Радиус поражения - Артем Каменистый

– Козы?! – вскинулся Лысый. – Ты еще скажи, что коровы! Козы не орут – они бекают!

– А ведь она права… – задумчиво произнес Тоха. – В той стороне козы как раз и блеяли, и мимо нас что-то с козу размером пробежало, судя по шуму…

– Козы так не орут, – упрямо повторил Лысый.

– Ну мало ли что там… Ты в козах разбираешься? Знаешь, как они с перепугу темными ночами могут орать? Вот то-то…

– И что у них могло случиться? – уточнил Олег.

– Откуда мне знать. Может, тому деду скучно стало, и он решил скотоложством развлечься. А может, волки напали. Не знаю я. Сходи проверь, если тебе интересно.

– Волки? Да откуда здесь волкам взяться?

– Лисы есть – лису я в том году видел, – заявил Лысый.

– Да? Ну, в принципе… Не дай бог волки к нам причешут – нам вот только волков не хватало для полного счастья.

Тоха, забираясь под навес, указал на настороженную Юльку:

– Если волки сюда заявятся, я им заранее соболезную.

* * *

Несмотря на экстремальные условия, Тоха все же ухитрился заснуть. Поспал, наверное, не больше пятнадцати секунд – вскочил от нового душераздирающего вопля. На этот раз орали чуть ли не под ухом, и на козу это похоже не было.

Выскочив из-под навеса, он попал как раз к главной сцене спектакля – Юлька наконец дорвалась до стрельбы. Припав на колено возле тропы, она раз за разом выпускала в темноту короткие очереди. Грохотало безумно громко – будто над ухом переламывают добротно высохшие толстые ветки. На выстрелы из пневматики это совсем не походило.

Крик оборвался – Юлька, выпустив последнюю очередь, приподнялась, медленно отступила к костру.

– Паша! – срывающимся голосом выдохнул Олег. – Паша! Паша, ты как там?!

Тоха спросонья обычно бывал нехорошим, вот и сейчас высказался прямо:

– Юлька что – Пашу завалила?! Ну твою мать же!..

– Паша пошел отлить и кричать там стал, – пояснил Лысый и выкрикнул: – Паша, не молчи!

Паша не отзывался. Да и не мог отозваться. Паша был мертв.

Но убила его не Юлька – с первого взгляда было понятно, что поработал над ним не автомат. После вчерашнего Тоха стал неплохо разбираться в огнестрельных ранах – насмотрелся. Паша, видимо, успел среагировать на нападение – попытался защититься. Правая рука у него ниже локтя отсутствовала – ее отгрызли. А еще у него изодрали живот – из-под лохмотьев рубашки проглядывали выпирающие из ран внутренности.

Зверь, убивший здоровяка, не избежал возмездия – шизанутая Юлька ухитрилась его подстрелить. Тоха не особо разбирался в зоологии, но даже его лапидарных познаний хватило понять, что эта тварь несколько необычна и к животному миру Украины вряд ли имеет отношение.

Тело добермана, лапы леопарда, голова крокодила – пожалуй, точнейшее описание. Ну можно упомянуть еще длиннющий крысиный хвост, роговые пластины в три ряда по спине, густая короткая шерсть вокруг них – мех, наверное, ценный. Но больше всего Тоху впечатлили зубы – челюстной аппарат прирожденного убийцы. Акульи клыки в два ряда – такими не то что руку отхватить, такими можно пополам человека разорвать в одно мгновение. Электропила в пасти.

– Это что, волк? – убитым голосом вопросил Олег.

– Нет, блин, лисица! Вы когда-нибудь таких тварей видели? Я вот нет. Думаю, такие где-то в джунглях только могут жить. В Африке. Хотя никогда не видел подобного по телевизору. Если бы увидел – точно бы запомнил.

В этот момент Паша пошевелился, тихо простонал.

Все застыли – даже Алка перестала рыдать. Никто не шелохнулся – дружно уставились на изувеченное тело. С ужасом уставились – никто не знал, что теперь делать. Будь Паша мертвецом, все было бы гораздо проще. К мертвецам они уже привыкли – даже похоронить парочку успели. Но что делать с раненым? Причем с таким серьезно раненным? Как он вообще не помер еще?

Тоха, шагнув назад, потянул за простыню, использованную для навеса. Присев возле Паши, прижал ком ткани к его изорванному животу. Раненый, покосившись на Тоху, раскрыл рот, будто силясь что-то сказать, но закашлялся кровью, задергался, пятками взрыл песок, затих.

В этот миг Юлька стремительно обернулась, опять припадая на колено. Только тут до Тохи дошло – к ним приближается машина. Судя по грохоту, машина очень солидная. Может, даже броневик или танк. В рев мотора вплетался жуткий металлический грохот – будто двадцать человек лупят молотками по стальному листу.

Тоха не поддался первому порыву – не побежал. И другим не позволил:

– Стоять! Нас с дороги не видно! А разбежимся в темноте – и хана: думаю, эта тварь здесь не одна лазит! Костер затушите!

Лысый поспешно вылил в огонь банку пива (святотатец), а затем добавил какой-то ядовитой мочи из двухлитровой бутылки – из магазина несколько таких прихватили. Машина тем временем подъехала угрожающе близко. По косе главная дорога шла одна, но у нее хватало ответвлений и параллельных трасс. Видимо, по одной из таких, ближайшей, сейчас и ехал этот грузовик. А может, не грузовик – может, военная техника.

Затем произошло и вовсе неприятное – машина сбавила ход, свет фар резанул по макушкам деревьев, сфокусировался на стене леса. Проклятье – свернули!

Тоха обернулся к Юльке:

– Они, наверное, стрельбу услышали! К скважине едут!

– У меня полмагазина осталось, – хладнокровно заявила девушка.

Тоха не знал, много это или мало, но подозревал последнее. И вообще не верил, что в перестрелке с солдатами-убийцами им что-то светит:

– Тихо все! В этих зарослях нас заметить трудно!

Эх, надо было сразу, когда шум услышали, ломиться в самую чащу. Пусть исцарапавшись в хлам или даже глаза на ветках оставляя. Сейчас уже уйти не получится – шума много будет. Если машина остановится, сразу услышат.

Грузовик проехал в нескольких шагах от их укрытия – двигался прямиком по широкой тропе, задевая бортами заросли. Обычный КамАЗ с кузовом под тентом. Машина остановилась на краю болотца, что образовалось вокруг фонтанирующей скважины. Мотор затих, хлопнула дверца. Кто-то злым и одновременно веселым и азартным голосом сообщил какому-то Рощину, что в радиаторе находится мужской половой орган и ввиду этого с охлаждением двигателя возможны сложности.

Голос Рощина оказался не злым – устало-равнодушным:

– Синий, можно здесь и остановиться. Рассвет на носу. Заросли вроде хорошие – машину укроют, вода тоже есть. Займемся радиатором спокойно. Хотя… Дымком тянет – вроде костер рядом…

– А ведь точно! Слева, кажется, мелькнуло что-то в тех кустах, когда подъезжал. Подумал, что отблеск поймал в зеркале… Может, это и был костер, почти потушенный. Поднимай свой пулемет – прикрой.

Тоха сильно напрягся, а Юлька плюхнулась на брюхо, выставив автомат перед собой. Но Рощин сподобился на умный поступок: