Холодные звезды - Влада Южная

Схватив нож, я направилась к дереву. Бизон поднял голову и удивленно проводил меня взглядом. Выбрав участок коры поровнее, я принялась царапать ее, складывая черточки в буквы, а буквы – в слова. Через какое-то время на видном месте красовалось:

«Здесь проходила Дана».

Я отошла в сторону, полюбовалась плодом своих трудов. Покусала губы и продолжила царапать:

«Кай».

Рука уже болела от напряжения, но с неохотой и после некоторых колебаний я все же завершила фразу:

«И Бизон».

– Что ты там делаешь? – хохотнул бритоголовый. – Наскальной живописью решила заняться?

Я только фыркнула. Тоже мне, шутник. Назло Бизону продолжила надпись ниже:

«Осторожно, обезьяны!»

Ведь кто-то же предупреждал нас о колодце и запретной зоне. Пусть я не знаю протурбийского в совершенстве, но хотя бы продолжить добрую традицию мне по силам.

– Не трогай ее, ей это нужно. – Кай подошел, встал за моим плечом, проворчал под нос: – Чтобы справиться со схуром. Ведь так, Белоснежка?

Рука с ножом дрогнула. Почему он так понимает меня? Как ему это удается?!

– Это знак… для спасательной экспедиции… если станут нас искать… – вырвалось невнятное оправдание. – И просто… если кто-то так же попадет в беду…

– Я так и понял.

Я обернулась.

– Кто такой схур? Ты уже упоминал это название раньше.

– Не кто, а что, – в улыбке Кая мелькнула то ли усталость, то ли грусть, – то, что не даст тебе погибнуть просто так.

– Как случилось с тобой?

Он медленно и неохотно кивнул.

– В тебе это тоже есть, Белоснежка. Я вижу. Но лучше держи его под контролем. Не давай расти. Пиши мантры для успокоения. – Кай указал на мою надпись. – Это поможет немного.

– Почему не давать расти? – удивилась я.

Кай поджал губы.

– Потому что все имеет свою цену. Схур заставит тебя выжить, но сожрет изнутри. Ты его не прокормишь, как ни старайся.

Кажется, я начинала что-то понимать в этих загадочных объяснениях.

– А у тебя он много сожрал внутри?

– Почти все.

Слова прозвучали коротко и хлестко. Неумолимо. Как в те моменты, когда Кай кричал мне в лицо, что я умру, если буду слабой. Как удары, которые он наносил Бизону, собираясь убить в неконтролируемом порыве. Как раскат грома, который прогремел вдали.

Я вздрогнула и подняла голову. Небо стремительно темнело.

– Пора прятаться, – оборвал разговор Кай.

Вскоре разыгралась настоящая непогода. День только клонился к вечеру, но из-за набежавших туч быстро сгустились сумерки. Свет померк. Казалось, что наступает ночь. Как из ведра на землю хлынул ливень. Это был не тот благодатный дождик, который спас нас, умирающих от жажды, и даже не более серьезные осадки, заставившие Кая делить со мной укрытие. Вода стояла стеной. Я не могла рассмотреть ничего вокруг дальше вытянутой руки.

Мы устроили в кустах что-то вроде палатки, но, как нарочно, поднялся шквалистый ветер. В мгновение ока укрытие сорвало и унесло. В лицо больно хлестнули струи. Волосы и одежда тут же промокли – хоть выжимай. Я только успела пожалеть о потере такого нужного в походе куска брезента, как позади нас, в лесной чаще, раздался протяжный низкий стон и треск.

– Это ураган! – прокричал Кай в ответ на мой испуганный взгляд. – Сухостой падает!

– Кэп! У нас проблемы похуже! – Бизон, выпятив челюсть, тыкал пальцем перед собой.

С замирающим сердцем я увидела воду, подступающую к нам со стороны реки. Проливной дождь так наполнил русло, что она вышла из берегов.

– Надо уходить подальше! – вскочила на ноги я.

– Куда?! – Кай схватил меня за куртку, отчего за воротник по спине полился холодный поток, и я взвизгнула. – Тебя падающей веткой прибьет.

– Но тут нас затопит!

Несколько секунд мы напряженно переглядывались, пригибаясь под ударами ветра и дождя. Без укрытия, без надежды куда-то пойти нам предстояла веселенькая ночка.

– На дерево! – вдруг приказал Кай.

– Нас оттуда сдует, как пташек, кэп! – отозвался Бизон.

– Не сдует. – Тот порылся в рюкзаке, вытащил обрывки веревок. – Садимся ближе к стволу и привязываем себя к ветке. Вода не должна подняться так высоко.

Я только покачала головой. Илистый берег хлюпал под ногами, обувь уже промокла. От мыслей, что придется сидеть под дождем на ветке дерева и созерцать под собой бушующий поток, становилось несладко.

Но парни уже начали претворять план в жизнь. Бизон подсадил Кая, стал подавать ему рюкзаки, а тот крепил поклажу в ветвях, чтобы не сорвало. Внезапно издалека донесся рокот. Он нарастал и приближался. Я поняла, что боюсь оборачиваться. Спину сковало холодом. Нет. Лучше не видеть источник этого звука. Лучше зажмуриться и просто не видеть…

Но зажмуриться я не успела. Кай, который с высоты посмотрел в ту сторону, заметно побледнел.

– Бизон! Быстро подсаживай ее!

Он схватился одной рукой за ветку, наклонился, протягивая мне другую как можно ниже. Я все-таки посмотрела назад. Проклятье. Где-то вверху по течению будто дамбу прорвало, потому что огромный поток воды, пенный и бурлящий, со стремительной скоростью надвигался на нас, грозя затопить все вокруг.

Бизон тем временем подпрыгнул и сам подтянулся на ветке, но Кай грубо спихнул его обратно.

– Я сказал, подсади сначала ее!

Осознав, что прорваться вперед не получится, бритоголовый скрипнул зубами, подхватил меня и легко, как пушинку, закинул наверх. Я едва оседлала толстую ветвь, а Кай уже протягивал руку Бизону.

– Давай теперь сам!

Того не пришлось упрашивать дважды. Поморщившись от боли в израненной руке, бритоголовый сумел вскарабкаться за секунду до того, как место, где мы стояли, захлестнуло бурным потоком. На поверхности воды плавали сломанные ветки, листья, прочий мусор, трупики мелких животных… я отвернулась, не в силах на это смотреть.

– Забирайтесь выше! – Кай продвинулся на соседнюю ветвь, предлагая нам сделать то же самое.

В этот момент опора подо мной покачнулась. Даже сквозь завывания ветра и грохот грозы до слуха донесся треск. Пришлось схватиться за листву, чтобы не поехать вниз, так как ветка из горизонтальной превратилась в наклонную.

Бизон, который сидел ближе к концу, встретился со мной взглядом.

Ветка хрустнула снова и наклонилась еще сильнее.

– Она не выдержит нас двоих! – воскликнула я, уже читая в его глазах момент истины.

Тот момент, которого так боялась. Мы потеряли общую цель. Теперь стали двумя конкурентами на одно место. Счет шел на доли секунды. Бритоголовый бы не успел перебраться к стволу, не обломив наш насест окончательно. Он улыбнулся. Почудилось, что с долей сожаления. А может, именно что почудилось? Ведь я отказала ему, унизила, а значит, уже была не нужна.