Жар сумрачной стали - Глен Кук

– Спасибо, Джеррис.

Записка гласила: «Надо повидаться. Сейчас. Р.». Почерк крупный, почти детский.

«Р»? Что еще за «Р»? Кто может знать, где меня искать? Релвей, больше некому. Как тут не заподозрить новую беду?

– И что? – справилась Тинни. Видно, мои мысли она читать пока не умела.

– Пойду, посмотрю.

– Прямо сейчас?

– Так точно. – Я не сомневался, что дело и вправду важное: Релвей не стал бы отвлекать меня из-за пустяков.

– А как же твоя подружка?

– Что? А… Я скоро. И вовсе она мне не подружка, Тинни.

– Неужели? То-то она на тебя так смотрела, когда ты не видел. Будто сожрать хотела.

– То есть как я на тебя смотрю, даже когда ты видишь?

Призрак улыбки мелькнул на ее губках.

– Низкий льстец! Хватит ко мне подлизываться. Я объясню ей, куда ты слинял.

– Чего-чего?

– Я же тебя знаю, Гаррет. Ты уйдешь на пять минут, а сам либо получишь по голове и отрубишься, либо засмотришься на что-нибудь этакое и забудешь про все на свете, либо встретишь незнакомую красотку и побежишь за ней, виляя хвостиком…

– Женщина, ты меня оскорбляешь! Теперь, когда ты вновь признала мое существование, как я могу бросить тебя хотя бы на пять минут?

– Гаррет, на мне новые туфельки. Сшитые по особому заказу. Я их нарочно надела, чтоб в твоем вранье ноги не замочить.

– Очень симпатичные туфельки, и цвет у них такой приятный, зеленый, под стать твоим глазкам. – Может, послать подальше и Релвея, и его срочное дело? В конце концов, мне велено развлекаться.

Вынырнув из глаз Тинни, я твердо решил, что никуда не пойду. Не полный же я идиот, в самом деле?

Ее улыбка увяла.

– Ступай, Гаррет. Выясни, что там стряслось, и немедленно возвращайся. Если все будет в порядке, может, мистер Вейдер не заставит тебя торчать здесь всю ночь.

Ого! Звучало весьма многообещающе.

Пританцовывая, я двинулся к выходу.

– Мистер Гаррет! Мистер Гаррет!

– Да, мистер Грессер!

– У меня еще двое пропали! Что мне делать? Я не могу один со всем справиться!

А я могу? Позвал бы Гилби с Дженордом; они всяко легче на ногу.

– Грессер, меня позвали ловить грабителей и прочих злодеев, а не беглых официантов. Обслуживать гостей мистера Вейдера мне никто не поручал. Вы же дока в своем деле, верно? Вам и карты в руки. А лучше поднос. – Я оставил его стоять с раскрытым ртом.

У самых дверей меня настигла Аликс.

– Ты куда, Гаррет? – Она подошла почти вплотную и улыбнулась так зазывно, что я чуть не откусил себе язык, чтоб не наброситься на нее прямо тут. Ну почему меня морят голодом, когда я на что-то способен, а когда времени нет, пытаются закормить?

– Получил важное послание, детка. Отлучусь на пару минут и сразу вернусь. – Я оглянулся, высматривая Тинни, но не сумел различить ее в толпе.

Зато увидел Киттиджо, наблюдавшую за мной из укромного местечка у стены. Она выглядела обеспокоенной и явно не рвалась вернуть юные годы, проведенные вместе. Может, хоть она растолкует сестрице, что со мной не стоит связываться?

Я подмигнул Аликс и шагнул к дверям.

У Морли Дотса есть правило, которым он охотно делится с друзьями: поддавайся искушению, когда только можешь, ибо всякое искушение может быть последним в твоей жизни. Лично я не готов подписаться под этим правилом. Поддаться означает, по-моему, приблизить тот пресловутый последний раз. Но когда меня искушают блондинки, брюнетки или рыженькие, я не могу устоять.

Есть и другое правило, не менее полезное: никогда не связывайся с женщиной безумнее тебя самого. Проблема в том, что женщины умело скрывают свое безумие, и его не распознать, пока не окажется слишком поздно. Наглядный пример – Киттиджо.

За моей спиной Джеррис Дженорд сипло провозгласил начало церемонии. Наконец-то Никс и Таю предстояло во всеуслышание объявить о своей помолвке.