Эффект искажения - Диана Удовиченко

– Нет, ну он странный, конечно, но чтобы маньяк… – донесся до Даши громкий шепот Насти Кравцовой.

– А почему нет? Почему нет? Ты глаза его видела? – горячо возражала Аня Литвинова. – У него же взгляд убийцы!

– Знаешь, если только по взгляду человека в убийцы записывать, то наш Артурчик первый кандидат, – захихикала Кравцова, кивая на черноглазого анимешника.

– Девчонки, прекратите! – вмешалась Яна. – Человек погиб, а вы цирк устраиваете. Лучше о другом подумайте: в городе появился маньяк. Страшно…

– Да, ужас как страшно, – согласилась Кравцова. – Только не Ваня это, девочки. Нормальный он парень.

Слушая все эти разговоры, Даша пыталась понять, как должна поступить. В отличие от Кравцовой, которая, кажется, питала симпатию к белобрысому парню, она не была полностью уверена в невиновности Ивана. В мыслях четко запечатлелся образ человека, едва не убившего Дениса. Она помнила все до малейших деталей. И сейчас перед мысленным взором снова и снова, будто замедленными кадрами, прокручивался момент нападения. Лестница, заполненная студентами. Разговор девушек за спиной. Человек, растолкавший толпу, на мгновение остановившийся рядом с Денисом. Широкие плечи, стремительные и уверенные, как у хищного зверя, движения… Чем дольше Даша вспоминала, тем больше проникалась уверенностью: это был Иван.

И что теперь делать с этой уверенностью? Рассказать обо всем в милиции? Но вдруг она ошибается? А самое главное, как отнесется к этому семья Дениса? Ведь Рэм Петрович говорил, что не хотел бы связываться с официальными органами.

– Поднимется шум, меня атакуют газетчики, – объяснял он. – Нам не нужна такая реклама. И потом, Даша, самое главное – жизнь и здоровье Дениса. Предать дело огласке значит подвергнуть его опасности. Журналисты наверняка разнюхают, где он находится. А значит, убийца может явиться, чтобы завершить начатое.

Но если ее вызовут в отделение? Можно ли умолчать о своих подозрениях? А вдруг она навредит следствию?

Посоветоваться с Сергеем? Он ведь бывший милиционер, он знает, что положено делать. Но тогда брат точно станет следить за каждым ее шагом, и она не сможет видеться с Денисом. Познакомить Сергея с Ладимирскими? Насколько она знала брата, результат был бы тот же.

Наконец Даша решила поделиться подозрениями с Рэмом Петровичем. Едва дождалась конца занятий, выбежала из аудитории и возле двери едва не столкнулась с Томочкой. Лаборантка плакала и утирала глаза огромным, не очень чистым клетчатым платком, шепча:

– За что, за что?

Студенты обходили ее, стараясь не обращать внимания. Томочка трубно высморкалась, сняла очки, отчего стала похожа на подслеповатого крота, и возвестила:

– Будьте осторожны, дети! Не гуляйте одни по безлюдным улицам! Насильник может подстерегать везде… – Она ненадолго задумалась, потом произнесла: – Пойду, прогуляюсь. Может быть, отвлекусь немного.

Даша вышла из универа и как всегда уселась в поджидающую ее машину. Приехав в клинику, первым делом отправилась не к Денису, а в кабинет профессора.

К ее облегчению, Рэм Петрович оказался на месте. Отложил все дела, усадил взволнованную девушку в кресло:

– Успокойтесь, Дашенька. Вот выпейте воды, отдышитесь и расскажите, что вас так встревожило.

Слушая сбивчивый рассказ, профессор хмурился, взгляд его становился все более мрачным.

– Это уже более чем серьезно, Дашенька, – медленно, взвешивая каждое слово, произнес он, когда девушка замолчала. – Сейчас речь идет не только о Денисе, но и о той несчастной девочке, которая была убита. А возможно, и еще о многих жертвах маньяка. Одно дело скрыть факт нападения, совсем другое – не поделиться информацией, которая поможет поймать преступника. Я больше не могу просить вас о молчании. Более того, настаиваю на том, чтобы вы дали показания следствию… – Рэм Петрович взял Дашу за руку, взглянул прямо в глаза. – И будьте очень осторожны. Возможно, вам тоже угрожает опасность. Предсказать поведение маньяка очень сложно, и неизвестно, кого он выбрал следующей жертвой…

Душу окатила волна страха. Стало знобко и неуютно. Даша торопливо закивала:

– Хорошо, я обязательно завтра пойду в милицию.

– А брату вы рассказали? – не сводя с девушки внимательного взгляда, спросил профессор.

– Нет еще…

– Обязательно поговорите с ним. Он имеет право знать и защищать вас. Отнеситесь к этому серьезно, Дашенька.

Заверив Рэма Петровича, что последует всем его советам, девушка пообедала и пошла к Денису.

Он спал, лежа на спине, закинув руки за голову. Возле кровати стояла, глядя на юношу, светловолосая женщина. Даша сразу поняла, что это мама Дениса – Анастасия Станиславовна. Она обернулась, и девушка была поражена ее невероятной красотой. Высокая, изящная, с царственной осанкой и безупречными манерами, женщина выглядела настоящей аристократкой. Большие синие глаза, тонкий нос, правильные очертания губ, высокие скулы – прекрасное, холеное лицо, на котором почти не было морщинок. Даша не очень разбиралась в одежде, но у нее не возникло никаких сомнений, что видневшийся из-под распахнутого медицинского халата простой элегантный костюм стоит больших денег. Девушка даже ощутила приступ неуверенности в себе: все они, Ладимирские, так красивы, так богаты и благополучны – примут ли ее, обычную и незаметную? Яна смотрелась бы рядом с ними гораздо лучше…

Анастасия Станиславовна молча смотрела на Дашу, и девушке было неуютно под этим изучающим холодноватым взглядом. Она чувствовала себя жалкой и ненужной – маленькая Герда в покоях прекрасной Снежной королевы.

– Здравствуйте, Даша. – В нежном голосе звучал хрустальный перезвон льдинок. – Наконец мы с вами познакомились.

Анастасия Станиславовна улыбнулась, и случилось маленькое чудо. Растаял лед в глазах, растаял лед в голосе. Снежная королева исчезла, уступив место любящей матери.

– Спасибо вам за все, Дашенька. – Нежная рука прикоснулась к плечу девушки, осторожно погладила. – Спасибо, что были рядом, и теперь не оставляете Дениса. Ну я должна бежать – дела. Еще увидимся.

Анастасия Станиславовна вышла, а Даша тихо, на цыпочках, прокралась к кровати, уселась на стул и залюбовалась Денисом. Все тяжелые мысли куда-то исчезли, забылся Иван, несчастная Женечка, больше не пугал предстоящий поход в милицию… Ничего этого не было. Были только светлая палата, сегодняшний день и это лицо – смуглое, осунувшееся от болезни, длинные ресницы, рассыпавшиеся по подушке смоляные кудри. Одна тонкая непослушная прядка упала со лба на глаза. Даша протянула руку, чтобы отвести ее, да так и застыла, не решаясь потревожить сон Дениса. Вдруг он улыбнулся, ресницы задрожали.

– Я уже давно не сплю, за тобой подсматриваю, – рассмеялся парень, открывая глаза. – Ты такая красивая!

Он осторожно взял ее ладонь, поднес к губам.

– Как ты? – спросила Даша.

– Хорошо. Мне всегда хорошо, когда ты рядом.