Я - паладин! - Виктор Косенков

Пробраться за кулисы, какими бы условными они ни были, оказалось не просто. Если мальчишку с ярмарки могли просто не заметить, то молодой кадет привлек внимание трех бугаев, одетых по-попугайски ярко, что подрядились охранять артистов. Один из них, лысый крепыш, упер ладонь в грудь Леона и просипел:

– Куда идете, гражданин?

Обращение вежливое, не придерешься. Но сказано с теми узнаваемыми интонациями, которыми пользуются уличные бродяги, намеревающиеся почистить кошелек зазевавшегося прохожего.

Леон молча оглядел охрану. Двое с дубинками, один крутит на пальце веревочку с грузиком. Неприятно крутит. Умело. Леон видал, как такими веревочками вдребезги разносятся крепкие толстостенные горшки из обожженной глины.

Ребята крепкие, но все-таки не преграда.

Однако начинать драку прямо на площади было не разумно.

– Мне нужно туда, я друг.

– Чей еще друг? Туда, – лысый ухмыльнулся, передразнивая Леона, – всем хочется. Но никому нельзя.

Какие-то уроды стояли между ним и той, что когда-то назвала его рыцарем.

Леон почувствовал, как закипает внутри злость.

Охранники подобрались, видимо, почувствовав угрозу.

Молчание затягивалось, казалось, еще чуть-чуть – и между ними проскочит искра.

И тут, будто светлый ангел во мраке ночи, за спинами охранников мелькнула она.

– Марта! – крикнул Леон и поднял руку. Он хотел что-то сказать, чтобы она вспомнила.

Но охрана неверно истолковала его действия.

Лысый присел, и внизу живота будто бы что-то взорвалось!

Боль мигом растеклась по животу вверх. Стало трудно дышать.

Леон присел, зажимая руками больное.

Охрана мерзко заржала. Приученные к уличным дракам, эти ребята были чужды любому искусству. Даже искусству боя, предпочитая бесхитростные, но надежные приемы. Пинок в колено, удар в пах, тычок в горло или «под солнышко». Да и все, потом только заточку в печень, и готов клиент.

– Давай вали отсюда, гражданин, – фыркнул лысый.

– На «вы»… – просипел Леон.

– Чё?

– На «вы». – Он осторожно выпрямился. Было по-прежнему больно, но теперь боль сделалась тянущей, мерзкой. Хотя и терпимой. Марты уже не было видно. – К незнакомому гражданину надо обращаться на «вы». Так принято.

И он с чувством вогнал кулак лысому в подбородок. Хрустнули кости. Голова охранника запрокинулась.

Тут же в воздухе свистнуло! Леон присел. Перехватил руку второго мужика с дубинкой, жестко крутанул ее наружу, заставляя охранника выгибаться дугой. Тот захрипел от невыносимой боли в ломающихся суставах, поднялся на цыпочки. Леон сделал несколько шагов в сторону, держа взятого в захват мужика между собой и тем другим, что раскручивал над головой веревку с кистенем.

– Ты чё?! Ты! Урод! Я… Я тебе… – Охранник с кистенем топтался на месте. Публика, собравшаяся вокруг, хохотала. Никто не собирался звать стражу. Смертоубийства не происходило, а на бесплатное зрелище посмотреть всегда приятно, особенно когда бьют не тебя, а кого-то другого.

– Ой, Пьер, сделай что-нибудь! – наконец заголосил мужик с вывернутой кистью. – Он мне руку сломает!

Пьер с кистенем зарычал и бросился вперед. А с кистенем этого как раз делать и не следовало. Кистень оружие точное, суеты не любит. Веревка как-никак.

Леон толкнул захваченного охранника под ноги Пьеру. Тот к такому повороту был готов, перескочил, но упустил Леона, который вдруг оказался неожиданно рядом. Пьер ударил! Но рука почему-то пошла не так. А как, понять он и не успел. Тяжелая гирька кистеня точно ударила между ног!

Ох больно!!!

Пьер взвыл и повалился на своих дружков.

Толпа зааплодировала. Кто-то крикнул:

– Малец! Беги!

Леон обернулся и увидел, как вдоль сцены проталкиваются к нему еще четверо таких же бугаев с палками, а с другой стороны, перепрыгивая через театральные телеги, мчатся еще трое, видимо, коллеги побитых охранничков.

Такой расклад не входил в планы Леона. Он нырнул в толпу и затерялся в ней. Его пропускали легко, кто-то умудрялся даже хлопнуть по спине, молодец, дескать.

За Леоном никто не погнался, все-таки охране полагалось заботиться о клиенте, а не мстить за избитых товарищей. Однако подходить близко теперь было небезопасно. Леон кружил по площади, наблюдая за происходящим на сцене. Но Марта больше не появлялась. Скакал какой-то акробат. Жонглировал факелами карлик. Факир из далекой и неизвестной страны лежал на острых гвоздях. Прыгали дрессированные собаки. Но хрупкая эльфийская принцесса так и не появилась. Леон осторожно подобрался ближе, стараясь рассмотреть хоть что-нибудь там, за сценой. Но снующие люди, животные, ничего больше. Свет факелов едва-едва проникал в этот таинственный мир, где одни люди готовят чудеса для других.