Непокорная - Татьяна Серганова

— Коснуться? — Колдун непонимающе нахмурился.

— Да, я же твоя… и ты коснёшься меня, — весело улыбнулась я, призывая родную стихию помочь мне сейчас.

— Да… Моя… коснуться.

А дальше всё произошло одновременно — Артур убрал защиту, Саид с громким рыком бросился на него, а я вылила всю воду, которую только смогла собрать, сбивая Стихийника с траектории тигра и отшвыривая мужчину в сторону, а сама бросилась к нему и прижалась губами к губам Колдуна.

«Мы хоть и Маги, но физиологически от любого человека мало отличаемся. И у нас есть специальные точки. Нажмёшь на такую точку и сможешь вырубить даже взрослого мужика, — говорил мне Сергей на одной из тренировок. Мы потные и уставшие стояли возле тренажёров, когда он рассказывал мне об этом. — Главное знать, куда жать, с какой силой и не забыть подпустить поближе».

Оставалось надеяться, что я ничего не перепутала и всё запомнила верно.

Зажмурившись, нашла нужную точку на шее и тут же почувствовала, как обмякло его тело.

— Лиза!! — оглушительно рявкнул Оборотень.

Весь мокрый, взъерошенный он оказался возле меня и попытался оттащить от Артура, рядом с которым я упала на колени.

— Уйди! — отпихнула его. — Мне надо попробовать снять флёр!

— С ума сошла. Сейчас Стражи придут и во всём разберутся.

— Нет времени. Он же сейчас очнётся и всё начнётся сначала. А они убьют его, понимаешь? Убьют!

— Лизка! Не смей!

Но я не могла бросить Артура. Просто не могла.

— Помоги мне, подержи его! Прошу тебя, Саид.

Глянул, страшно так глянул, что сердце чуть в пятки не ушло.

— Дура! — пробормотал он, но тянуть меня перестал, присаживаясь рядом.

Загрохотала сфера перехода, оглушая и вызывая новый приступ паники. Значит, Стражи прибыли.

Я бросила последний взгляд на Саида, одними губами прошептав: «Помоги», положила голову Кэри себе на колени и вошла в транс.

Флёр — природная магия всех Сирен. Способность своим голосом и магией воздействовать на разум и чувства. Погружаясь, я видела эту магию, любовалась её красотой и радовалась, что являюсь её счастью.

А вот магия, которая окружала Артура, была иной. Это как погрузить свои пальцы в дёготь, такой грязной, липкой и противной она была. И вот эту гадость мне надо было проглотить.

Конечно, не в физическом смысле проглотить, а в магическом. И не мне, а сущности. Но приятного в сложившейся ситуации было мало, потому что чувство брезгливости никуда не делось.

Тварюшка посмотрела на эту грязь с такой мордочкой, что у меня даже проснулась совесть. Правда, это длилось недолго, расслабляться нам было некогда.

«Утром сладкого и вкусного наелась, изволь отрабатывать», — поддела её я и буквально по локоть влезла в чужое проклятье.

Всё-таки оно было странное и не похожее на остальные. Мало того, что цвет был жуткий — грязно-черный с красными прожилками, так еще и сплетено оно было криво. Налеплено в странном порядке и совершенно непонятным образом. Мне приходилось эти куски отдирать, разрывая толстые нити магии, и швырять сущности.

Та ворчала, рычала, но послушно глотала.

А вот мутило нас обоих.

Плохая магия и ощущения от неё были далеко не приятные.

Поглощая сексуальную энергию партнёра, мы чувствуем подъем, силу и восторг от собственного величия. Здесь же всё было иначе — никакой эйфории. Наоборот, проклятая сила тянула вниз, сдавливала стенки резерва и вызывала неконтролируемую дрожь и ощущение тяжести и чужеродности. Магия не хотела усваиваться. С таким же успехом я могла проглотить булыжник размером с кулак.

Где-то на периферии сознания я почувствовала, что Артур начал приходить в себя. А работы было еще так много. Флёр над головой ещё не был уничтожен, а за сердце я даже не бралась.

Быстрее…

Но вдруг Артур дёрнулся и снова застыл. Скосив взгляд, я чуть не ослепла от яркой ауры Стража, который помогал Саиду держать Стихийника и, похоже, ввёл его в транс. Одно то, что он помогает, а не арестовывает меня, нацепив на запястья магические наручники, уже внушало надежду, что всё ещё может закончиться хорошо.

Работать… надо работать. И как можно быстрее, пока флёр не свел его с ума окончательно. Процесс пошел значительно легче, когда один из Стражей принялся мне помогать. Не знаю, как бы я справилась сама, потому что после того как все закончилось…

Выйдя из Погружения, я обвела осоловевшим взглядом пространство, взглянула на Саида, тяжело поднялась и в ту же секунду бросилась в сторону туалета, прижимая руку ко рту.

Не добежала.

Меня вывернуло прямо у входа в туалетную комнату на красивую плитку под мрамор. Опираясь о дверной косяк, покрывшись с ног до головы липким потом и дрожа от холода, я пыталась сдержать рвотные спазмы. Но горечь от чужого проклятья всё горела на губах, во рту и живот болел так, будто его резали ножом.

В глубине сознания, скрючилась у своего убежища сущность. Ей было ничуть не легче моего.

«Вот и помогай после этого ближнему…»

— Лиз, — Саид как всегда был рядом.

«И в радости, и в горести», — пронеслось в голове, но я отмахнулась от него и от этих мыслей.

Нет, я не хотела, чтобы он видел меня такой. Совсем не хотела.

— Уйди, — прохрипела в ответ, пряча лицо.

— Я принёс воды.

Вода…

Обернувшись, трясущимися руками схватила стакан и сделала первый глоток.

Жизнь…

— Госпожа Разина, господин Шериф Эль Дин, пройдёмте со мной, — Страж возник перед нами словно ниоткуда и у меня невольно замерло сердце.

Допрыгались. Как теперь объяснять и, главное, доказать, что флёр не мой?

— Я могу сообщить в Клан? — быстро спросила у него.

— Конечно.

— Моя сумочка, — и оглядела зал в поисках.

Нашла искомый предмет я не сразу. А то, что нашла, восстановлению не подлежало, как и телефон.

— Вот Тьма, — с досадой произнесла я, швыряя всё на пол. — Вы не могли бы сообщить Главе Клана, Лауре Уайт, что произошло.

— Клан Уайт? — отчего-то скривился Страж, но кивнул. — Хорошо, сообщим.

Нас с Саидом усадили за дальний столик, который каким-то чудом не пострадал, и велели ждать. Со своего места я видела, как Артура кладут на носилки и увозят.

Под ногами противно хрустело разбитое стекло, выли сирены и было прохладно от сквозняка, что дул через разбитые окна. Надо было сделать тёплый кокон, но сил не было.

Уцелевшие посетители давали показания и то и дело косились в нашу сторону. Особенна та девчонка — администратор. А ведь я ей, можно сказать, жизнь спасла.