Арбан Саеш. (Трилогия) - Сергей Вацлавович Малицкий

— Согласен, — вздохнул Хейграст.

Еще через день нари провожал посланцев короля сваров. О чем он говорил с ними, Дан не слышал, но уже по лицам воинов было ясно: легкой свою миссию они не считают.

— Все взвешивают, как оно дальше пойдет, — пробурчал над головой Дана Дарлин. — Я немного сварский знаю, так мы еще с Гриншем из зала не вышли, а король уже начал с советниками спорить, как им поступить. Не поможешь в осаде Эйд-Мера, глядишь, торговля с вольным городом разладится, поможешь, кто его знает, отвоюют ли эти парни собственный город, не придется ли потом опять в Кадише спасаться.

— Думаю, помощь будет, — оборвал Дарлина подошедший Хейграст. — Вряд ли воинов будет много, но будут. Свары и в этом деле остаются торговцами. Совсем не прислать никого вроде как и нельзя, а прислать много, опять же не по-торговому.

— Как бы не пришлось сварам жалеть о своих торговых привычках! — прогудел недовольно Гринш.

— Может так случиться, что всем нам будет не до собственных привычек, — сухо бросил нари и обернулся к Дану: — Собирайся. Идешь вместе с банги в Каменный Мал. Лучших воинов вам отдаю. Придумали кое-что наши карлики. Если у них получится, ключ от Эйд-Мера в наших руках. А там… Там посмотрим. Мало открыть дверь, надо еще войти в нее.

— Войти и удержаться внутри, — весело добавил старый шаи.

— А Негос у вас будет старшим, — ударил его по плечу Хейграст.

Почти полварма элбанов, не считая банги, отправились вместе с Негосом в Каменный Мал, и каждый из них знал, что, возможно, идет на смерть. Разведчики Хейграста побывали в разоренной деревне еще до похода Баюла в Индаин и принесли неутешительные вести: охраны серых в Каменном Мале нет, но и никаких следов подземного хода тоже нет. Впрочем, что с них взять: каменному делу не обучены, на развалинах даже определить не смогут, что тут стояло — жилой дом, дубильня или амбар. Вся надежда на банги. Ведь если бы не рассказ Дана о предсмертных словах Латса, если бы не размышления Лукуса о тайном ходе, давно бы уж искал Хейграст другие подступы к городу. Были бы они еще, эти другие подступы. А пока Негос, Дан, Райба, Омхан, Бруск, Гринш, Дарлин, Фарг, все банги и пять дюжин лучших воинов-нари под командованием Пекраста приближались к заветной деревне. Проникнуть в осажденную крепость, схватиться с серыми воинами, открыть городские ворота и удерживать их, пока основные силы не войдут в город, — из всех сумасшедших идей эта была самой реальной, но почти невыполнимой, как и все остальные.

— Вот что я вам скажу, — то ли спорил с кем-то, то ли размышлял вслух здоровяк Гринш. — Если поставить в чистом поле лигу серых, а напротив всю нашу армию, то порубят нас как капусту, даже если ни один из наших воинов спину врагу не покажет. А если учесть, что враг сидит в неприступной крепости, так я совсем уж разгадывать замучился, как мы их побеждать собираемся. Да запусти мы всю нашу силу на городскую площадь, дальше-то что? Городская ратуша сама по себе крепость, а уж про северную цитадель я и не говорю!

— И что же ты предлагаешь? — презрительно прищурился Фарг. — Сесть и подумать как следует: а не повернуть ли назад?

— Это ты брось, — отмахнулся раздраженный Гринш. — Ясности я хочу. Брюхо распороть на чужих мечах — много ума не надо.

— Подожди ломать голову, — отозвался Пекраст. — Кто знает, может, вовсе не для охраны Эйд-Мера серые ушли из Индаина. Может быть, они в Ари-Гарде уже давно. Сейчас главное — попасть в город, а там видно будет, что делать.

— Только что — попасть! — покачал головой Гринш. — Сколько лет ждать будем, пока банги ход продолбят? И нельзя ли было для такого дела место поближе к Эйд-Меру отыскать?

— А ты не рассчитывай, что банги долбить будут, а люди или нари в небо поплевывать, — весело отозвался Баюл с одной из телег, на которых вместе со своими инструментами и бочонками ехали банги. — Задача хорошего мастера подумать, в носу поковырять, затылок почесать да точку показать, куда бить следует, а дальше уж вступают такие, как ты, Гринш, крепкие элбаны, которым для отвлечения от ненужных мыслей нужна тяжелая работа.

Банги отозвались дружным хохотом, а Гринш только с досадой махнул рукой. Дан слушал эти словесные перепалки, смотрел по сторонам и думал, что на первый взгляд ничто вокруг не говорит о войне. Трава уже доставала до плеч, юрких малов и лайнов можно было угадать только по их крикам, и если бы не сгоревшие дома в опустевших деревнях да грязное небо… В стороне осталось пожарище на месте дома дяди Трука, вот уже приблизились старые горы. Не доходя до их подножия, Негос отправил вперед Дарлина и Омхана, выждал и повел отряд на расстоянии ли за спинами разведчиков. Дорога поднялась по каменным осыпям, нырнула в ущелье и поползла от обрыва к обрыву в глубь горных теснин.

— Нехорошие горы, мертвые, — недовольно бурчал Баюл, оглядываясь по сторонам. — Камень, он жить должен. Дышать, трескаться, оседать, камнепадами рушиться, а эти горы, что вокруг Дары сомкнулись, словно спят мертвым сном.

— Так ты уж постарайся с ними справиться, — посоветовал ему Фарг. — Тем более если они спят.

— В этом не сомневайся! — зевнул на телеге Парк и похлопал по пузатому бочонку. — У нас даже средство для пригорков этих припасено.

— А попробовать не дашь? — окликнул старого карлика Бруск.

— Я сначала скалу этим покормлю, а там уже ты сам решишь, — степенно ответил Парк и затрясся в беззвучном смехе.

— Стойте! — скомандовал Негос, оглядывая сходящиеся на дюжину шагов скалы. — Эх, будь я командиром серых, поставил бы здесь засаду и срубил бы весь наш отряд. Как думаешь, Омхан?

— К счастью, ты на нашей стороне, — выступил из расщелины стражник. — Иначе мне пришлось бы иметь в виду, что серые видят сквозь камень.

— За поворотом мост, — сказал Дан. — Я заезжал с дядей в эту деревню… Когда она была еще цела.

— Вперед! — скомандовал Негос.

От деревни не осталось почти ничего. За поворотом ущелье раздалось и превратилось в округлую долинку, которую