Поцелуй ночи - Ярослава Лазарева

— Нет!

— Подожди! — сказал он и мгновенно исчез.

Я вытянулась на влажной траве и закрыла глаза. На душе было смутно. И в то же время радость оттого, что я уже совсем скоро увижу любимого, начала разгораться внутри и согревать теплом. Я понимала, что на меня возлагаются определенные надежды, ведь Атанас обратился за помощью именно ко мне, а значит, хотел он этого или нет, но определенно стал понимать силу любви. Я не знала, что меня ждет, и решила ничего заранее не загадывать, а положиться на интуицию. И была уверена, что смогу сделать все как надо. Только бы быстрее добраться до монастыря! Слова Дино о том, что обычным шагом мы там будем лишь к вечеру, невероятно огорчали. Я уже было решила воспользоваться его предложением, и в этот момент Дино возник из тумана. Я села и с изумлением воззрилась на обычную деревенскую лавку, которую он принес. Она состояла из узкой длинной доски и двух опор в виде обтесанных стволов молодых берез.

— Что это? — спросила я. — Ты решил, что нам необходимо посидеть на лавочке и отдохнуть? Но я уже прекрасно отдохнула…

Дино усмехнулся и перевернул лавку доской вниз.

— Вставай на доску и держись за опору, — предложил он.

Я не смогла сдержать улыбки.

— Это что-то типа «лавкаборд»? — рассмеялась я. — Мы на ней поедем?

— Делай, что говорю, — велел он и занял место впереди.

Я забралась на доску и крепко уцепилась за березовый ствол. Сверху он был примерно на полметра в свежей земле, и я поняла, что Дино позаимствовал лавочку из какого-то деревенского палисадника.

— Держись крепче! — предупредил Дино.

И тут же лавка приподнялась, зависла в метре над землей и стремительно помчалась сквозь туман. Я невольно взвизгнула. Мы каким-то непостижимым образом оказались возле леса, который, насколько я разглядела сквозь туман, находился довольно высоко на горе. Дино и тут не сбавил скорость. Увидев пролетающие мимо темные ели, я зажмурилась, но Дино лавировал между ними так ловко, что ни разу не врезался, только изредка мы задевали за еловые ветви, когда проход оказывался слишком узким. И вот я почувствовала, как наша «лавкаборд» замедляет ход, и открыла глаза. Мы находились на вершине горы. Туман расстилался внизу, плотной голубоватой мутью укрывая ложбины и лес. Уже начало светать, небо окрасилось в сиреневато-розовые тона. И чем выше поднималось солнце, тем светлее становился сиреневый цвет и ярче — розовый.

— Последний рывок! Держись!

И мы взмыли вверх. Я увидела стремительно приближающийся монастырь — высокие белые стены без единого входа, центральное здание с полукруглым куполом, прямоугольники белых могильных плит. Дино ловко перелетел через башню и опустился неподалеку от стены в уже знакомом мне месте в углу кладбища. Я соскочила с доски и, даже не поблагодарив Дино, ринулась к возвышающемуся в углу склепу. У входа, обрамленного двумя колоннами, густо увитыми вьюнком, возникла Лила. Она была по обыкновению в воздушном платье, на этот раз густого синего цвета, что я отчего-то сочла плохим знаком.

— Что с ним? — закричала я, бросаясь к пей. — Он жив? Я опоздала?!

— Успокойся, — мелодично проговорила девочка, и звук ее голоска, похожего на перезвон колокольчиков, немного меня утихомирил.

Лила смотрела пристально, ее тонкое нежное личико казалось истаявшим. У меня сжалось сердце, и тут же подступили слезы.

— Успокойся, — повторила она. — И входи.

— Но… — начала я, ожидая каких-то инструкций.

Лила растаяла на глазах, освободив мне проход в склеп.

Я осторожно заглянула внутрь. Здесь ничего не изменилось с прошлого моего посещения. На постаменте в открытом гробу, обитом изнутри фиолетовым атласом, лежал Грег. Увидев его застывший точеный профиль, я потеряла голову. Бросившись к нему, я начала тормошить его, сжимать окостеневшие руки, сложенные на груди.

— Любимый, посмотри на меня! — умоляла я. — Это я, твоя Лада! Не уходи! Я умру без тебя! Не оставляй меня одну в этом мире! Что мне жизнь, что мне смерть, если тебя рядом не будет? Очнись, приди в себя! Иначе я умру прямо здесь!

Я упала ему на грудь и разрыдалась. В голове темнело, я была на грани обморока.

И вдруг я провалилась в темноту. Открыв глаза, поняла, что нахожусь в пещере со множеством извилистых узких коридоров. Слабый свет, идущий неизвестно откуда, бросал отблески на каменные стены. Я замерла, не зная, куда мне идти. Ужас сжал сердце.

«Может, я умерла от горя? — мелькнула мысль. — И сейчас нахожусь на том свете?»

Я не знала, что думать. Оглядевшись, отправилась в коридор, что был ближе ко мне. Пахло сыростью, стены кое-где покрывала плесень, под ногами было скользко. Но я упорно шла вперед. И вот воздух изменился. Потянуло какой-то сладковатой вонью, и меня чуть не вырвало. Но я продолжала двигаться. Коридор закончился тупиком. Я оказалась на небольшой круглой площадке. У стены лежал… Ганс. Да, я не могла ошибиться, это был именно он. Я остановилась в растерянности. Страх змеей вполз в душу. Ганс хрипел, его глаза уже закатились, из раны на его шее хлестала кровь. Вдруг возле него возникла Рената. Она смотрела на меня огромными расширившимися глазами, в которых плясало безумие. Ее рот с длинными клыками был раскрыт, подбородок испачкан кровью. Я не выдержала и завизжала от страха. Ганс и Рената мгновенно исчезли, словно их тут и не было. А я опрометью бросилась обратно, крестясь и шепча все молитвы, какие знала. Оказавшись на площадке, из которой вело множество коридоров, я остановилась.

— Я должна выбрать правильное направление, — бормотала я. — Главное, не ошибиться.

Я зачем-то стала нюхать воздух в разных коридорах. Из одного, как мне показалось, шел цветочный запах. Я пошла туда. Через какое-то время коридор резко оборвался, и я чуть не упала на огромный белый лепесток лилии, кончик которого лежал на обрыве. Я заглянула вниз. Огромная полураскрытая лилия занимала все видимое пространство. Из ее сердцевины шел настолько сильный и одуряющий запах, что у меня закружилась голова. Мне показалось, что я мгновенно пропиталась этим наркотическим ароматом, что он вошел в меня и словно забальзамировал. Перед глазами потемнело, я зашаталась, не удержалась на краю обрыва и упала на лепесток. И тут же покатилась вниз по его влажной поверхности. Мне было дурно, я не могла сопротивляться этому стремительному движению. Чем глубже я скользила в цветок, тем сильнее становился аромат. Мне он казался уже вязким. Я поняла, что сейчас от-равлюсь им и потеряю сознание. Я схватила кулон и понюхала кровь Грега. В голове тут же прояснилось, воздух стал свежим, сладкого дурманящего запаха я уже не чувствовала и вздохнула с облегчением, понемногу приходя в себя. Я скатилась в сердцевину цветка к толстым тычинкам, покрытым на кончиках красной пыльцой. Они выглядели как диковинные растения с багряной утолщенной верхушкой. Между ними стояла тоненькая хрупкая белокурая девушка.

— Эй, — осторожно позвала я.

Девушка выглянула из-за одной из тычинок. Это была Эльза, возлюбленная Гарца, я сразу ее узнала. Я приблизилась и вежливо поздоровалась. Она смотрела прямо мне в глаза. Ее тонкое одухотворенное лицо с серыми глазами и нежным румянцем было печальным.