Леди для первых рыцарей - Лира Алая

— Где мы потом встретимся? — спросила я, решив затолкнуть подальше свое неприятие и гордость и послушать, что мне скажет королева.

— Мы с Гленом зайдем за тобой. Не волнуйся, этот сад превосходно охраняется, он исключительно для королевской четы и самых близких им людей. Сюда никто лишний не посмеет войти, — серьезно сказал Блейк, прежде чем, окутав себя черной дымкой, исчезнуть.

Значит, самых близких, да? Я не была слишком хороша во всех аристократических интригах, перипетиях, но понимала одну вещь: у королей наверняка много родственников. И навряд ли все они принадлежали к самым близким и спокойно и безнаказанно могли нарушать все правила, как это делали Глен с Блейком. Стоит все-таки поинтересоваться у своих мужей, как высоко они стоят, чтобы случайно не добавить им проблем. Я повернулась в сторону королевы, но не сказала ни слова.

— Леди Марион, может, присядем для разговора? — предложила королева, указывая на изящную скамейку, стоящую прямо под каким-то деревом, названия которого я даже не знала.

— Как скажете, Ваше Величество.

— Кажется, мы договаривались обращаться друг к другу по имени? — Королева Алисия села на скамейку и приглашающим жестом похлопала по скамейке, разрешая мне присесть рядом. Я бы лучше постояла, но не хотела ее обидеть.

— Это было до того, как я узнала, что вы королева.

— Разве это что-то меняет? Какая разница, королева или нет? Для тебя ведь это лично ничего не изменило.

— Если Ваше Величество позволит мне дерзкое высказывание, — я замолчала и, дождавшись разрешения, продолжила: — Если бы вы не были королевой, то, думаю, прежде чем посадить меня в тюрьму, было бы проведено расследование. Я не права?

— Правы. Именно это я и хотела обсудить с вами, леди Марион. Мне, правда, жаль, что так вышло. Жаль, что мне пришлось поступить подобным образом. Но если повернуть время вспять, я бы поступила также.

Я удивленно приподняла бровь, а королева неожиданно рассмеялась:

— Кажется, что я противоречу сама себе? Неудачные у меня извинения выходят. Я всего лишь хотела объяснить, почему так поступила, а вышло, что я вам нагрубила. Возможно, вы успели заметить, что мужчины Далерии отличаются от тех, что в Остеоне. Поэтому и на опасность в сторону супруги он реагируют более резко.

— Да, возможно. Если бы мне кто-то угрожал в Остеоне, то супруг подключил бы нашу семью, составил жалобу, отправил ее церкви и королеве, а те бы уже разбирались и судили на свое усмотрение. А в Далерии... — я немного растерялась, не понимая, как принято поступать в этой стране.

— А в Далерии того, кто угрожает жене, попросту закопают где-нибудь, где никто не найдет, — хмыкнула королева Алисия. — И даже если их преступление вскроется, то какого-то серьезного наказания они не понесут.

— Довольно странное отношение. Это потому, что здесь намного меньше женщин? В Далерии раскрытие преступлений на невысоком уровне? — поинтересовалась я.

— Да, в Далерии меньше женщин, но это не основная причина. Здесь очень много магов, а большинство из них вступают в тройственный союз единожды за всю свою немаленькую жизнь. Смерть жены обрекает сразу двух людей на вечное одиночество, потому что найти себе кого-то магия практически никогда не позволяет. Это страшнее преступление, — сказала королева Алисия. И преступления в Далерии раскрываются очень быстро. В этом-то и проблема. Когда понимают, что погибший угрожал, например, чьей-то жене, а понимают обычно быстро, то расследование как-то сразу затухает, — усмехнулась королева Алисия. На ее милом лице эта улыбка смотрелась достаточно странно. — Это я веду к тому, что далерские мужчины реагируют совершенно иначе на опасность для своей женщины. И поведение королей еще было достаточно сдержанным, ведь я...

Алисия неловко улыбнулась, прикрывая рукой едва заметный живот.

— Я вас поняла, Ваше Вели...

— Алисия, пожалуйста, называйте меня, когда мы наедине Алисией.

— Такие подарки не делаются просто так, — возразила я. Звать королеву просто по имени? Абсолютная непочтительность и глупость, но и отказываться без причины неудобно.

— А это не просто так. Это мой подарок в качестве извинений. Даже если вы были подозреваемой, вы оставались женщиной этого королевства, женой наших дорогих родственников. Нам стоило разобраться с ситуацией как-то иначе, — вздохнула Алисия. — К тому же, я хочу, чтобы у нас были хорошие отношения, все же нам с вами придется много времени проводить вместе, Марион.

— Ваше Ве... Алисия, — поправилась я, удерживая тяжелый вздох. — Вне зависимости от случившегося, я сделаю все, чтобы вы и ваши дети были в порядке. А для этого я бы никоим образом не стала расстраивать будущую маму.

— Ох, — Алисия явно растерялась, а потом, неловко улыбнувшись, сказала: — Я больше говорила о том времени, когда нам придется работать вместе. Медицина Далерии так далека от идеала, что я не справлюсь без лекаря вашего уровня. У меня есть знания, но они базовые, копни чуть глубже — и все.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Будет приятно снова с вами поработать, Алисия, — честно ответила я. — Однако вы уверены, что я все же не шпионка? Не получится ли так, что меня начнут подозревать и...

— Не получится, — перебила меня Алисия. — Мы все проверили. Поверьте, у Далерии есть свои методы. Именно здесь это самое лучшее.

— Магия.

— Абсолютно верно. Хотя, пожалуй, в Далерии есть еще кое-что лучшее, — хитро улыбнулась Алисия, совершенно не по-королевски подмигнув мне.

— И что же?

— Мужчины. Разве они не великолепны?

— А-а-а, — глубокомысленно произнесла я, пытаясь собраться с мыслями, а потом выдавила из себя: — Да, пожалуй, далерские мужчины очень хорошо выглядят.

Мужчины тут и впрямь были красивыми. Просто идеальные анатомические образцы: и фигура, и профиль. Сколько рассматривала город, встречала простых слуг — ни у кого не заметила ни сутулости, ни полноты, вызванной ленью, ни грязных и тусклых волос. И даже кожа была такой чистой, что ей могла позавидовать любая девушка.

Но меня их красота не слишком трогала. Хотя кому я вру? Красота моих мужей меня цепляла, заставляла задерживать взгляд до тех пор, пока моя рациональная составляющая не начинала кричать в возмущении.