Богиня по выбору - Филис Кристина Каст

И тут я опять увидела тень. Казалось, в ночном небе появилось нечто с гигантскими крыльями. Я стала вглядываться, надеясь, что мне показалось.

– Там… – сказал Клинт, указывая на темное пятно за багажником застрявшей машины. Сначала я решила, что это ее тень, потом поняла, что солнце уже зашло, а другого источника света рядом не было.

Волной тень скользнула под колеса, и двигатель взревел.

Дальше все происходило с невероятной быстротой. Я поспешила к стеклянным дверям, но по непонятной причине они не открылись, флуоресцентные огни мигнули и погасли. Я увидела, как Сюзанна оттолкнула от себя Джина и направилась к дверям, продолжая говорить ему что-то через плечо. В следующую секунду «импала», которая обрела, благодаря цепям на колесах, возможность двигаться по льду, рванула вперед прямо на Сюзанну. Ее подбросило вверх, затем она упала, и автомобиль перекатился через тело.

Я закричала что было сил и принялась стучать кулаками по стеклу. Над головой сверкнул огонек датчика, и двери медленно поползли в стороны. Я бросилась к толпе людей, мгновенно окруживших тело. Клинт уже был рядом.

– Я медсестра, дайте пройти! – выкрикнула, расталкивая людей, белокурая женщина, и плотное кольцо разомкнулось. Блондинка упала рядом с Сюзанной на колени и исчезла из поля моего зрения. Я лишь слышала щелчки и шум рации, когда полицейский вызывал скорую.

– Назад! Назад! – Широко расставив руки, коп принялся разгонять пеструю толпу. При этом он не сводил глаз с происходившего в самом центре.

Я перевела дыхание и пошла вперед.

Сюзанна лежала на боку, лицо должно было смотреть в мою сторону, однако шея была неестественно вывернута, поэтому вместо лица я видела ее затылок. Я растерянно заморгала, не понимая, как это получилось. Вокруг головы образовался алый ореол и постепенно увеличивался. Там, где горячая кровь растопила лед, в воздух поднимался пар. За спиной я услышала булькающий смех, удаляющийся в ночь.

– Как много крови, – прошептала я и закричала: – Сюзанна!

Мужчина, стоящий рядом с ней на коленях, поднял голову и повернулся. Я не сразу поняла, что это Джин. Лицо его стало землисто-зеленым, губы посинели и превратились в тонкую линию.

– Это ты виновата, – прошипел он.

– Нам лучше уйти, – сказал мне на ухо Клинт.

– Я не могу ее здесь оставить.

– Шеннон, ты ей уже не поможешь. Она мертва.

От этих слов, словно от удара, у меня перехватило дыхание.

– Люди, разойдитесь, – твердил полицейский. – Назад!

– О господи! – выкрикнул появившийся в толпе мужчина, и я узнала в нем водителя «импалы». Он бросился к Сюзанне, но один из копов уперся ему в грудь.

– Сэр, сюда нельзя!

– О господи! – причитал мужчина. – Я давил на тормоз, но машина не слушалась. Я вам клянусь, я пытался остановиться!

– Нам надо уходить, Шеннон, – строго сказал Клинт.

Я стояла в оцепенении, не в силах двинуться с места, Клинт крепко взял меня за руку.

– Это она сделала! – Джин посмотрел на меня с отвращением. – Все из-за нее! – орал он во весь голос. Его одежда была забрызгана кровью, на губах выступила пена. Он истерично кричал и указывал на меня пальцем.

Я отвернулась и уткнулась в плечо Клинта.

– Сэр, успокойтесь. – К Джину подошел тот же офицер, который остановил водителя, и присел рядом на корточки. – Сэр, я все видел, я стоял в двух шагах. Это был несчастный случай, здесь никто не…

Остальное мы не слышали, потому что Клинт уводил меня от места трагедии.

– Не останавливайся, – прошептал он прямо мне в ухо. – Дыши и шевели ногами. Все хорошо, Шеннон. Все будет хорошо, милая моя Шеннон, – повторял и повторял он.

Когда мы уже сидели в салоне «хаммера», пристегнутые ремнями безопасности, я повернулась и увидела вокруг Клинта ауру синего цвета.

Автомобиль преодолевал снежные преграды с той же уверенностью, что и раньше. Клинт включил обогреватель и скинул куртку.

– Надень, – велел он, глядя на меня с тревогой.

– П-почему м-мы не остались? – Только сейчас я заметила, как сильно меня трясет, а по лицу текут слезы. – Может, я ей нужна.

– Сейчас ей никто из нас не нужен, Шеннон. А вот эта тень все еще где-то здесь. – Клинт смотрел на дорогу, искоса поглядывая на меня. – Что будет, если это чудовище опять попытается на нас напасть? Здесь нет леса, который нам поможет. Значит, погибнут еще люди, – обреченно закончил он.

– Ты опять ярко-синий?

– Синий? – Он посмотрел на меня, словно боялся, что я сошла с ума.

– Твоя аура. Она ярко-синяя с золотой каймой. Я не всегда ее вижу, но сейчас удалось. – Разговор меня успокаивал.

Клинт удивленно вскинул бровь:

– Я почувствовал приближение зла, и аура, видимо, переключилась на защиту. Знаешь, я почти уверен, что цель Нуады не мы. По крайней мере, не сейчас.

– «Пока я не получу тебя, уничтожу все, что ты любишь. И в этом мире, и в другом», – прошептала я онемевшими губами. – Он убил Сюзанну, потому что я ее любила. – Я посмотрела на него, и мне все стало ясно. Внезапное осознание бывает пугающим. – Нуада ищет не только моего отца. В опасности все, кто мне небезразличен. – Клинт собирался что-то сказать, но я остановила его, подняв руку. – Сверни здесь направо на Кеноша-стрит.

На повороте мимо нас пронеслась машина скорой помощи.

– Уверен, что Сюзанна умерла?

– Ты же сама видела, Шеннон. – Клинт оторвал руку от переключателя скоростей и положил мне на колено. – В такой ситуации выжить невозможно.

Это моя вина. Я во всем виновата. Почувствовав тошноту, я глотнула воздух и плотнее запахнула куртку, а затем приложила голову к холодному стеклу и закрыла глаза. Лучше сейчас думать о тошноте, потому что от мыслей о Сюзанне мне становится еще хуже. Я не хочу сейчас вспоминать, как мы часами болтали, забыв о времени и обо всем, что происходит в мире. О том, как, едва услышав мой голос в трубке, она безошибочно определяла мое настроение. О том, как ее старшая дочь – моя лучшая ученица – однажды уверенно заявила, что мы с ее мамой должны подружиться. Она устроила нам встречу, и мы действительно стали лучшими подругами, к огромному удивлению нас обеих.

Но Сюзанны больше нет. Ее три красавицы дочки остались без мамы. И все из-за меня.

– Шеннон! – Клинт прервал мои размышления. – Прекрати немедленно. Тебя опять вырвет.

Какого черта он мне приказывает? Мне хотелось повернуться и высказать ему все, но оторвать голову от стекла я не смогла.

– Скажи хотя бы, куда мы едем, – не унимался Клинт.

Я с трудом повернула голову и вытерла глаза воротником его куртки.

– Показывай дорогу, Шеннон. Нам надо скорее добраться до дома твоего отца. – Потянувшись, он открыл бардачок и достал упаковку салфеток. – Не надо сморкаться в куртку.