Замок рабов 3 - Александр Сергеевич Виланов

Перед Керсадесом встало сразу две задачи. Первая: уберечь себя от проклятия, сохранив при этом свою жизнь и разум. Как он решил эту задачу, мы уже знаем: расщепил себя на восемь фрагментов и раскидал их по всему миру.

Пять стали этакими клонами Керсадеса, сами разбрелись по разным уголкам мира и впали в спячку. Шестой был отдан на хранение лорду глубин Вол’Кларру.

Седьмой фрагмент маг доверил Моргане. Оказывается, я угадал, когда в шутку предположил, что она одновременно и любит, и ненавидит Керсадеса. Маг знал, что несмотря на ненависть, в глубине души богиня всё ещё любит его, и ни за что не расстанется с фрагментом.

Ну и последний, восьмой, был отдан на хранение небесному народу ма’лари.

— Как я подружился с той троицей — это отдельная история, — сказал Керсадес. — Очень долгая и не относящаяся к делу, так что не буду нагружать вас ей сегодня.

Вторая же задача состояла в том, что кто-то должен был заменить Керсадеса и продолжить его дело. Ему нужна была армия. Армия сильных и могущественных воинов, в придачу ещё и неуязвимая к проклятию Айролеи.

— Это был, не побоюсь сказать, самый грандиозный проект в моей жизни. А прожил я немало.

Над кандидатами долго думать не пришлось. Вариант тут был ровно один — снова похитить жителей Земли. В этот раз маг решил не мелочиться и не ограничиваться одной тысячей, а похитить сразу всех.

Другой вопрос, как сделать их сильнее. В том мире не существовало магии, люди были до ужаса слабы, а компенсировали эту слабость высокотехнологичным оружием. Но перетащить в Ардорис всё их вооружение не представлялось возможным. Нужен был другой план.

Тогда Керсадес довёл до рабочего состояния заброшенный когда-то проект — извлечение и имплантацию духовных камней. Тех самых, которые есть в любом существе и содержат в себе его силу, способности и частичку личности.

Прикол в том, что реализовать эту технику проще всего было именно на землянах, так как их тела были «чистыми», полностью лишёнными магии. И эта чистота была необходимым условием, чтобы тело могло принять чужие духовные камни.

Дальше требовалось изобрести глобальное заклинание, которое объединит в себе сразу несколько функций: проникнет на Землю, подберёт подходящих кандидатов, перенесёт их в Ардорис, а затем будет консультировать и давать подсказки, причём на понятном для них языке.

А чтобы заклинание могло делать всё это самостоятельно, его нужно было наделить собственным разумом. Искусственным интеллектом, проще говоря. Но у Керсадеса очень удачно завалялся ещё один почти готовый проект, направленный как раз на создание такого разума.

— Это заклинание называлось Am’Red’Ki’Thila, — сказал Керсадес. — Знаю, что название труднопроизносимое, особенно для тех, кто не знает значения этих слов.

— Примерно как у нас в медицине, — сказал я. — Только медик сможет понять и расшифровать, что означает название какого-нибудь в-жопу-его-драть-мицина.

— Поэтому заклинание должно было придумать название самостоятельно. Выбрать слово из вашего языка, по которому вы сразу поймёте его назначение.

— И назвалось Системой, — хмыкнул я.

— К слову о вашей «чистоте», — сказал маг. — Взвесив все за и против, я решил, что нужно наделить вас хотя бы небольшой щепоткой магией. Иначе вы не смогли бы даже активировать свитки. Сейчас узнаю, как Система это назвала… Вот: показатель «дух», выдать игрокам стартовое значение 1, эквивалентное 10 ед. маны.

— И что, это не помешало возможности вставлять в нас духовные камни? — спросил я.

— Совсем чуть-чуть, — сказал маг. — Скажем так, вызывало бы дискомфорт при вставке самых первых камней.

— Дискомфорт⁈ — воскликнул я. — Так вот из-за чего в первые разы мы загибались от боли⁈ То есть, если бы не эта щепотка маны на старте, то вставка камней проходила бы вообще безболезненно⁈

— Да, — кивнул Керсадес. — Но повторю ещё раз: я решил, что без этой щепотки вам будет намного сложнее выжить.

Ну, тут с ним не поспоришь. Представляю, как мы бы выживали, не имея возможности применить тот же свиток транспортировки.

Была ещё одна проблема, которая вскрылась ещё во времена проекта № 2. Тела землян плохо переносили пропитанный магией воздух Ардориса. Причём заметнее всего это проявлялось, когда землянин перемещался на большие расстояния. Происходило перенасыщение организма магией, что приводило к болезням и даже смертям. А вот если сидеть на месте и жить в пределах одной деревни/города, то всё было норм.

Но какой будет толк от армии, не способной сдвинуться с места? Решение Керсадес нашёл в Неферских стелах. Одна из их функций позволяла перемещаться на большие расстояния, при этом не провоцируя перенасыщения маной.

А чтобы игроки не уходили далеко в пределах одной локации, Керсадес прибег ещё к одному заклинанию. Оно окружало определённый периметр вокруг каждой локации и не позволяло выйти за его пределы.

— А, это тот самый белый барьер? — догадался я. — Он, знаешь ли, пару раз нас чуть не прикончил.

— А зачем вы в него заходили? — не понял маг. — Ведь он для того и предназначался, чтобы заставить вас повернуть назад.

— Жизнь, знаешь ли, не так проста, как ты думаешь, архимаг. Всякое бывает, и иногда оказываешься за этим барьером против своей воли.

— Возможно. Но в любом случае это спасло намного больше жизней, чем сгубило.

— Я одного не пойму, — сказал я. — А нахрена была нужна вся эта тема с игроками и рабами?

— Такие решения Система принимала сама, т. к. я к этому времени уже был разделён на фрагменты, — сказал маг. — Сейчас запрошу у неё данные… Ага, всё ясно.

Людей оказалось слишком много. Перенести и материализовать в новом мире сразу восемь миллиардов Система бы никак не смогла. А ещё не смогла бы предоставить всем им безопасные базы для комфортного старта.

Нужно было провести отбор. Так как Керсадесу требовались воины, Система пришла к простому решению: провести испытание боем. И сделать игроками тех, кто сможет за ограниченное время убить другого человека.

А чтобы не отправлять всех остальных в утиль, Система придумала механику рабства. Тех, кто не прошёл испытание, игроки смогут призывать себе в качестве рабов и тоже использовать как боевую силу. Пусть и не такую эффективную, как они сами.

А чтобы ограничить приток людей и не перегрузить свои ресурсы, создала условие, требующее для призыва каждого раба найти особый предмет — рабское