Молчи, мое сердце - Керрелин Спаркс

Взяв из холодильника бутылку с кровью первой группы, он сунул ее в микроволновку. А может, недоверие Эммы даже к лучшему? Да, возможно. Так ему будет легче сохранять дистанцию.

Взяв для Эммы стакан воды со льдом, он извлек из печки бутылку с кровью и вышел из кухни. В вестибюле Эммы не оказалось, и он нашел ее в библиотеке; она ходила вдоль книжных полок, изучая корешки книг. Ангус невольно вздохнул. Еще вчера ночью стоял он в этой же самой комнате и убеждал Романа в том, что намерен охранять Эмму на расстоянии. И все же она была здесь, наедине с ним.

Бесшумно приблизившись к ней, Ангус тихо сказал:

— Вот твоя вода.

Эмма вздрогнула и резко повернулась к нему лицом.

— Я... я не слышала, как ты вошел.

Он протянул ей стакан, и она взяла его с некоторой опаской.

— Боишься, что отравлю тебя?

— Что?.. — Глаза ее округлились.

— Ты ведешь себя так, словно больше не доверяешь мне. Я думал, мы уже прошли эту стадию.

— Да, наверное, прошли. — Она сделала несколько глотков.

— Тогда почему ты так странно смотришь на меня?

— Просто я не уверена, что эта... что наша с тобой дружба — разумная идея. У меня из-за этого на службе проблемы.

— В самом деле? Мне показалось, ты очень охотно участвовала в атаке, предпринятой Уиланом.

Эмма вздохнула и прошла обратно в холл.

— Я пыталась его отговорить, но он не хотел ничего слышать. Он не поверит ничему из того, что я от вас узнала. У меня ужасное положение. Шон показывал мне твое фото, и мне пришлось солгать. Я сказала, что не знаю тебя.

— Ты солгала ради меня? — Сердце Ангуса радостно подпрыгнуло в груди.

Эмма искоса взглянула на него и проговорила:

— Не радуйся. Из-за всего этого я попала в очень неловкую ситуацию.

— Мне жаль, дорогая. — Ангус улыбнулся. — Но все-таки я рад, что не утратил твоего доверия.

Эмма крутила в руках стакан с водой.

— И еще я ужасно расстроилась из-за нового убийства в Центральном парке. Я знаю, ты не хочешь, чтобы я выходила на охоту, но...

— Да, не хочу, — заявил Ангус.

Она посмотрела на него с раздражением.

— Но ты говорил, что мятежники и ваши враги. Тогда почему не помогаешь мне уничтожать их? Это было бы по-дружески, разве нет?

Ах вот в чем дело. Он расплылся в улыбке.

— Дорогая, мы с тобой и так друзья. — Он махнул в сторону гостиной. — Давай поговорим.

— Отлично. — Эмма направилась в гостиную. — Да, красивая комната... — Она осмотрелась. — И телевизор огромнейший. Наверное, вы постоянно смотрите «ЦВТ».

Ангус, стоявший в дверях, сделал глоток из своей бутылки.

— Нет, не слишком часто. Я обычно занят всю ночь. Работаю.

Эмма поставила стакан с водой на журнальный столик.

— А отпуска у тебя нет? Неужели ни одной недели отдыха... хотя бы раз в пятьдесят лет?

— Ужасно смешно, — проворчал Ангус. Он направился к одному из диванов. — Но если тебе интересно, то могу сообщить: я обычно отпускаю своих подчиненных на несколько недель раз в году.

— А сам? — Эмма сняла со спины рюкзак и бросила на диван.

Ангус промолчал, поскольку не помнил, когда в последний раз отдыхал.

Эмма тоже молчала, и он спросил:

— Что у тебя в рюкзаке?

— Обычные игрушки для веселой вечеринки. Деревянные колья, серебряные браслеты, кнуты и цепи. — Она уселась на диван рядом со своим рюкзаком. — Ты будешь мной гордиться! Я даже прихватила с собой скотч!

— Ты хорошая ученица. — Он уселся на соседний диван. — Знаешь, я, наверное, оставлю твои вещи у себя.

— Хочешь, чтобы меня уволили?

Наклонившись к столу, Ангус поставил бутылку.

— Скажешь боссу, что я отобрал у тебя рюкзак.

Эмма нахмурилась и поднялась на ноги.

— Мне потребуется оружие для охоты, — заявила она. — И я думала, что ты, раз уж являешься моим... другом, будешь ходить со мной. В конце концов, кто-то говорил, что печется о моей безопасности.

— Совершенно верно. Но ты не знаешь всей правды. — Ангус указал на диван. — Садись, и я кое-что тебе расскажу.

— Отлично. — Эмма снова села.

— Так вот, мятежники считают, что убийца — один из членов общины Романа. Они полагают, что убить вампира может только вампир.

— Вампирская надменность, — проворчала Эмма.

— И они решили объявить общине Романа войну, если произойдет еще одно убийство мятежника.

Эмма нахмурилась.

— Выходит, ты хочешь, чтобы я остановилась во имя спасения общины Романа?

Ангус отрицательно покачал головой:

— Нет. Чтобы не разразилась война.

— Черт тебя подери! — Эмма вскочила с дивана. — Ты хочешь спасти вампиров, но готов пожертвовать невинными смертными?

Ангус тоже встал.

— Все совсем не так, дорогая. Поверь мне: если разразится война, будут гибнуть и вампиры, и смертные. Это будет настоящая кровавая бойня. И не дай тебе Бог ее увидеть.

Эмма сжала кулаки.

— Значит, будем сидеть сложа руки? Пусть мятежники убивают людей, когда им нравится, потому что вы боитесь войны?

— Нет, у меня есть план. — Он сделал шаг к ней. — Верь мне, Эмма. И успокойся, пожалуйста.

Она фыркнула и снова села.

— Что же это за план?

— Мятежники развяжут войну только в том случае, если мы убьем одного из них, — проговорил Ангус, усаживаясь. — Но мы можем дежурить в парке, чтобы помешать им нападать на людей.

— А если застукаем кого-то в момент нападения... отшлепаем легонько и отпустим? — спросила Эмма, усмехнувшись.

— Уверен, что мы их очень напугаем, так что призадумаются.

Эмма пожала плечами:

— Что ж, возможно.

— Я рад, что ты одобряешь. — Ангус взял свою бутылку и сделал большой глоток.

— И как давно вы сражаетесь с мятежниками?

— Сколько себя помню, — ответил Ангус со вздохом. — Их предводитель по имени Казимир трансформировал Романа. Он пытался заставить Романа творить зло, но Роман сбежал и начал трансформировать вампов, подобных мне. Со временем у нас собралась армия, и мы пошли на мятежников войной.

— Вы с ними воевали? — удивилась Эмма. Она опять поднялась и прошлась по комнате.

Ангус с трудом удержался от стона. Неужели эта женщина не в состоянии посидеть хотя бы две минуты?