На тонком льду - Анна Осокина

– Я уже в который раз объясняю, что по дороге на нас напали!

У Исхи не выдерживали нервы. Как хозяйка земли, с которой прибыли крестьяне, она взяла на себя обязанность объяснить принимавшему их писарю, почему из деревни Приморской пришли только четверо вместо пяти.

– Приказ есть приказ: от каждой деревни или села – пятеро мужей. В бумаге указано пять, я вижу только четверых.

Ведьма закатила глаза к сумеречному небу. Она устала и очень замерзла. Все, чего она хотела – выпить чего-нибудь горячего в шатре, куда хотя бы не проникает ветер. А вместо этого приходилось разговаривать с человеком, в умственных способностях которого она очень сомневалась.

– Что мне сделать, если по дороге его убили? У-би-ли! – не выдержала Исха, сорвавшись на крик. – Или нужно было привезти его тело сюда?!

– Я не знаю, что делать в такой ситуации, госпожа, я еще с таким не сталкивался, – наконец проявил хотя бы какую-то реакцию приемщик.

– Что за шум? – строго спросил проходящий мимо сотник. Исха узнала его звание по нагрудному знаку.

– Да вот... – писарь сбивчиво принялся пересказывать приключившуюся историю, указывая на Исху, которая демонстративно вертела в руках гербовую печать, полученную вместе с поместьем.

– Определи прибывших на ночлег, а я доложу начальству, – быстро принял решение мужчина. И обратился в Исхе. – Сожалею, госпожа, но тебе придется покинуть лагерь.

Она непонимающе на него уставилась.

– Приказ господина десницы: любая женщина, которую заметят на территории лагеря после заката, будет арестована.

Исха опешила. Не мог Веренир такое приказать! В чем смысл?

С языка уже готова была сорваться просьба проводить ее к деснице, как она увидела его самого. Вдалеке. Он медленно ехал верхом. Если бы она как следует набрала в легкие воздух, то, возможно, он даже услышал бы ее, но странная робость сковала сердце и намертво сомкнула губы.

Будет ли он рад ее видеть? Она помнила его взгляд при расставании. В выражении лица не было ничего доброго. Да и до нее ли ему сейчас? Она приехала сюда помочь. И сделает это в меру своих возможностей. Для этого вовсе не обязательно встречаться лично.

В какой-то миг Исхе показалось, что Веренир посмотрел прямо на нее. Дыхание перехватило. Но спустя миг он повернул голову в другую сторону.

Не заметил? Или... Или нарочно проигнорировал?.. От этого предположения сердце проткнула острая игла, так сильно, что Исха непроизвольно схватилась за грудь.

– Госпожа? С тобой все в порядке? – словно откуда-то издалека услышала она обеспокоенный голос сотника. В голове тут же созрел план.

– У вас есть лекарня? – уточнила она.

– Конечно!

– В глазах что-то темно... – прошептала ведьма и стала медленно заваливаться в сторону сотника, убедившись, что тот успеет ее подхватить.

Мужчина от неожиданности крякнул, но поддержал хрупкую фигурку. А потом и вовсе взвалил ее на плечо и понес. В таком положении было почти невозможно дышать, но это самый быстрый способ попасть к лекарям. Она вспомнила, как когда-то ее точно так же несли разбойники в лесу, только в тот раз на голове болтался еще и мешок. И хотя сейчас лицо было открыто, ощущения она испытывала не из приятных. К счастью, мука закончилась очень быстро.

Откинув полог одного из шатров, сотник внес женщину внутрь и опустил на землю. Она была в таком состоянии, что изображать плохое самочувствие не понадобилось. Ведьма растерянно оглядывалась: в просторном шатре нашлось место шести постелям – матрасы лежали прямо на земле. Однако пока они пустовали. Посреди стоял стол, на котором расположился светильник и множество склянок с какими-то жидкостями, у одной из «стен» – стеллаж с инструментами и материалами для перевязки и ширма.

– Что случилось? – к ним подошел высокий мужчина. Нет, пожалуй, не так. Он был просто огромным. Исхе почудилось, что она целую вечность задирала голову, прежде чем смогла разглядеть его широкое лицо с черной жесткой щетиной и такими же волосами, которые лежали на лбу и ушах крупными кольцами.

– Господин лекарь, да вот, госпоже поплохело. Ее бы немного привести в порядок, и пускай уезжает обратно в свое поместье. Несколько повозок через лучину отправляются из лагеря, они заберут всех женщин.

Исха, сидящая на земле, смотрела на говорившего снизу вверх. За время короткого объяснения он несколько раз оглянулся к выходу. Ему не терпелось поскорее отсюда уйти. То ли так на него действовал специфический запах травяных настоек, который витал вокруг, то ли он просто торопился.