Чуть больше о драконах - Оксана Гринберга

– Интересно, какую? – полюбопытствовала у него.

– Куплю с десяток беговых кайеров, найму лучших наездников и буду держать свою конюшню, – на лице Гроера появилась мечтательная улыбка. – Делать то, что я всегда любил – побеждать на беговых кругах, я сам и моя команда. И, знаешь, Дарлин, в моей мечте ты занимаешь одно из главных мест!

– Нисколько в этом не сомневаюсь, – пробормотала я в ответ. – Но, Гроер, мне нужно обо всем серьезно подумать, – сказала ему, хотя уже все придумала.

И даже четверке своей сказала, что, скорее всего, стартую в Больших Гонках. Но деньги на этот раз ставить будет Исабель, раз уж Андерса так и тянет выбрать себе другого фаворита.

– Думай, – согласился Гроер, хотя по лицу было видно, что он нисколько не сомневался в том, что я дам свое согласие. – Кстати, у меня для тебя есть подарок.

– Подарок? – растерялась я. – Какой?

Он тут же полез за пазуху, затем распахнул передо мной ладонь, на которой – крепкой и мозолистой – лежала маленькая деревянная фигурка кайера с черной полосой по хребту и распахнутой пастью. Она сразу же напомнила мне Чешуйчика, и я не смогла удержаться от восторженного возгласа.

– Сам сделал, – довольным голосом отозвался Гроер, похоже, поняв, что его подарок произвел впечатление. – Дерево любит не только моего отца. Это новый кайер на твой дирак, – пояснил мне, – потому что вчера была достойная победа. Но впереди тебя ждет их так много, что очень скоро на твоем браслете не останется свободного места.

– Спасибо, – пробормотала я, потому что мне было очень и очень приятно.

– Дай руку, – потребовал Гроер. – Я прикреплю.

– Но…

– Не бойся ты так, я не сделаю тебе ничего плохого. К тому же ты – Высшая, а мне очень хочется жить. Особенно в те моменты, когда смотрю на тебя.

Взял меня за запястье, затем уверенным движением прицепил фигурку на мой браслет наездницы. Как раз рядом с двенадцатью другими, свидетельствующими о прежних победах.

У него крепкая, уверенная рука. Да и сам он тоже был хорош – целеустремленный парень с Юга, мечтавший о собственной конюшне и о будущих своих победах. Причем не на бегах без правил в катакомбах под столицей, а на огромных стадионах, где призы намного солиднее, а выиграть там огромная честь.

И в его планах мне отводилась одна из самых главных ролей.

Только вот проблема была в том, я не собиралась связывать свою жизнь с беговыми кайерами и становиться профессиональной наездницей. Да и мое отношение к Гроеру вовсе не тянуло на романтическое.

Он мне нравился, но, похоже, не совсем так, как ему бы хотелось.

– Мне нужен совет друга, – сказала я, перестав разглядывать свой дирак.

Гроер удивленно вскинул темную бровь.

– Слушаю тебя внимательно.

– Тут такое дело… – замялась я. – И это дело вовсе не касается кайеров и забегов.

– Говори уже, – улыбнулся он. – Ты можешь рассказать мне обо всем на свете.

Кивнула, потому что чувствовала: он меня не предаст. По крайней мере, пока я ему нужна.

– Что бы ты сделал, если бы у тебя забрали дорогую тебе вещь? Очень дорогую, Гроер! Но при этом ты бы не стал сидеть сложа руки и осторожно разузнал, кто это был. Правда, доказательств вины этого человека у тебя нет. Ни того, что вор именно он, ни того, что он может быть связан с заговорщиками.

– Уже интересно, – кивнул он. – Кстати, с какими именно заговорщиками он связан? Знаешь, в Дайсе полно недовольных по разному поводу. Поди еще пойми, кто и против кого протестует.

– Похоже, все это… гм… как-то связано с несмайрами, так что действовать надо осторожно.

Гроер посерьезнел.

– Продолжай, – кивнул он.

– Я не могу объяснить, каким образом я это разузнала, ни городскому префекту, ни Магическому Контролю. Но я знаю, что вор – именно тот человек. Это и есть самая большая проблема.

– А каким образом ты это разузнала? – полюбопытствовал он.

– Путем сложного математического расчета, – усмехнулась я. – Это неважно, Гроер! Важно то, что я не понимаю, что мне теперь со всем этим делать.

Он ненадолго задумался.

– Если тебе нужен мой совет… – На это я покивала, и Гроер продолжил: – Сперва я бы разузнал об этом человеке как можно больше. Понаблюдал бы за ним, собрал доказательства его вины, а потом решил, что делать дальше. Идти ли в Магический Контроль или намекнуть вору, что он у меня на крючке, потребовав взамен собственного молчания вернуть мою вещь.

– Шантаж? – усмехнулась я. – Звучит неплохо.

Вернее, мне пришлась по душе идея наблюдения и сбора доказательств. Будь у меня с чем идти в Магический Контроль, я бы… Да, я бы пошла.

– Кстати, где живет этот человек? – поинтересовался Гроер.

– В квартале Дордаун, – отозвалась я. – Небольшой синий домик рядом с Королевским Каналом. Улица Звездочетов, 5. – Адрес магиссы узнала для меня Исабель, у которой оказались связи в деканате. – Ее зовут Дора Мистлим, она преподает в Академии Магии. В принципе, это все, что у меня есть.

– Хорошо, – кивнул Гроер. – Я знаю кое-каких людей… Поспрашиваю там и сям, послушаю, что мне скажут. Буду ждать тебя завтра в пять часов вечера в Дордауне, на мосту Второго Пришествия. Расскажу, что удалось узнать к этому времени.

– Договорились, – кивнула я. – Тогда до завтра.

– Так что с Большими Гонками? – полюбопытствовал Гроер.

– Говорю же, договорились! – улыбнулась я в ответ.

* * *

Гроер все-таки проводил меня до ворот с драконами, где мы вполне мило попрощались. Привратник на входе в Академию окинул меня внимательным взглядом, буркнув, что он-то давно меня заприметил! Но следов разгульного образа жизни на этот раз он не обнаружил – на мне было темное платье с узким лифом и пышной юбкой и никаких мужских плащей!

Пожав плечами под его косым взглядом, я вернулась в свою комнату и сразу же отправилась в кровать – на всякий случай, в мужской одежде, – но решила, что не стану спать, пока не наведу полный порядок в своей голове. Мне нужно было разобраться в том, что я чувствовала к Конраду Мелгарду, и найти тот самый злосчастный минус, который поможет разорвать нашу с ним связь.

Но чем больше я думала о лорде-канцлере, тем яснее перед глазами вставали две самодельные виселицы, увиденные однажды в детстве. Мне тогда было около десяти, и мы с семьей отправились на ярмарку в Кайер-Дум, наткнувшись на них на въезде в город.

Там висели два тела… Мужчины, вот и все, что я успела разглядеть. А еще жуткие, серые лица висельников с распухшими языками… Это были несмайры – так гласили таблички на их шеях, – чья кровь была возвращена земле.

Помню, как отец приказал нам с мамой и Ивлин отвернуться и не смотреть, пока он снимал мертвецов. Затем мы долго ждали его у дверей городской префектуры, а потом – он так и не возвращался – уже в кондитерской напротив.