Арабские сны - Ирина Лакина

— Вернулась королева серпентария, — прошипела рядом Лерка, — жди беды теперь.

— Она не посмеет покуситься на мою жизнь. Я ношу под сердцем ее внука.

— Она посмеет покуситься на твою любовь. Вот увидишь, решит во что бы то ни стало подсунуть повелителю новую девку — как подарок в честь такого радостного события.

Лерка ухмыльнулась, рассматривая стройную процессию, которая двигалась по саду к входу во дворец. Неожиданно валиде подняла голову и замерла, пронзая меня пытливым взглядом. У меня мурашки побежали по коже. Я сделала шаг назад, намереваясь скрыться в покоях, но подруга схватила меня за локоть.

— Стой! Не показывай ей свою слабость. Ты больше не испуганная Сашка Ковалева, занесенная сюда попутным ветром. Ты мать будущего шахзаде, любимая женщина падишаха. Смело смотри в ее глаза.

Я с благодарностью посмотрела на Лерку, а затем встала на место и улыбнулась — искренне и от всей души, заставив валиде недоуменно ухмыльнуться, отвести взгляд и войти внутрь.

— Я хочу отправить ей весть — написать письмо, рассказать, что я беременна. Не хочу идти к ней на поклон. Пусть она сама идет ко мне с подарками и поздравлениями.

— Я могу написать и отнести, — предложила Лерка, — на занятиях меня учили письму.

— Хорошо, — я кивнула, — неси скорее бумагу, чернила и перо.

Подруга нырнула в прохладный полумрак гостиной и через пару минут вернулась с эпистолярным набором. Расположившись на подушках за столом, она приготовилась писать.

— Диктуй.

— «Валиде! Радостную весть хочу донести до вас. Два сердца бьются во мне — мое и будущего наследника династии. Рамаль».

— Коротко и ясно, — резюмировала Лерка, присыпав свежие чернила песком и принявшись усиленно сдувать его с листа.

— Иди, мне не терпится узнать о ее реакции.

Подруга сложила в аккуратный свиток мое послание, перевязала его тонкой нитью и капнула на нее воском. Я приложила к горячей кашице свой перстень вместо печати.

— Пожелай мне удачи, — бросила мне подруга, замешкавшись в проходе.

— Удачи.

Ее тонкая фигура скрылась за занавесками, а через минуту я услышала звук закрывающихся дверей. Интересно, как теперь моя без пяти минут свекровь будет портить мне жизнь? Наверняка попытается подсунуть в кровать к повелителю наложницу. Но решится ли на это Джахан, зная, что за стеной его покоев все слышит и чувствует мать его ребенка и любимая женщина?

Я с ужасом представила себе, что могу услышать сладострастные крики и вздохи за стеной, тем более что мой балкон граничит с его террасой и звуки свободно проносятся сквозь прозрачные шторы на улицу, а затем прямо в мою гостиную.

Я прислушалась к шорохам, доносящимся из его покоев. Судя по всему, евнухи чистили ковер. Мне вдруг захотелось немедленно увидеть его. Я бросила взгляд на высокую мраморную балюстраду, отделявшую мой балкончик от его террасы, и, поддавшись азарту, приставила к ней стол, взобралась на него, перекинула сначала одну, потому другую ногу через ограду и спрыгнула вниз. Как оказалось, прыгать было не так уж и страшно. Прыжок получился мягким и пружинистым.

Я подошла к занавешенной тюлем арке и заглянула внутрь. Как я и предполагала, несколько слуг усердно чистили ковер. Джахана внутри не было. Я разочарованно скривила лицо.

— Госпожа! — один из евнухов, заприметив меня, бросил от неожиданности метлу, — как вы здесь оказались? Вам нельзя сюда! Повелитель сейчас вернется с охоты и захочет отдохнуть. Возвращайтесь в свои покои.

— Уже ухожу, ага, не шуми, — пробурчала я, затем важно прошла мимо них к выходу и постучала в дверь. Негоже демонстрировать любопытным евнухам, как я лазаю через заборы.

Вернувшись в свои покои, я застала Лерку сидящей в центре гостиной прямо на полу. В ее руках была маленькая малахитовая шкатулка. Я окликнула ее:

— Лера, в чем дело? Почему ты тут сидишь? Что в шкатулке?

Она подняла на меня стеклянные, полные отчаяния глаза и начала едва заметно покачивать головой.

— Да говори уже, что там стряслось? — я наклонилась и схватила ее за плечи.

— Лекси, я этого не хотела! Клянусь тебе, — затараторила подруга, — ты же знаешь, как я люблю Первиза! Что же мне теперь делать?

— Если ты мне не скажешь, в чем дело, я тебе по щекам надаю! Приди уже в себя! — я начинала терять терпение.

— Валиде прочитала письмо и очень обрадовалась, передала тебе подарок. Вот, держи, — подруга протянула мне шкатулку. Я открыла ее и увидела очень красивую брошь в форме мака с рубинами и агатами.

— Красивая брошь, — констатировала я, не понимая, с чего вдруг Лерка так себя ведет, — а хмурая-то такая ты почему? Что с твоим лицом? Ты словно приведение Зейнаб-калфы по дороге увидела!

— Потому что эта стерва приказала организовать в гареме праздник с танцами, и приказала мне, — Лерка подняла на меня свои широко распахнутые и полные ужаса глаза, — ты слышишь? — мне идти сегодня ночью к повелителю и развлекать его! Сейчас за мной придет Масуд-ага и поведет готовиться к хальвету!

Шкатулка выпала из моих рук. Я замерла, не в силах переварить услышанное. До чего же коварная и изворотливая особа! Подумать только, нанесла удар с той стороны, с которой я никак не ожидала! Отправить лучшую подругу на хальвет к повелителю — это хук слева, прямо в челюсть, с неизбежным нокаутом.

— Что нам делать, Лекси? — спросила Лерка дрожащим голосом.

Я начала вышагивать по комнате туда-сюда, продумывая варианты выхода из западни.

— Может быть, отправить тебя обратно через стену? — предложила я.

— А Первиз? Я ведь уже не смогу вернуться! — запротестовала подруга.

— Еще раз подвернуть ногу?

— Это не поможет! Валиде не оставит попыток отправить меня к падишаху. Как только я поправлюсь — она повторит свой приказ. Ты же понимаешь, что цель — ударить тебе в сердце.

— Но что же нам делать? — воскликнула я, осознав всю безысходность этой ситуации.

В воздухе повисла тяжелая пауза. Мы с подругой изо всех сил старались придумать выход. Лерка встала с пола и вышла на террасу. Я видела, как мелькает подол ее платья. Нервными шагами она мерила мраморный пол балкона. Наконец ее лицо показалось меж штор.

— Ты должна оказаться в его покоях раньше, чем приведут меня. Он не посмеет выставить тебя за дверь ради новой наложницы. Да к тому же его очень сильно разозлит, что мамаша шлет к нему девушку в тот момент, когда у него любимица. Это будет скандал! И еще — мне нужно как-то узаконить свои отношения с кападжи, чтобы у валиде больше не возникало соблазна внести раздор в нашу дружбу.

Я остановилась и задумалась. Лерка, как всегда, была права. Мое лицо просияло.

— Я проберусь к нему через балкон! — выдала я.