Врата Галактики - Михаил Ахманов

– Сканирую поверхность, – сообщил Анат. – На суше – скопления объектов в виде высоких башен, очень многочисленные. Практически занимают всю прибрежную полосу и районы по периметру внутренних морей. Можете прокомментировать это, Судья Вальдес?

– Поселения, – отозвался Марк, вспоминая базу дроми у Западного Порта на Тхаре, тоже застроенную башнями. – Их поселения – аналог наших городов. Бассейны разыскал?

– Нет. Только цилиндрические сооружения в ближнем космосе – те, о которых вы говорили. Целый пучок орбит. Даю примерное изображение.

Сотни ярких колец вспыхнули вокруг планетного сфероида. На одном из них замерцала точка, приблизилась рывком, повиснув на фоне голубого океана, и Марк увидел узкий цилиндр, похожий на старинную трость с изогнутой рукоятью. К ней подплывала стайка мелких рыбок – вероятно, челноки, доставившие груз с планеты.

– Это объект, интересующий вас? – спросил Анат.

– Да. Резервуар с халлаха, космическая станция воспроизводства потомства.

– Кажется, ваши разведчики были точны, – с непроницаемым видом молвил Первый Регистратор. – В этом мире дроми не размножаются на поверхности. Вы удовлетворены, Судья?

– Пока что нет. Необходимо проверить третий континент и острова – те, что в ночном полушарии.

– В земных мерах оно будет полностью доступно для наблюдения через одиннадцать часов, – проинформировал Анат. – Предпочитаете ждать, или обогнем планету? На это уйдет вдвое меньше времени, а темнота не помешает моим сканерам.

– Торопиться нам некуда, так что подождем, – решил Марк, вставая. – Подождем и рассмотрим все в подробностях. Конечно, если не возражает остальной экипаж.

– Мы в полном вашем распоряжении, – произнес Первый. Затем бросил взгляд на экран и поинтересовался: – Скажите, Судья, эти станции воспроизводства могут маневрировать?

– По нашим сведениям, несомненно. Главный двигатель в изогнутом конце, и есть ряд дополнительных на образующей цилиндра. Типичная конструкция дроми, с которой мы не раз встречались. Их боевые сателлиты выглядят примерно так же. Кстати, Анат, на какой высоте эти родильные корыта?

– От трети до половины диаметра планеты, Судья.

– Хм-м… От четырех до шести тысяч километров… Думаю, им ничего не грозит, даже если дроми не отведут их подальше.

– О чем вы, Судья? – спросил Первый Регистратор, тоже поднимаясь. – Вас что-то беспокоит?

– Пожалуй, нет. Видишь ли, удар аннигиляторов испарит огромные массы воды, и облако пара, смешавшись с атмосферой и пылью, ринется в космос. Очень неприятно встретить его в двустах-трехстах километрах над поверхностью… Но облако быстро рассеется, а скорость его невелика. Нет причин для тревоги.

Кивнув Регистратору, Марк направился в коридор, а затем в свою каюту. Он успел пообедать, поразмышлять над откровениями серва о даскинах – откуда Первый столько знал о них?.. – прогуляться в саду и побеседовать с братом – Хийар расспрашивал его о Майе, Ксении и Сашке, а эта тема была неиссякаемой. Тянулось время, и Файтарла-Ата поворачивалась, как любой приличный мир, где происходит смена дня и ночи, подставляла солнцу и чутким сканерам бейри океан, и россыпь островов, и третий из своих континентов, похожий на когтистую лапу дракона. Наконец Анат доложил, что на поверхности планеты искомое не обнаружено, и Марка это не удивило. Совсем не удивило! О ком бы ни шла речь, о людях, дроми или, предположим, хапторах, метрополия – самый густонаселенный, самый продвинутый мир. Все, что не поместилось на планете, вынесено в ближний космос – энергостанции и производства, порты и верфи, обсерватории, спутники связи, склады с сырьем и установки регулирования климата. А у дроми еще и инкубаторы с личинками… Что удивляться? Специфика расы, у которой нет ни детей, ни родителей…

Марк отдал команду, и бейри повернул к протозвезде и вратам в тоннель даскинов.

Ночью, той условной ночью на борту космического корабля, что необходима человеку, он долго не мог уснуть, а когда задремал, в первый раз виделись ему плохие сны. Снилась Файтарла-Ата, но не зеленая и голубая, а черная, сожженная дотла, лишенная воздуха, воды и жизни, с бесконечными полями лавы из расплавленных камней и высохшим океаном, покрытым слоем пепла. Это видение тревожило Марка и для Хийара было просто мучительным.

Я спокоен, и ты спокоен… Мне хорошо, и тебе хорошо… Мне плохо, и тебе плохо…