Неудачник - Павел Барсов

— Потому. Старших в шестьдесят от обращения много знаешь?

Кивает понимающе.

— Нам биться с сильфами придётся? — Обеспокоенно спрашивает.

— Возможно. — Хмыкаю.

— Сила ж неизмерима…

— Не так чтобы. Били и мы их. И не все сильфы против нас. И оборотни помогут.

— Да, за оборотней разговор был, чтоб под нож весь род. И это в первую очередь провернуть собирались.

— Спасибо, что предупредил. — Встаю и задумываюсь на секунду.

— Эд. — Димитрий выглядывает из апартаментов Риты.

Едва не силой вталкиваю и прикрываю за собой дверь.

— Девочек покарауль, а я в бар к Шере слетаю. — Кивает, насторожившись от моего вида. — Я быстро.

С порога перекидываюсь, прикрываюсь личиной невнимания – ясный день на дворе. У бара я через минут пятнадцать, как ни торопился, но опоздал. Окна, стены и мебель расстреляны из автоматического оружия. Труп охранника-динозавра изрешечён до неузнаваемости. Внутри трупы администратора и перекинувшейся в горностая официантки. Вбегаю в коридор с комнатами Шеры. В дальней огромная чёрная туша с гигантской дырой и море крови. Слабый стон из-под неё. Оборачиваюсь в боевую личину и с неимоверным трудом сдвигаю немного слоновью тушу.

— Эд?

— Да, Шера. Цела?

— Почти, только меня прижало телом Толана. Он закрыл и спас.

— Обернуться в тигру сможешь?

— Сейчас попробую. — Через минуту белая тигрица стоит рядом со мной. — Вала нашёл? Тоже был здесь в момент нападения, обедал.

Качаю головой. Глаза тигрицы вспыхнули яростью.

— Хоть бы хватило ума самому на рожон зря не полезть.

— Если выжил, он знает, куда идти за помощью.

«Инга, Дима рядом?»

«Только Рита. А он с оборотнем во дворе разговаривает. С тем, хамоватым.».

«Отлично.» — Поворачиваюсь к тигрице. — Вал уже на месте. Пошли.

— Я вообще подругу жду.

— Не в руинах же тебе принимать её? Она тебя и так кличет драной кошкой.

— Вот сучка блохастая. Пошли, только так, чтобы она след не потеряла.

44. Инга

Когда на базе появилось полсотни новых вампиров, а затем ещё примерно столько же оборотней, проживание на ней совсем перестало быть комфортным. Даже не берусь судить, кто из этих двух рас более шумный и склочный. Большинство конфликтов гасится простым появлением на горизонте Риты. Она кое-как смирилась с новым своим положением, хоть и продолжала шпынять Эда при каждой встрече, но я замечала её довольную ухмылку, когда гордецы, имевшие за плечами на порядок больше лет, склоняли головы в знак повиновения. Понятно, что в противном случае им пришлось бы иметь дело с Мастером, как все поголовно быстро начали его называть, но факт есть факт – тщеславие этой хрупкой и яркой на вид совсем девчонке вовсе не чуждо. И управляется она весьма неплохо.

Я и сама не смогла остаться совсем в стороне от конфликтов. Если мой общественный статус весьма высок, как никак Истинная самого Мастера, то расовый весьма спорный. Я – человек. Сама замечаю всё возрастающее пренебрежение, с которым я об этом думаю или говорю. И ничто это не меняет. Я пью кровь, как заправский вампир, более того, это не просто кровь, а кровь сильнейшего из них и, что самое невероятное, кровь ангела. Благодаря Алии на арене я стала сильнее Риты и почти сравнялась со многими высшими. Во время одной из тренировок я грубо ответила одному из оборотней, язвивших со зрительской трибуны, буквально вызвав его на бой, и в очень унизительной форме расправилась с ним – увернувшись в момент атаки, схватила за хвост и, раскрутив, отправила в полёт почти через всю арену. Любви со стороны перевёртышей мне это не принесло, но количество грубых шуток резко сократилось.

Маленький нежный Чертёнок оказалась весьма требовательна и скрупулёзна в своей заботе обо мне и моём развитии. Я почти постоянно на грани пресыщения энергией, состояние, что я взорвусь от переполняющей меня силы, стало привычным. Алия по несколько раз в день насыщает меня энергией, чередуя это с небольшими дозами своей крови. Это становится слишком личным, вопреки всем моим опасениям сближает нас. Тяжело общаться с телепатом, читающим все твои мысли, когда ты сам так не можешь. Мне всё кажется, что её улыбка выглядит немного коварной и властной в моменты, когда она целует меня, прокусив свою пухлую губку. Этот ритуал, а в последние дни она только так питает меня своей кровью, оказался безумно приятным. На мои мысли по этому поводу она рассмеялась.

— А ты как думала, я влюбляю тебя в себя. — Кажется, у неё это получается. — И да, это работает в обе стороны.

Также хитро она посмеивается, когда я думаю о том, что никогда не спрошу, куда она пропадает, иногда оставляя нас с Эдом наедине.

— Рита говорила, что ты жаловалась, надоело чувствовать себя человеком? — Эд улыбается, а я растерянно киваю: да, жаловалась.

— В тебе метаэнергии больше, чем в высшем вампире или в Киле. — Нежно обнимает.

— Но при этом я продолжаю стареть? — Выражаю свой самый большой страх.

— Сомневаюсь. — Смеётся.

— А ещё у меня по-прежнему каждый месяц болит живот. — Обиженно бурчу. — Ни вампиры, ни сильфы этим не страдают.

— А это значит, что ты в теории способна родить малыша. — Он, кажется, не шутит.

— И кем он будет? — Вздыхаю. — А главное, от кого? Ведь…

Он закрывает мне рот ладонью, очень мягко.

— Будем решать проблемы, когда придёт время. Мы с Алией должны побывать на одном из тропических островов. Ты хочешь с нами? — Киваю и целую его ладонь.

Улыбающийся Чертёнок через несколько секунд появляется в дверях – редкий случай, обычно она утруждает себя топать ножками лишь в компании с кем-то.

— Готовы? — Мягкими змейками тонкие ручки обвивают наши талии.

— Фух. — Из баловства громко выдыхает, переместив нас на песчаный пляж, залитый солнцем.

Вот сейчас я опять позавидовала — она уже в купальнике… Лучше бы без, только подчёркивает её идеальность и ничего не прячет. И тогда я тоже бы могла составить ей компанию. Хотя бы для моральной поддержки. Она оглядывается, смеясь, исчезает и появляется с купальником в руках.

— А ты иди занимайся своими