Возвращение - Юлия Фирсанова

Ворота города ничем грандиозным не впечатляли, мрамора, статуй, золота, драгоценных камней никто на них, как и на въезд в Патер, не тратил и прочих достопримечательностей не водружал. Распахнутые деревянные створки, обитые металлическими полосами; стража в уже знакомой красно-зеленой форме, считающая народ и гоняющая мух, – вот и весь ассортимент встречающих, не считая таких же, как мы, гостей столицы. Впрочем, нет, мы оказались самыми уникальными, и не только потому, что у нас имелась я – «гениальная и во всех отношениях замечательная магева», – пожалуй, выглядела я почти заурядно. Зато пес Кейсара впечатление производил ошеломляющее, даром что шерсть была в репьях и липучей траве. Мчащийся впереди нашей четверки, он заблаговременно обеспечивал нам массу свободного пространства и почетный прием, сравнимый разве что с королевским. Пусть фанфары не трубили, однако тишина, катившаяся океанской волной по толпе у ворот, впечатляла не меньше. Только почему-то лица у людей становились слишком серьезными, встревоженно-обнадеженными. Не люблю, когда на меня так глядят, как пить дать начнут просить денег взаймы.

– Ворота Ланца открыты для тебя и твоих спутников, магева, – сглотнув комок, обратился ко мне с официальным приветствием один из шестерых стражников у ворот, единственный с большой бляхой на правой стороне груди и носом, сломанным как минимум в трех местах. Значит, не всегда на воротах стоял, оперативной работой тоже заниматься доводилось. И добавил уже не по протоколу: – Надолго ли к нам?

– Проездом. Я песику обещала его хозяина отыскать. Не поможешь? – ответила, взяв быка за рога.

– Если только какой другой монстр не выискался, собака эта Кейсара Дерга, – выпалил мужчина и почему-то замолчал, пожелав присоединиться к немому большинству.

– А где же сам Кейсар? – поторопила немногословного собеседника.

– Где ж ему быть, в тюрьме, в самом Цвиранге, – скорбно вздохнул стражник.

– Допрос, что ли, ведет? – влез Лакс, перебирая варианты. Вдруг и правда проблема всего лишь в том, что Кейсар больше не ловит лихих людей по Ланцу, а непосредственно дознанием занимается. Может, у него радикулит или еще какой геморрой разыгрался? Не мальчик все-таки, хоть и не старый еще, а мало ли каких болячек нахватать мог за годы преданной службы, вот и решил утихомириться, а песик с тоски в леса подался, кровь разогнать.

– Кейсар Дерг объявлен государственным преступником, магева, и приговорен к казни завтра в полдень, – сообщил стражник вроде бы с неохотой, хотя на самом деле, я же видела, с самого начала хотел об этом заговорить, только ждал прямого вопроса. Ожидание с примесью надежды в глазах стало сильнее.

Блин, кажется, я опять вляпалась в политику. В здешних краях это такая субстанция, что вмешаться и даже влипнуть в нее нельзя, такие вещество и запах подразумевают только одно выражение – именно вляпаться. Патер, Мидан, а теперь еще Ланц. И что прикажете делать? Сказать: «Спи спокойно, дорогой товарищ Ланцский Пес, я присмотрю за твоим домашним зверьком!» Кто, в конце концов, мне этот Дерг? Видела-то только раз на дороге, говорила минут пятнадцать от силы, да еще и совета моего мудрого он не послушал, вместо того чтобы убраться из Ланца подальше, назад отправился. Надо бы плюнуть и ехать дальше, но не могу я так, и, судя по настороженному виду моих спутников, они тоже знали – не могу. Удивительно только, что не собирались одергивать, то ли дожидались более подходящего времени и места, то ли целиком и полностью поддерживали. Лестно было бы, коли речь о втором, но почему-то я больше склонялась к первому варианту. Ну и ладно, пока-то мне никто не мешает поступать по-своему! А значит, вперед, на баррикады.

– Объявлен и приговорен? – властно переспросила я. – А Гарнаг приговор признал?

– Божество правого суда политические приговоры не утверждает, магева, щекотливое это занятие, – осторожно ответил стражник, пальцы его неуверенно пробежали по древку копья.

– Скажи уж проще: политика – дерьмо, вот маги да боги и не хотят пачкаться, – фыркнула тихо. – Ладно, разберемся. А со сроком моего пребывания тут я определилась, самое большее послезавтра уеду. Вот песика пристрою – и покину вашу столицу, истинное средоточие правосудия. Такой ответ тебя устраивает, страж порядка?

– Да, почтенная магева. – Надежды в глазах стражника стало больше, по молчащей толпе (даже странно, как такое количество разномастного народа могло так тихо себя вести!) прокатилась волнующаяся череда шепотков. Все-таки в этом мире авторитет магевы – нечто! Временами ответственность прямо хребтом чую, так и хочется почесаться и кинуть эту тяжеленную дуру в ближайшую канаву, жаль, прилипла крепко, не отодрать.