Последний рубеж - Андрей Ливадный

Подобных проблем хватало с избытком и это не приносило Аль Кемрану ничего, кроме лишних хлопот, и мрачных предчувствий.

Отогнав тяжелые мысли, он взглянул на пленника с Ганио.

Слишком молод, чтобы оказаться полезным, – промелькнула в сознании раздраженная оценка.

– Ну, расскажи мне, что ты умеешь?

Вопрос заставил Ашбека вздрогнуть, невольно втянув голову в плечи. Он растерялся. Как ответить на такую размытую, обобщенную формулировку? Сказать что "умею все"?

Предательская дрожь ползла по спине. Щекотливые капли липкого пота скатывались под одеждой.

Меня убьют, если я буду молчать.

Взгляд Ашбека внезапно впился в бытового андроида, древней, уже давно снятой с производства серии.

Модель «Хьюго БД-12». – Безошибочно определил Ашбек. Он часто сталкивался с подобными механизмами на Ганио, и был прекрасно осведомлен о трехуровневом программировании таких машин.

Этот дройд, судя по характерным особенностям поведения и некоторым, понятным лишь грамотному технику признакам, до последнего времени пребывал в консервационном хранилище. Его приводы издавали слишком громкий звук, координация движений была нарушена из-за отказа половины датчиков пространственной ориентации. Да и поведение говорило само за себя. Завершив бесхитростную сервировку стола, он отошел в угол отсека и застыл там, будто изваяние. Явно у него был активирован первый уровень программной свободы, без определенной привязки к конкретной личности. В таком состоянии сервомеханизм исполнял лишь четко сформулированные приказы, относящиеся к сфере бытового обслуживания, и подчинялся любому человеку.

В сознании Ашбека все вышесказанное промелькнуло за доли секунды. Ему не нужно было раздумывать над конструкцией и особенностями программного обеспечения человекоподобного механизма – он знал их как свои пять пальцев.

– Джелави[21], – осторожно и почтительно обратился он к Рашиду. – Много ли пользы приносит этот механизм?

– Он вообще не приносит пользы. – С прежним раздражением ответил Аль Кемран. – Любой пастух справился бы лучше и быстрее.

– Я мог бы сделать его великим, непобедимым воином, который в точности исполнит любой приказ Великого Эмира, не заботясь о своей жизни. – Ашбек старался говорить спокойно, специально избегая технических терминов, излагая мысли простым, понятным языком. – Он никогда не предаст своего хозяина, не причинит ему вред, никогда не устанет, не уснет на посту, выполнит любое задание.

– Ты лжешь. – Насупился Рашид. – Я видел сотни таких машин на планетах Ширана, но ни одно из этих тупых исчадий шайтана не принесло мне пользы.

– Я не лгу.

– Тогда докажи свое мастерство. – Зловеще усмехнулся Аль Кемран. – Сделай так, как сказал и будешь вознагражден. А нет – Юсуф с удовольствием вырвет твой лживый язык.

Ашбек встал из-за стола, чувствуя, что дрожит всем телом, опасливо покосился на равнодушного к происходящему, скрестившего руки на груди Джалгета, и понял, что отступать уже поздно, да и некуда…

Животный ужас, который он испытывал перед этими людьми, внезапно придал Ашбеку сил.

Подойдя к андроиду, он точным, заученным до автоматизма движением подцепил ногтями фрагмент защитного кожуха, легко снял его с креплений, обнажив миниатюрную панель встроенного программатора.

Будь Ашбек настоящим воином, воспитанным в духе кланов Ганио, через пару минут звезда Рашида Аль Кемрана закатилась бы навсегда. Однако полукровка не думал о мести. Он заботился лишь о собственной шкуре, прекрасно понимая, что удачный, а главное эффективный способ демонстрации произведет на эмира самое благоприятное впечатление, и тогда – кто знает, – возможно, что судьба Ашбека Рогманова совершит очередной поворот, возвысив его, снова превратив в незаменимого специалиста, которого станут почитать эти дикие люди, вознамерившиеся завоевать всю Обитаемую Галактику?

Ашбек совершенно не думал о том, что сейчас, "великие завоеватели", мягко говоря, не состоятельны в плане удовлетворения заявленных амбиций, а он своими действиями в буквальном смысле вкладывает им в руки мощнейшее оружие, способное изменить ход истории.

Нет. Он был слишком напуган, чтобы мыслить в таком русле.

Дрожащими пальцами он вскрыл кожух второго корпуса, за которым в грудной полости андроида был надежно скрыт дымчатый шар ядра системы, рядом с которым располагался главный сервомоторный узел.

– Ну? – ударил в спину голос Рашида.

Ашбек обернулся.

– Мне нужна специальная графитовая смазка, некоторые инструменты и кристаллодиски, хранящиеся в сейфе, который встроен в переборку отсека управления каждого штурмового носителя.

– Эти сейфы не открываются. – Мрачно произнес Джалгет, которому возня с андроидом казалась всего лишь попыткой никчемного юнца оттянуть время своей смерти.

Ашбек, повидавший за десять лет работы и обучения не одну сотню искалеченных штурмовых носителей, знал универсальный аварийный код технического доступа к сейфу, где обычно хранились диски с резервным программным обеспечением. Среди прочего там находились программы, предназначенные для андроидов пехотной и технической поддержки. От страха за собственную жизнь Ашбек соображал быстро, он знал, что у него будет только одна попытка произвести благоприятное впечатление на свирепого эмира, и потому его рассудок выдавал одно нестандартное решение за другим: Рогманов знал, что современные боевые машины человекоподобного типа конструировались на основе серийной модели "Хьюго БД-12", а значит "продвинутое" программное обеспечение при умелом подходе может быть проинсталлировано в систему дройдов, которыми оснащались колониальные транспорты. Такой ход был необходим Ашбеку, чтобы, включив третью степень программной свободы, он мог продемонстрировать Рашиду Аль Кемрану не только полное послушание сервомеханизма, но и его несомненные боевые качества.

Такого сочетания, как узкоспециализированные боевые программы современных пехотных дройдов и гибкость мышления, способность к саморазвитию, присущие моделям "Хьюго", до этого момента не создавал никто.

Ашбек вовсе не был уверен, что у него все получиться, но когда на кон поставлена собственная жизнь, любой риск оправдан. Слишком внятно ему объяснили, что ждут чуда, наглядного, определенного, а не нудной лекции с массой непонятных терминов и цифр.

– Говори код доступа. – Раздался хрипловатый голос Джалгета. – Я сам схожу и проверю.

Рогманов четко выговорил цифробуквенную комбинацию и, не надеясь на память Юсуфа, тут же записал ее в память электронного планшета, который без толку валялся на столе.

Когда Джалгет вышел, Рашид, в ожидании дальнейшего развития событий, начал задавать Ашбеку вопросы, касающиеся его прошлого.