Огненный факультет - Алекс Кош

— Итак, давайте что ли знакомиться, — предложил здоровяк, бухнувшись в стоящее посреди зала кресло.

Я озадаченно посмотрел по сторонам, и никаких других предметов мебели не обнаружил. Видимо, придётся садиться на пол… хмм… где-то я нечто похожее уже видел…

Приблизительно те же мысли (кроме последних) посетили и остальных, и спустя пару секунд все мы уже сидели на полу, внимательно рассматривая нашего учителя. Тот, в свою очередь, рассматривал нас.

Медведеподобный, обросший недельной щетиной, с длинными и чёрными, как смоль, волосами… в общем, кто угодно, но только не типичный представитель элиты Академии.

На его лице явно читалась одна мысль — «кого мне подсунули?». Как мне кажется, приблизительно то же выражение лиц было и у нас пятерых…

— Итак, меня зовут Тирел, я ваш преподаватель по медитативным техникам. Кто-нибудь из вас имеет хотя бы ма-аленький опыт в чём-то хотя бы отдалённо напоминающем медитацию?

Мы с Чезом не очень уверенно подняли руки.

Я оглянулся и с удивлением отметил, что вампирша и братья тоже подняли руки, причём с гораздо большей уверенностью, чем мы.

— Замечательно, — как мне показалось, удивлённо сказал Тирел. — Тогда давайте знакомиться. По очереди называйте своё имя, возраст, где занимались, и как долго.

Мы переглянулись. Чез пожал плечами, дескать, придётся мне первому.

— Чез, сорок пять лет. Занимался в Школе Искусства, тридцать лет. Медитативные техники изучал последние пять лет.

Пять лет? А я думал, что он их всего год изучает. Вместе со мной.

— Алиса, — представилась вампирша. — Семейная школа Искусства, тридцать лет.

Тирел кивнул, слегка поморщившись. Видимо, и он не в восторге от присутствия вампирши. И чем она всем не угодила? Очень милая девушка, между прочим. Стоп. Сколько она сказала? Тридцать лет? Насколько я помню, вампиров обучают с детства… так это же здорово! Она почти моего возраста!

— Зак, двадцать лет — радостно представился я. — Занимался в Школе Искусства, пятнадцать лет. Медитации изучал… вроде бы как один год.

Хотя, если честно, я бы не сказал, что изучал их. Так… сидел вместе со всеми, думал о своём, иногда даже спал… но вроде бы не храпел.

— Невил, шестьдесят три года. Обучался в Школе Искусства Приграничья, пятьдесят лет. Медитативная техника — двадцать лет.

Вот это да! Пятьдесят лет, это же почти что Мастер! Вот о таких как он и говорил мне Чез. Наверное, не просто ему было пройти все испытания…

— Наив, двадцать два года. Занимался в Школе Искусства десять лет, медитативная техника, — он неожиданно покраснел, — один месяц.

— Тоже неплохо, — ободряюще сказал Тирел. — В любом случае, здесь вам придётся учиться совершенно иному способу управления энергией. Так как вы все в той или иной степени владеете Искусством, вам будет одинаково полезна эта формулировка. Грубо говоря, в Искусстве вы становитесь сосудом, который накапливает в себе энергию, и после накопления в любой момент может её использовать. В данном случае главной характеристикой является объём вашего сосуда, и ширина горлышка, через которое он заполняется. В Ремесле, или в «прямой магии» — то есть, в прямом управлением «магами» — вы становитесь не сосудом, а своеобразной трубой. Вы впускаете в себя энергию, преобразуете, и тут же выпускаете. Задержать в себе энергию вы не можете. Вопросы?

Алиса подняла руку.

— А главной характеристикой нашей так сказать трубы, будет её диаметр?

— Правильно, — согласился Тирел. — Но учтите, что это всего лишь сравнение, принятое нами для упрощения понимания, на самом деле никаких труб и сосудов нет.

— И если говорить образно и упрощённо, то мы, как люди до этого работающие с сосудами, должны у своих сосудов выбить дно, чтобы получить трубу? — лукаво поинтересовался Чез.

Тирел рассмеялся.

— Образно говоря — да. Какое количество «магов» вы сможете пропустить через себя за один раз, то есть вложить в одно заклинание — это и есть, по сути, главное ограничение силы. Ну… ещё период восстановления после сотворения заклинания.

— Всё ясно, — закивал Чез. — И как же мы будем пробивать наши сосуды?

— О! — поднял палец Тирел. — Для этого каждый факультет использует свои упражнения, в нашем случае — это упражнение со свечой.

— Дайте-ка я догадаюсь, мы должны будем её зажечь? — предположил Чез.

Тирел кивнул, и щёлкнул пальцами. В пяти метрах перед нами появилось пять небольших свечей.

— Зажгите их, — предложил Ремесленник.

Я удивлённо посмотрел на друзей, но они были озадачены ничуть не меньше меня. Значит, Тирел действительно что-то забыл нам объяснить. Например, как нам это сделать-то?!

— Ладно, — начал Ремесленник, поудобнее устроившись в кресле напротив нас. — Сначала сядьте, как вам удобно. Затем закройте глаза и представьте, как окружающая вас энергия проходит сквозь вас.

Я послушно проделал всё, что требовалось, но ничего не почувствовал, что, в общем-то, совсем не удивительно.

— Теперь откройте глаза, протяните руку в сторону свечи, и представьте, как энергия проходит сквозь вас, концентрируется на пальце, и тонким лучиком проходит к свечке.

Я проделал и это. Никакого лучика я не увидел, свеча загораться так же отказалась.

— Не отчаивайтесь, если в ближайшее время у вас это не получится. В среднем, прорыв происходит после недели — месяца упорных занятий в медитативном зале.

— Упорных занятий? — испугано переспросил Наив.

— Да, — решил уточнить Чез. — Упорные занятия, это сколько часов в день?

— Четыре часа утром, и четыре часа вечером.

Мы не удержались от огорчённого вздоха. Восемь часов в день сидеть и заниматься неизвестно чем?! Хотя, вообще-то, мы не правы. Пока мы не зажжём эти драконовы свечки, никакого настоящего Ремесла мы не увидим. Будем только слушать нудные лекции, да на полу сидеть медитировать.

— Хватит вздыхать, — уже жёстче сказал Тирел. — Чем больше времени вы проведёте в этом зале, тем больше у вас шансов не вылететь из Академии.

— Вылететь? — эхом повторил Чез.

— Вылететь, вылететь, — повторил Тирел. — А вы думали, что все поступившие становятся Ремесленниками?

Мы согласно кивнули.

— Размечтались. Из двух сотен поступивших хорошо, если половина становится настоящими Ремесленниками.

— А остальные? — удивлённо спросил я.

Мне всегда казалось, что из Академии никого не выгоняют. Даже Чез всегда говорил, что главное попасть в Академию, отсюда уже никуда не денешься. Я не слышал, чтобы в городе кто-либо упоминал об этом, и ни одного выгнанного из Академии я не встречал. Может, они того… выходят отсюда ногами вперёд? Несчастные случаи, так сказать?