин и гусенок. Чтобы гусенок не убежал и не потерялся, человек посадил его в кувшин, и гусенок рос в этом кувшине, пока не превратился в большого и жирного гуся. В это время в стране начался голод. Еда стоила очень дорого, и бедняк не мог ее себе купить. Тогда, измученный голодом, он решил убить и съесть гуся. Однако для того, чтобы это сделать, ему необходимо было разбить кувшин – гусь был так велик, что вытащить его, не разбив сосуд, было невозможно. Мой учитель спросил меня: "Как бы ты поступил на месте того бедняка, Рике?" Я долго думал над этой загадкой и дал ответ, который мой учитель назвал правильным.