Наследство золотых лисиц - Мария Николаева

Светлые боги, пусть они успели принять яд! Я же помню, что Ози всегда с собой носила ампулу…

Только в это мне и оставалось верить. В это – и в магию лисиц. Все-таки Ози была одной из искуснейших обманщиц. Не окажись ее преданность империи столь сильна, а вера в императора крепка, им легко удалось бы сбежать…

Вот только они не сомневались в том, что их оправдают.

Ненавижу.

Империю эту проклятую – и ее императора!

Какое право они имели поступить так?!

От ярости и злости меня почти колотило, я была готова в этот момент войти в дом и бросить вызов всем и каждому, кто появится у меня на пути!..

Стоп-стоп. Не о том думаю.

Нерунэ. Ее тела здесь нет. Если бы ее казнили, то не постеснялись бы поступить так же. Необходимо узнать, где она и что произошло.

Выкинув из головы все, кроме вновь обретенной цели, я бросилась к дому. В имении я знала каждый закуток, все тропинки, у нас даже парочка секретных ходов имелась, как в любом уважающем себя фамильном гнезде.

Именно последними я и поспешила воспользоваться.

Легко обойдя все скопления людей (помимо солдат в доме обнаружились и слуги, явно согнанные из ближайшей деревни), я начала обследовать дом. Все в имении было поругано. Это особенно сильно бросалось в глаза в тех комнатах и залах, где когда-то блистали приглашенные со всей округи гости. Раскуроченная мебель, сбитая лепнина… Все, что не смогли унести и украсть, уничтожили.

Жилые помещения пострадали не так сильно, но им тоже досталось.

Видеть когда-то прекрасное имение в таком состоянии было отвратительно и больно. Во мне нарастало желание превратить его в огромный пылающий погребальный костер.

Вот только, несмотря на одну кровь с Нэ, решать судьбу ее наследства я не могла. Из нас двоих герцогский венец ждал именно ее. Ей и предстояло определить, что и как здесь будет дальше. Решит она сделать из поместья новый склеп – так и будет. Ну а если захочет продолжить историю герцогинь Исэ на их исконной земле… То и быть по сему.

Сейчас надо думать не о доме, внезапно ставшем чужим, а о спасении последней из рода золотых лисиц.

Нэ оказалась заперта в обзорной башенке, что так любима была гостями поместья. Раньше сюда, в сравнительно небольшую спальню селили близких друзей. Когда-то, в неспокойные времена, там был наблюдательный пост. Вид из окон башни открывался прекрасный. Раньше.

Теперь же из них была видна конюшня, вырытая вдоль ее стены яма и ленивые сытые птицы.

Неприятный холодок прошел по спине. Если император так поступил с мертвыми, то что же выпало на долю моей нежной Нэ? Она ведь не я, ее не учили терпеть унижения и боль.

Когда я ковырялась в замке ее комнаты, то сильнее меня беспокоило то, что мне предстоит увидеть внутри, чем вопиющая небрежность охраны. В конце концов, воинов императорской гвардии тут было едва ли с десяток, а все, кто мог оказать реальное, на их взгляд, сопротивление, покоились под стеной конюшни.

Наконец запирающий механизм чуть слышно щелкнул. Сердце нервно заколотилось где-то в горле. Я хотела увидеть Нэ и одновременно боялась этого.

– Льяса?.. Слава небесам, – с невыразимым облегчением выдохнули в комнате, когда я проскользнула внутрь.

Мой взгляд заметался по помещению. Нэ я обнаружила сидящей на полу, неловко прислонившейся к кровати. Густая тень от тяжелого балдахина почти полностью скрывала сестру от моего взора.

Я нахмурилась. При моем появлении Нэ лишь слабо пошевелилась.

Ее пытали?!

Я кинулась к сестре. Та выглядела просто отвратительно… А еще в комнате ощутимо пахло насилием. От несвежего белья на постели буквально несло потом, кровью… сексом.

Я до боли сжала кулаки. Они не могли… просто не имели права!..

Чувствуя, что глаза начинают жечь злые слезы, я зажмурилась. Надо успокоиться и взять себя в руки. Сейчас не время и не место поддаваться чувствам.

Нерунэ, заметив мое замешательство, потянулась ко мне. Я схватила ее за руки и помогла встать. Легкая. Не помню, чтобы когда-либо прежде Нэ была такой тоненькой и легкой, просто тень самой себя.

– Ты все-таки пришла. Слава богам, успели… Еще пара дней, и все пошло бы прахом. – Нэ улыбнулась краешком разбитых губ, осторожно устраиваясь на самом краю разворошенной кровати. Зрелище было ужасным. От осознания того, в каких условиях моей сестре пришлось провести последний месяц, мне захотелось немедля и с особой жестокостью расправиться с каждым, кто был в доме.

– Нэ… – растерянно произнесла я, не смея даже обнять ее.

– Все хорошо… теперь все будет хорошо, – заверила она. – Присядь рядом, нам надо поговорить.

– Но… – Я метнула взгляд на дверь.

– Меня редко беспокоят. Мы успеем. – Нэ явно было тяжело говорить, но она упрямо перебарывала слабость.

– Успеем что? – растерянно спросила я, убежденная, что обсудить все мы могли бы и позже, в более безопасном месте.

– Все успеем. Льяса, скажи, ты помнишь, почему ни один лисий род не прервался в смутные годы?

Я кивнула. Ози часто рассказывала всевозможные сказки и истории. В том числе и про исконную лисью магию.

– Это хорошо. Меньше рассказывать. Поможешь ли ты мне в этом?

– В этом? – переспросила я, явно не успевая за перескакивающей с темы на тему Нэ.

– Да, в этом. – Лисичка улыбнулась мне чуть лукаво. В золотистых глазах, слишком живых и ярких для такого изможденного лица, поселились искорки. Все-таки моя сестра была прекрасна. Даже в таких обстоятельствах. – Я понимаю, что прошу слишком многого… И ты вправе отказаться… В любом случае, пока жива ты, род Исэ-Рей не прервется…

– Нэ, я не понимаю…

– Я хочу, чтобы ты привела в мир дитя… – И моя сестра весьма красноречиво прижала ладонь к своему животу.

Я опешила. Целую секунду не могла собраться с мыслями, а потом…

– Кто посмел?! – с шипящим присвистом спросила я. В глазах потемнело от ненависти и гнева.

– Это не имеет значения. Главное – это мой ребенок. И твой – если захочешь.

Я, задумавшись, до крови прикусила губу. Лисья магия – это обман в чистом виде. Пожелай кто-то из них чего-нибудь, и сам мир извернется и воплотит это в жизнь. И если бы не цена… За все надо платить. А за способность ставить с ног на голову основы мироздания – платить кровью, и неоднократно. Лисицы могут все – это я усвоила четко. Вот только за это «все» чаще всего обманщице-иллюзионистке приходится расплачиваться годами собственной жизни.

И Нэ не может этого не знать.

– В твоем состоянии…

– Все будет хорошо, Льяса. Если ты согласишься, то все будет так, как и должно.

Я посмотрела в глаза сестры. Нэ взирала на меня с такой мольбой и надеждой… Я просто не могла ей отказать. Если честно, то я никогда и не умела ей отказывать.