Место под солнцем - Андрей Васильев

К моему удивлению, Милена и Валя начали ей подпевать, активно шерудя по металлу своими примитивными средствами чистки. И ведь ни о маникюре не думают, ни о мозольках. Нет, женщины все-таки более адаптивные существа, они принимают любую данность как нечто неизбежное.

– Ладно, все при деле, – сказал я им. – Мне пора, пойду, куда собирался. Там Проф один, это неправильно.

– Не, не один. И не там, – прервала свое пение Галка. – Вон он идет, и с ним еще кто-то. Мужик какой-то, женщина и вроде как мальчишка еще с ними. Или просто невысокий человек, я против солнца лиц не вижу.

О как. Ну и ладно, значит, визит к причалу отложу на завтра. Днем раньше я там окажусь, днем позже – ничего не изменится. А имущество мы сегодня же наверх поднимем, ничего такого здесь нет, не переломимся. Вон, всех, кто остался наверху, к этому делу приставлю, и не дай бог из котла при подъеме хоть один рак выпадет.

Хотя, может, вовсе все это решить проще – сварить и съесть этих красавцев прямо здесь. Табор у нас большой, есть ли смысл бегать туда-сюда за добавкой? И вода под боком. Устроим маленький праздник, пока есть такая возможность. На берегу реки, у костерка… Такие вещи сближают людей.

Хотя комплексно вопрос с подъемом всего найденного наверх все равно решать как-то надо, причем первым пунктом стоит водоснабжение. По логике вещей, в музее должен быть какой-то водопровод, но вот только за то время, что здесь нет людей, он, наверное, сгнил весь.

– Проф, иди к нам, – заорала Галка, махнув рукой заметившему нас старику.

– Не шуми, – осадил я. – Ты знаешь, кто там с ним? Нет? И я не знаю.

– Поняла, – кивнула Галка и толкнула Валентину. – Не филонь, три давай сильнее. Вон, смотри, как у меня уже чисто.

Я помахал Профу, давая ему понять, что сейчас сам поднимусь наверх, надел штаны, засунул за пояс пистолет (Галка молодец, конечно, просто так его на портки положила) и пошел к тому месту, где мы спускались. Как ни крути, а там склон был более-менее пологий.

– Это наш командир, – с какой-то даже гордостью показал на меня Проф, когда я, скрипя землей на зубах и негромко ругаясь, вскарабкался на обрыв. – Сват.

– Интересное имя, – тактично заметил один из спутников нашего ученого, мужчина лет сорока. – Необычное.

– Так тут и мир такой, неформатный. – Я отряхнул руки и протянул ему правую ладонь. – Как и было сказано – Сват.

– Герман. – Мужчина потряс мою руку и показал на своих спутников – уже немолодую, но все еще весьма привлекательную женщину очень крепкого телосложения и высокого роста, одетую в забавную травяную юбку, и девочку-подростка в таком же облачении. – А это мои новые знакомые – Генриетта и Николь.

Опять иностранцы. Да что такое… Как есть Ковчег! Ноев…

– Я из Риги, – с сильным акцентом сообщила Генриетта. – Я говорю по-русски, но… как это… не слишком корошо. Но я не латышка, я немка.

– Но хоть говорите, – обрадовался я. – А ты, маленькая, по-нашему понимаешь?

– Нет, – расстроила меня Генриетта. – Она есть из Франции, из Марселя. Я немного говорю по-французски, достаточно, чтоб понять.

– И я тоже, – добавил Герман.

Услышав знакомые слова, девочка оживилась, на ее большеглазом лице мелькнула улыбка, она растрепала рукой и без того коротко стриженные волосы и бойко затараторила на певучем французском языке.

– Не понимаю я тебя, – развел руками я. – Но это ничего, у нас вот Проф мастер по-твоему разговаривать.

– Она говорит, что очень рада встретить других людей, – сообщил мне довольный собой старикан. – Она провела день в лесу, совсем одна, и очень боялась, что кроме нее в этом мире больше никого нет. Тем более она рассчитывала попасть в город, где много ночных клубов и музыки, а оказалась в месте, где стоят одни деревья, причем она их в таком количестве не видела даже.

А, еще один человек из Нормалити. Ну да, культурный шок будь здоров от контраста.

– Я нашел ее ночью, – пояснил Герман. – Вышел на огонь костра.

– Костра? – удивился я. – А как она добыла огонь? Трением, что ли?

Не похожа эта девчушка на матерую выживальщицу, причем совершенно. Обычный европейский подросток, эмансипированный, тощенький, дохленький, вон, даже грудь как у мальчика, впрочем, это и грудью не назовешь.

– А вот это, друг мой Сват, самое интересное, – с видимым удовольствием произнес Проф, он явно наслаждался ситуацией. – Ты даже себе представить не можешь, на что способна эта девочка.

Старик что-то сказал девчушке, та улыбнулась, кивнула, и через мгновение ее правая рука превратилась в факел. Горела вся кисть, до запястья, пальцы стали языками пламени, причем не привычного желто-рыжего цвета, а какого-то ярко-белого.

Продолжалось все это секунд семь – десять, после огонь исчез, и рука снова стала просто рукой.

– Каково? – Проф стал раскачиваться на носках – А? И знаешь, как она обрела этот талант?

– Знаю, – обломал я Профа. – Нашла некий предмет со значком, использовала его и получила это умение.

– Как? Ну, то есть все верно, она рассказывала, что был какой-то странный белоснежный цветок, вроде тюльпана, но как ты узнал? – Старик нахмурился и хлопнул себя ладонью по лбу. – Я понял. И кто у нас чем-то подобным владеет?

– Таким – никто. Кое-чем другим, – не стал вдаваться в подробности я. – Проф, потом поговорим, сначала дело.

Я обвел глазами приблудную троицу, отчетливо понимая, что эта девочка при любых раскладах должна остаться с нами. Источник огня, шутка ли. Это и в хозяйстве пригодится, и в бою.

– Проф нам все о вас рассказал, – опередил меня Герман. – Если вы согласны принять нас к себе, будем рады.

– Основные правила существования он осветил? – уточнил я. – О том, что с демократией у нас туго, и о том, что все работают на равных?

– Да-да. – Герман покивал. – И мы со всем этим согласны. Скажите, что и где делать, – мы готовы.

– А вы кем были в прошлом? – сразу уточнил я.

– Увы, но я был человеком бесполезной здесь профессии. – Герман вздохнул. – Историк-архивист. В каком-то смысле коллега Ильи Ильича.

– Это ничего, – подбодрил я Германа. – Не боги горшки обжигают. Я сам из финансистов, было бы желание.

– А что там делают деффушки? – внезапно спросила Генриетта, стоящая на обрыве и смотрящая вниз. – Это котел? Они моют котел?

– Ну да, – подтвердил я, порадовавшись за отличное зрение немки. – Мы там раков нашли…

– Раки? – Генриетта оживилась. – Раки – это прекрасно. Отличная пища, если ее правильно приготовить. В раков надо класть соль, перец и лавровый лист, но очень важно соблюдать температуру воды при варке. И чистота посуды, в которой их варят, тоже есть важное условие.

– Повар, – констатировал я.