Сердце Хищника - Эйми Картер

– Безумие какое-то, – прошептала Уинтер, следуя за Арианой вниз по винтовой лестнице. – Она же паук. Нельзя доверять паукам.

– А ты знаешь, где хранится оружие? – спросил Саймон, и она покачала головой. – Тогда выбора у нас немного.

– Вы же в курсе, что я вас слышу, да? – поинтересовалась Ариана, с невероятно довольным выражением лица скользя по пустому атриуму. Уинтер бросила ей в спину недовольный взгляд.

– Вот уж действительно, – сказала она. – Пауки и правда шпионы наших Царств.

– Причём отличные, – добавила Ариана. – Если бы я не хотела попасться, вы бы меня не заметили.

– Ну конечно, – сказала Уинтер, и Саймон слегка ткнул её плечом. Он не знал, можно ли доверять Ариане, но она пыталась помочь. В данный момент это было важнее всего.

– У нас мало времени: скоро Альфа придёт за мной, – сказал он. – Где она прячет…

– Саймон!

Из зала донёсся странный клич. Охваченный страхом, Саймон подбежал и распахнул дверь.

От оглушительных криков волосы встали дыбом, и он ахнул. По залу носились десятки птиц. Голуби, ястребы, соколы – все, кого Саймон когда-либо встречал в городе; они скользили между ветвей, вопя во весь голос и обнажая готовые к атаке когти. Орион получил послание.

– Птицы! – крикнул он через плечо. – Они ворвались в Логово.

– Не впускай их! – крикнула Уинтер. – Если нас заберут в Небесную башню, мы уже не вернёмся.

Несмотря на радость при виде птиц, Саймон понимал, что она права. Им нужен ключ, нужны части Хищника – они пока не могут сбежать из Логова. Он попытался закрыть дверь, но в атриум влетел ястреб, которому Саймон едва не прищемил хвостовые перья. Пока никто не залетел следом, он захлопнул дверь.

– Саймон Торн, – произнёс ястреб. – Немедленно иди за мной.

– Не могу, – сказал Саймон, узнав в ястребе Перрина, того самого, кому Орион приказал следить за стаей. – Я скоро вернусь, но моя семья…

– Мы послали команду за твоей мамой, – сказал Перрин. – Без тебя я не уйду.

Ястреб обернулся человеком прямо в полёте и приземлился на ноги. Он оказался высоким и стройным мужчиной с грязными волосами, но в движениях его была видна очевидная сила. Ариана пискнула и исчезла, превратившись в паука.

– Я знаю, как отсюда выбраться, – сказала Уинтер. – Я провожу его в Небесную башню, как только закончим.

– Боюсь, не получится. – Перрин схватил Саймона за руку. – Мы уходим сейчас же, пока наши войска отвлекают стаю.

– Я! Никуда! Не пойду! – Саймон попытался вырваться, но Перрин потащил его к двери.

– Кажется, вы не расслышали, – сказала Уинтер, преграждая путь к выходу. – Последнее предупреждение. Отпустите его.

Перрин оттолкнул её с такой силой, что она пошатнулась.

– Так нельзя! – выкрикнул Саймон.

– Приказ есть приказ, – ответил тот, потянувшись к ручке. Саймон забился, вжался ногами в траву, но ничего не помогало. Если Перрин откроет дверь, ему на помощь придут сотни птиц, и с ними они точно не справятся.

– Я же сказала, отпустите его!

Воздух вокруг Уинтер замерцал, и на глазах Саймона она начала уменьшаться. Тёмные волосы слились с телом, но руки не стали крыльями, которых он ожидал. Вместо этого они стали единым с туловищем, а ноги соединились, превращаясь в длинное тело. Лицо стало плоским, нос вытянулся, и Саймон даже моргнуть не успел, как…

Она стала змеёй.

Зелёные глаза ярко выделялись на фоне чёрной чешуи и светлых колец, и она зашипела, демонстрируя острые загнутые клыки и белую пасть. Перрин поражённо застыл.

– Когда Орион узнает, кто ты… – начал он, но Уинтер не дала договорить. Она метнулась к нему чёрной молнией и впилась клыками в лодыжку. Видимо, Уинтер была ядовитой, потому что хватка моментально ослабла, и Саймон отпихнул Перрина от себя.

Тот пошатнулся, глядя на них огромными глазами.

– Ты…

Но они так и не узнали, что он собирался сказать. Его глаза закатились, колени подогнулись, и он рухнул на землю.

Саймон посмотрел на гадюку, свернувшуюся в траве; она высовывала раздвоенный язык и покачивала головой, будто не знала, что теперь делать.

– Ты превратилась впервые? – спросил он таким высоким голосом, что не удивился бы, если бы его услышали только собаки.

– Я уже давно научилась становиться щитомордником, – с несчастным видом ответила Уинтер. – Но если Орион узнает, что я не птица, он от меня откажется.

– Не откажется, – заверил Саймон. – Он любит тебя и твою семью. Ты ведь сама говорила, что семья очень важна…

Неожиданно дверь кабинета Альфы распахнулась, и его обдало ледяным страхом. Но голову из дверного проёма высунула Ариана, а не королева зверей.

– Не хочу прерывать ваше воркование, конечно, но у нас есть дела. – Она заметила лежащего без сознания Перрина, и брови взлетели к малиновым волосам. – Ух. Впечатляет.

Уинтер вновь обернулась человеком. Она казалась бледнее обычного, и руки у неё дрожали.

– Я ни разу… ни разу никого не кусала. Он выживет?

– Зависит от того, сколько яда ты впрыснула, – сказала Ариана.

– Весь, что был, – слабым голосом ответила Уинтер. Выругавшись, Ариана поспешно опустилась на колени рядом с мужчиной и проверила его пульс.

– Теперь ты бесполезна, пока не восстановишь запасы яда – это занимает несколько недель, – сказала она, роясь в карманах. Достав маленький шприц, она вколола содержимое в шею Перрину и уселась на корточки. – Всё. Теперь выживет. Кто-нибудь его найдёт. А теперь, если никто не против, предлагаю не стоять у всех на виду.

Уинтер всё ещё смотрела на Перрина, будто не могла поверить в то, что сделала, и Саймон взял её за руку и повёл к кабинету Альфы.

– Ты же слышала Ариану. Он выживет, – сказал он.

– Скорее всего, – поправила Ариана, и Уинтер задушенно захрипела. – Тебе нужно учиться контролировать дозу, серьёзно. Идите сюда, сейф здесь.