Янтарный Меч 3 - Ян Фэй

Что ж, похоже, в него верят, но по привычке льстят и подлизываются.

«Правда, и бои предстоят такие, что никакой боевой дух не гарантирует победу, и дело даже не в моем плане. План может быть и вовсе безупречен, но враг попросту слишком силен. К тому же, я утаил часть правды – не сказал прямо, что собираюсь расстроить брак принцессы, причем любой ценой: хоть саботажем, хоть силой. Но узнай обо всем герцог Аррек – придет в ярость и может объединить силы с дворянами севера, и тогда Трентайм останется один против всего королевства. Так что лучшее, на что можно рассчитывать – нейтралитет Аррека и гражданская война меньшего масштаба».

Больше всего волновали силы противника: шестеро или даже семеро герцогов на один Трентайм – это как до зубов вооруженный воин против новорожденного, а поддержка, если и будет – то личная от принцессы, а не от королевской фракции в целом.

«Готового решения пока нет, времени мало, но в Ампер Сеале надо быть обязательно: главное – не допустить, чтобы история повторилась!»

Более не раздумывая, Брэндель закончил Совет и вместе с Сиэлем отправился в путь: корабль уже ждал.

До Ампер Сеале оставалась всего неделя.

Том 3. Глава 259

Янтарный меч – том 3 глава 259

По морю Слепящих огней, в Ампер Сеале (1)

Как прошли переговоры? – осторожно осведомилась Магадал у показавшейся возле кареты принцессы. Дожидаться их окончания княжне-монашке пришлось долго – хватило бы не только обсудить все вопросы, но и результат обдумать.

Принцесса со вздохом расправила подол легкого серебристого платья и поежилась: на улице все еще было прохладно.

Никак. Старый лис Аррек хочет и Харуце заманить к себе, – и добавила, пока служанка накидывала на нее теплый плащ, – этому, конечно, не бывать. Брата ему я не отдам, и сэр Макаров с учителем Флитвудом меня поддержат.

Так каков же будет ответ? – взволнованно спросила Магадал, пока та располагалась внутри, – я ведь слышала, что посланники старшего сына его величества уже побывали у Аррека…

Не стоит беспокоиться, – ответила принцесса, не выказывая ни малейшего признака волнения, – наш дорогой друг-герцог просит невозможного и понимает, что на такие условия мы не согласимся. Просто пока он не хочет раскрывать своих истинных намерений, а вместо этого прощупывает наши.

С этими словами принцесса выглянула в окошко экипажа, на небо над Ампер Сеале. Несмотря на конец февраля, над городом нависли серые тучи, того и гляди грозящие снегопадом.

«А сколько всего еще предстоит обсудить: переговоры затянутся…» – со вздохом подумала она.

Брэндель

Западная граница Ауина с Киррлутцем пролегала по морю Слепящих огней, получившему свое название за ослепительно-голубой цвет. Покинув порт Гри, корабль Брэнделя всего за полдня вышел в море и встал на один из основных морских путей до Ампер Сеале.

Погода выдалась ясная и солнечная, а ветра сопутствовали, так что элегантное трехмачтовое судно в окружении любопытных чаек так и летело по волнам. На борту был груз из кристаллов и изделий из них, и горы папируса – все для маскировки под торговый корабль из далекого южного Рубика, граничащего с королевством Девяти фениксов. Только там такие товары и водились, и сомнений в происхождении судна ни у кого не возникло бы.

«Давненько я не ходил под парусом… А символичное название у этого корабля: «Далекий». До Рубика и правда далековато: в игре я там побывал лишь пару раз, но если бы не расстояние – непременно вернулся бы».

Его корабль уже был зарегистрирован в Ампер Сеале, так что ненужных проволочек не ожидалось. За скорость и маневренность живущие морем грубовато, но верно прозвали его «Мускулистым красавчиком», а фрахт организовал Карглис – спасибо выстроенным отношениям между торговцами Трентайма и Ампер Сеале.

Капитану, опрятному бородачу по имени Джеймс, едва исполнилось тридцать лет. Одевался он как подобает настоящему морскому волку: просторная красная ветровка, капитанская шляпа и поясные ножны, и даже самая настоящая трубка. Рядовому моряку в его возрасте посчастливилось бы дослужиться до старпома, так что ранг лишь доказывал его выдающиеся способности.

Как и многие капитаны, Джеймс плохо переносил контроль извне и не жаловал у себя на борту представителей власти. Брэндель впервые порадовался, что «аурой не вышел» и не производит впечатления среднестатистического дворянина. Во многом благодаря этому они наладили хороший контакт. Импонировало в Джеймсе и то, что он не только не был пьянчугой, что уже считалось серьезным достижением, но и вел себя, можно сказать, по-джентельменски.

«При первой встрече показалось, что есть в нем что-то от военного, и Карглис подтвердил: потомок одного известного военачальника, но не ауинского. Все-таки от корней не уйдешь: хоть он и первый делец в роду, но воспитание сказывается».

Сейчас они облокотились на борт, вглядываясь в переливающую то лазурью, то серебром, то пурпуром водную гладь. Вскоре чаек в небе стало ощутимо меньше, а несколько часов спустя – окончательно исчезли из виду птицы, и береговая линия.

За время плавания Брэндель получше узнал Джеймса и его биографию: когда начал ходить под парусом, сколько лет на этом корабле, а сколько – на этом маршруте. Ответ на последний вопрос впечатлял: всего в этих водах двадцать лет, начал с юнги и дорос до старпома, а недавно дослужился и до капитана. На борту лишь единицы могли похвастаться таким же опытом, да и вообще тем, что провели всю сознательную жизнь в море.

Одобрительно кивая, Брэндель не удивлялся: похожие НПС ему уже встречались в игре.

Зато стоящей рядом смертельно бледной Амандине было не до светских бесед. Выросшая в горной местности, сейчас, окруженная бесконечными водами, она могла лишь вглядываться в линию горизонта, ловя обрывки мыслей: мозг отказывался работать. Концепция океана оказалась для нее непостижимой: раньше о таком она лишь читала в дневниках отца, но реальность даже близко не могла сравниться с описанием. Если в порту Гри ей еще хоть как-то удавалось держать себя в руках, то окруженная водными толщами, мадам советник поддалась ужасу.

Не помогали и рассказы Джеймса про морскую богиню, которой они якобы вверили свои судьбы, с ее переменчивым нравом, то благосклонным, то суровым. Если повезет – эти лазурные воды позволят «Далекому» скользить по спокойной ряби