Любовь к драконам обязательна - Марина Ефиминюк

- Вы зарабатываете больше шести тысяч шиллингов в месяц? – оттесняя потенциального жениха к стене, требовательно вопросила Арона.

- В к-к-каком сезоне? - прокудахтал кандидат в мужья.

- В нынешнем.

- Пять тысяч триста шиллингов, – скороговоркой отчитался он о доходах.

Удостоверившись, что не потеряет ценного времени с банкротом, решительным жестом Арона забрала бокалы из рук кавалера, оробевшего от неожиданно мужского напора, и объявила:

- Потанцуем.

- К вашим услугам, госпожа, - пролепетал взятый в оборот жених.

Она по-хозяйски потащила жертву к лестнице, а нам остались напитки. На мой взгляд, весьма неплохой обмен, но Эзра буркнула:

- Я сейчас умру от зависти к этой розовой табуретке.

Однако поплясать всласть парочке не дали. Неожиданно объявили аукцион, и знакомая девушка в сером костюме быстренько проводила меня в бальную залу, посреди которой соловьем разливалась организаторша в белом платье, возносившая многословные благодарности к щедрым спонсорам. На благотворительный аукцион были выставлены путешествия, бриллианты, одна старинная карета и невнятный бронзовый единорог авторства присутствующего на приеме архитектора. В итоге статуя продалась за совершенно неприличные для столь уродливой махины деньги.

- Ты запомнила покупателя? - пробормотала Эзра, вертя головой и поддерживая жиденькие аплодисменты, в каких ощущалась волна зависти к богатствам счастливого обладателя единорога.

- Не уверена, а что? – прошептала я в ответ.

- Надо брать. Он точно зарабатывает больше шести тысяч в месяц, если может купить бронзовый хлам. Хоть в этом утру нос розовой табуретке.

Оскаленная и вздыбленная фигура стояла в углу зала, я видела, как в начале вечера на торчавший рог дамочки привешивали сумочки. Подозреваю, что покупатель решит оставить страхолюдину в дар Гостиному двору. Я бы из жадности распилила и доставила домой по частям, но кто поймет богатеев, мнящих себя меценатами.

- И последний традиционный лот – танец с Золушкой! – разлетелось по залу неожиданное заявление.

- Со мной? - испугалась я, глянув через плечо на предательницу в сером костюме.

Не произнося ни слова, та как-то ловко подтолкнула меня в спину, и я оказалась рядом с организаторшей, окутанной облаком тяжелого благовония.

- Наша очаровательная Золушка! Начальная ставка за танец с прелестным созданием – пятьсот шиллингов! – радостно объявила женщина, и народ разразился восторженными овациями.

Понятия не имею, что происходило в головах аристократов, может, они имели слабость к бирюзовому цвету или к маскам, похожим на фарфоровые лица, но мужская половина как с цепи сорвалась. Казалось, будто им посулили не благопристойный танец, а шаманские пляски с раздеванием в стиле раскрепощенных одалисок. Хотя, может быть, я чего-то не знала?

- Шестьсот! – заорали с одной стороны.

- Тысячу! – подхватили с другой.

- Пять тысяч! – выкрикнул толстячок, стоявший рядом с Ароной, решив потратить заработанные в прошлом месяце шиллинги на весьма сомнительное развлечение с незнакомой девицей.

Организаторша наклонилась и пробормотала мне в ухо:

- Милочка, мы продаем Золушек каждый год, но такой ажиотаж я наблюдаю впервые. Может, они на ваш запах так реагируют? Вы какими духами пользуетесь?

Теми, которые на меня уронили сестры.

- Розовой водой, - нехотя отозвалась я.

- Похоже, мне пора менять аромат, – прокомментировала она и возвысила голос: - Господа, пять тысяч последняя ставка!

- Десять! – выкрикнул новый владелец бронзового единорога, и я испуганно покосилась на Эзру.

Хорошо, что под маской было невозможно различить многозначительного, тяжелого взгляда, но губы сестры сложились в тонкую линию. Не оставалось никаких сомнений, если вдруг танец выкупит коллекционер бронзы, то завтра утром родители найдут в постели мой остывающий труп. Для наглядности Эзре оставалось только провести по шее ребром ладони.

- Десять тысяч! – в экстазе взвизгнула организаторша и тихонечко забормотала: - Милочка, не тушуйтесь, мужчина с единорогом – владелец Монетного двора. Берите в оборот, пока дается в руки, только запаситесь хлыстом.

- Единорог же бронзовый, зачем ему хлыст? - не поняла я.

- Для мужика.

- Он извращенец? – испуганно уточнила я, как будто действительно собиралась крутить любовный роман с дельцом.

- Нет, но имеется очень неприятная супруга. Проверено на собственном опыте – придется отбиваться…

Тут у меня возникло с трудом преодолимое желание нас обеих накормить успокоительными пилюльками, припрятанными в сумочке на тот случай, если кто-нибудь из сестер от наплыва эмоций решит поскандалить с подавальщиком.

- Господа, десять тысяч! Кто больше?

Публика утихла, вычисляя, кто еще сильнее тронулся умом, чтобы по цене королевского коня приобрести танцульки с девицей, спрятавшей лицо за жутковатой маской серийного маньяка. Я даже не знала, радоваться мне или печалиться, что сравнялась по стоимости с породистым скакуном.

- Двадцать пять тысяч, – прозвучал в паузе, переполненной хмельным азартом, спокойный мужской голос. И будь я проклята, если не знала, кому принадлежит мягкий баритон человека, привыкшего говорить негромко, ведь обычно его прекрасно слышали с первого раза.

Люди оборачивались к высокому мужчине с черной полумаской на лице и в превосходно сидящем фраке. По-другому, нежели превосходно, костюм сидеть просто не имел права, ведь он наверняка был заказан у королевского портного. Таннера ди Элроя я знала недолго, но уже поняла, что на половинчатость он никогда не соглашался. Даже Золушку для бала себе купил. Интересно, как бы дракон отреагировал, если узнал, что под маской пряталась растяпа-стажерка?

- Танец уходит господину в черном фраке за двадцать пять тысяч шиллингов!

Совершенно точно от прилива чистой, ничем не замутненной радости организатор находилась на пороге летаргического пятидесятилетнего сна, как не к месту упомянутая бедняжка Поппи. Конечно, ведь на эти деньги можно было полгода кормить половину сиротских приютов Аскорда.

- Наш аукцион закончен! – объявила она и снова склонилась ко мне: - Милочка, я не знаю, чем вы привлекли Таннера ди Элроя, но на вашем месте, я бы не теряла времени даром. Он абсолютно эксклюзивный товар!

Музыканты заиграли медленную пронзительную мелодию. Народ разошелся, освобождая танцевальную площадку, а я с громыхающим сердцем следила, как ко мне подходил собственный шеф… Вложила влажные, ледяные пальцы в протянутую ладонь и пролепетала:

- Должна предупредить, что я совершенно не умею танцевать.

- Не переживайте, в танце главное умение партнера, – уверил он и ловким движением заставил меня повернуться вокруг своей оси. - Согласны?