Спасти нельзя оставить. Хранительница - Вера Чиркова

– Леа, – собрав всю силу воли, Джар мягко отодвинулся от невесты, – тебе нужно отдохнуть. А мне – слетать в Гайртон, у меня в тайнике спрятан браслет, который я мечтаю надеть на твою руку. Я делал его сам… просто так… не веря, что он когда-нибудь понадобится.

– Джар, – тихонько позвала хранительница, поднимая на него виноватый взгляд, – я только хочу предупредить…

– О чем? – Сердце дагорца словно обдало ледяным шквалом, разом остудившим обнаглевшие мечты. – Ну? Ты чего-то боишься?

– Да. Тебя должен одобрить дух, – упавшим голосом пролепетала она, неведомо каким образом ощущая, как он отдаляется. – Хранители не заключают союзов без его одобрения.

– А ты? – Маг испытующе смотрел в любимые синие глаза, а в сердце словно поворачивался ржавый, зазубренный кинжал. – Как поступишь ты, если он откажет?

– Буду просить… требовать… – неуверенно произнесла Леаттия и смолкла, потом задумалась, нахмурилась и вдруг глянула на него с пронзительной горечью. – Но если и тогда откажет – подчинюсь. Потому что мне он ничего плохого не сделает, а вот тебя может наказать… и как мне тогда жить?

Ее губы вдруг горестно скривились, из глаз медленно покатились слезинки, и Джар, мгновенно сжав любимую в объятиях, спрятал ее от всего мира у себя на груди.

– Любовь моя, – шептал он жарко, забыв и про дракона, и про его проклятые проверки, – моя ясная, светлая звездочка… если он откажет, я снова тебя украду. И утащу туда, где нет ни источников, ни черных колдунов, ни вороватых чиновников. Пусть сам с ними разбирается, тело у него теперь есть.

– Вот твой тайник, – раздался откуда-то из-под потолка свирепый драконий бас, и на стол с грохотом свалился кованый сундук. – Я нашел и принес, а откроешь сам. Доставай свой браслет и иди наконец спать, мне тоже нужно отдыхать!

– Ох боги! – залилась жарким румянцем Леа. – Он же слышит мои эмоции!

– Не красней, звездочка моя, тебе стесняться нечего, – нежно шепнул ей Арвис и громче добавил, сердито глянув на потолок: – Стыдно должно быть тысячелетним драконам, подслушивающим такие личные разговоры.

Магистр снова притиснул к себе любимую, внезапно с сокрушительной отчетливостью осознав, как трудно будет исполнить приказ Рорна. Просто нет сил уйти в свою одинокую комнату от девушки, которая вдруг стала неизмеримо важнее всего остального, пробудив запретные мечты о взаимной любви, семье и детях.

– Он меня защищает, – смущенно шепнула она в ответ. – Ты пока многого не знаешь, а я все объяснить смогу только после ритуала. Надеюсь, мы не будем откладывать его надолго?

Скажи эти слова любая другая девушка, и Джар вмиг насторожился бы, начал искать причины, по которым она так спешит. А сейчас только расцвел блаженной улыбкой и осыпал горячими поцелуями свою звездочку, точно зная: она не ищет в их союзе никакой тайной выгоды, а хочет лишь того же, чего и он, – тепла, доверия и надежности.

– Сначала я надену тебе свой браслет, а потом мы подумаем. – Нехотя отстранив любимую, Джар принялся снимать щиты с сундука, еще недавно намертво вмурованного в стену его подвала.

Привычно собрал энергию, распахнул крышку и почти сразу нашел заветную шкатулку, хотя обычно убирал ее подальше. Торопливо распахнул и саркастически ухмыльнулся, обнаружив парные браслеты вместо созданного им ритуального украшения. Впрочем, меньший таким и остался: по красноватому золоту изящного ободка вились древние руны, искусно вплетенные в замысловатую вязь виноградных лоз и гроздей алых алмазов. Второй был шире, чуть массивнее женского и не так щедро украшен камнями. Но эту скромность с лихвой перекрывала величина редких бриллиантов, и магистр не мог даже приблизительно представить цену дара, сделанного ему драконом.

– Какие красивые! – не сдержала восторга хранительница, когда оба браслета легли на стол.

– Я сделал только маленький, – честно признался дагорец. – Второй подложил Рорн.

– Но ты же не откажешься? – забеспокоилась она, помня о том, как щепетильно относятся к таким вещам бедные, но гордые и честные люди.

– Еще недавно обязательно отказался бы, – со вздохом буркнул маг и успокаивающе улыбнулся невесте. – А теперь стал умнее и понимаю, что зря такие мудрые существа ничего не делают.

Осторожно взял руку любимой и бережно надел ей свой браслет, с огорчением отмечая, что ни одного из защитных заклинаний, на которые он потратил столько сил, в украшении больше нет. Зато в том браслете, который герцогиня поспешила в ответ надеть на его руку, были все ему известные, и все раза в три мощнее, чем смог бы кастовать он сам.

– Я так счастлива, – прошептала Леаттия, снова оказавшись в его объятиях. – У меня такое ощущение, будто я вернулась домой. Никогда раньше не представляла, что так может быть, думала, мне придется долго привыкать к жениху, заставлять себя ему улыбаться и говорить какие-то слова…

– Звездочка моя, – потрясенно смотрел Джар в ее глаза, – ты говоришь то, что я чувствую. И я тоже невероятно счастлив… но мне пора уходить, а то, боюсь, снова заявится дракон. Он прав, нужно отдохнуть, утром совет. Я буду тебя ждать, а сейчас проводи меня до двери.

Разумеется, сразу уйти он не смог, и прощался тоже не единожды, но, когда все же вышел за дверь и вспомнил, что забыл сказать невесте еще одно словечко, створка даже не шелохнулась, несмотря на все усилия.

– Злой ты все-таки дух, – тихо пробурчал магистр, нехотя направляясь в свою спальню. – У нас, можно сказать, первое свидание, а ты поговорить вдосталь не даешь.

– Вот завтра женишься и беседуйте хоть ночи напролет, – закрывая туманное зеркало, ехидно фыркнул дракон. – А сегодня должен понимать, что за ее покоями следит толпа очень заинтересованных особ, и всем им тоже пора отдыхать.