Монах. Шанти - Евгений Щепетнов

– Найдут, – усмехнулся Урхард, – не сразу, но найдут. Кроме того, надо будет получить разрешение на торговлю в другом клане. Мало того что это деньги, но еще и выдашь себя. Первое, что сделает Идраз, – запросит главу другого клана, нет ли некоего купца Гирсе, который взял разрешение на торговлю…

– Имя сменить? Назваться другим именем?

– Похоронить имя моего отца? – тяжело спросил Урхард. – Лучше умереть!

– И похоронить Беату? Адану? – скривился Андрус. – Самого себя? Стоит ли того набор звуков?

– Это у тебя набор звуков, – мрачно сказал купец, – а у меня имя моего отца, имя моего рода. И я не предам его!

– Зато предашь свою семью, – спокойно парировал Андрус, и был награжден яростным взглядом Урхарда.

– Не твое дело! Ты чужак, ты не поймешь этого!

– Не пойму, – согласился Андрус. – Ради набора звуков загубить свою жизнь и жизнь своих близких. Не пойму…

Купец зарычал и стал подниматься с места, когда Адана звенящим голосом сказала:

– Хватит! Прекратите! Не хватало, чтобы вы передрались! Вы оба правы, по-своему. И путь у нас только один – в город. А уж из города… там видно будет. Урх, узнай, куда выгоднее уехать – подальше, так далеко, чтобы этот негодяй не сразу нас достал! А ты, Андрус… решай, ты с нами или без нас. С нами – будет опасно и тяжко. Скорее всего. Без нас – тоже не мед. Я думаю, что переезжать нужно месяца через два, не раньше. Урх, ты должен как следует все узнать, подготовиться к переезду. Пока что все тут затихнет после отъезда Андруса, так что особо спешить не стоит. Продержимся.

– Что это у тебя? Я давно хотела спросить… – Беата провела пальцем по груди Андруса к основанию шеи, где на коже темнел странный отпечаток – две маленькие скрещенные палочки будто впечатались в тело.

– А полегче вопроса не было? Например, откуда берется ветер? – Андрус улыбнулся, глядя в склонившееся над ним лицо Беаты.

– Это все знают, – усмехнулась она. – Бог ветра открывает мешок и выпускает ветры и ветерки! Вот и все!

– А я думал, он как-то по-другому ветры пускает, – заметил Андрус, поглаживая Беату по гладкому бедру, ощущая шелковистость кожи. Он так давно об этом мечтал, и вот… сбылось. В последнюю ночь.

– Святотатец! – хихикнула девушка. – Ты на что намекаешь?! Вот обидится бог ветра, нашлет на тебя ураган, тогда узнаешь!

– Наверное, узнаю, – улыбнулся он и, взяв за талию, аккуратно положил девушку рядом с собой.

Беата тут же закинула на него руку и, глядя в глаза, тихо сказала:

– Я не верю, что это последняя наша ночь. Я никуда тебя не отпущу! Найду везде, где бы ты ни спрятался, учти это!

– Учту, – серьезно кивнул Андрус. – Добилась своего? Ну и зачем тебе это надо было? Я – зачем тебе? Нашла бы себе хорошего парня в городе, вышла замуж, имела бы нормальную семью, детей. А теперь что? Безродный, приблудный, непонятно кто – и тебе это надо?

– Надо, – хихикнула Беата. – Душа сама выбирает! Боги выбирают.

– Так боги или душа? – улыбнулся Андрус. – Ты уж определись.

– Не знаю. Знаю одно: ты мне нужен. И только ты. Больше никто. И вообще, хватит болтать, а? У нас есть еще несколько часов, давай-ка, докажи, что о перевертышах говорят правду! Пока что ты еще ничего не доказал! Ну! Где твоя магическая любовная сила?! Вот так… начинаю верить… не останавливайся! Ну же! Быстрее! Да-а-а!

– Готов? Ну что же, прощаемся?

Урхард обнял жену, потом дочь, легко вскочил в фургон и взял поводья в руки. Андрус подошел к Адане, обнял ее, потом обнял Беату – та обхватила его за шею, поцеловала припухшими губами, отпустила и неожиданно горько заплакала, пряча лицо в ладонях. У Андруса защемило сердце, и он поскорее влез в повозку, чтобы побыстрее покончить с прощанием. Все равно уже ничего не изменишь, толку тогда сердце рвать? Скорее уедет – скорее Беата успокоится.

Урхард хлестнул лошадей поводьями, те тронулись с места, и здоровенный купеческий фургон запылил по дороге, оставляя в песке глубокие следы от окованных металлом колес. Через несколько минут Андрус оглянулся – женщины так и стояли у ворот дома, провожая своих мужчин. Как и все женщины, на протяжении многих тысяч лет. И, как и всегда, они не знали, вернутся ли мужчины домой.

– Это Лес?! – Андрус с восхищением смотрел на вершины деревьев, теряющиеся в поднебесье. – Сколько же им лет?!

– Да кто знает, – флегматично ответил Урхард, задумчиво глядя вперед. – Тысячи лет им. Они медленно растут.

– Сколько времени мы будем ехать по Лесу?

– Полдня. Даже побольше. Как только выедем из Леса, сделаем остановку – коней напоим, пообедаем, Адана чего-то нам положила, вон там, в корзинке. Ну а к вечеру будем в городе.

– А ночевать где?

– На постоялом дворе, конечно, – пожал плечами Урхард, – как обычно. В «Красном коне». Все купцы там останавливаются. Охрана хорошая, да и кормят неплохо. Устроим лошадей, сами устроимся, да и пойдем искать, куда тебя пристроить. Перевезу семью и тебя снова к нам перетащу, чего бы это мне ни стоило. Ведь ты теперь мне не чужой, а, Андрус?

– Не чужой, – кивнул Андрус, помолчал и грустно добавил: – Ты же знаешь, я сопротивлялся до последнего дня. Вернее, ночи. Она сама так хотела. Клянусь, я бы никогда не причинил ей вреда.

– А ты и не причинил, – ответил Урхард. – Скорее наоборот. А если серьезно, пусть все будет как будет. Если она понесет, будет нам мальчик. Или девочка… хотя я сильно рассчитываю на мальчика. Ну а вы с Беаткой как-нибудь разберетесь. Главное сейчас совсем другое.

– А если ни мальчика, ни девочки не будет? – усмехнулся Андрус. – Ты так говоришь, будто все уже определено!

– Конечно, определено, – хохотнул Урхард. – Я что, свою дочь не знаю? Если она за что-то берется… небось все соки из тебя выжала! Хо-хо-хо…

– Не без того, – неожиданно для себя расхохотался Андрус и вдруг замолчал, замер, ощутив за кустами присутствие человека. И не просто человека, а человека злого – волна ненависти просто била в мозг, распространяясь по округе, как волна вони от выгребной ямы!

Потом Андрус почувствовал еще двух людей – с другой стороны дороги, они тоже желали им зла, но не так яростно, как первый.

– Засада! – тихо сказал Андрус. – Не шевелись! Двое справа, один слева. Ты бежишь к одному, я к двум. На счет три прыгаем… раз… два… три!

Мужчин будто сдуло с повозки. Несмотря на свои габариты, Урхард двигался быстро, как лесной кот, Андрус же сразу перешел в боевой режим, и, когда оказался перед застывшими в кустах стрелками, те не успели сделать ничего – меч мгновенно рассек им шеи.

Обезглавленные тела все еще стояли на ногах, пуская фонтаны крови, когда Андрус помчался к оставшемуся в живых убийце, с которым схватился Урхард.

Здесь все было похуже – Бирнир успел выпустить стрелу, та пробила плечо Урхарда, обездвижив правую руку и лишив шансов победить здоровенного мужчину, радостно размахивающего тяжеленным мечом.