Алиша. Тайна Школы - Алина Багазова

«Всё равно жаль, остальных…» — подумала я, откидываясь на спинку кресла.

Сегодня мы чуть было не потеряли Вилку.

И нужно спешить, очень спешить. Осталось мало времени.

Однако теперь я знаю, что нужно делать. Теперь всё стало ясным, как божий день!

Богдан-Богдан… спасибо тебе за Виолетту, но когда всё закончится, я отплачу тебе за всё остальное, дорогой мой новый «друг»!

У дома он остановил машину возле самого подъезда, Вилка почти пришла в себя, вяло реагируя на действительность.

— Уложите её, проспит до завтрашнего дня, — обернувшись к нам, скомандовал Богдан.

Взгляд его горел, был яростным, полубезумным. Он взглянул на меня и, смяв мою защиту, как бумажный листок, моментально всё понял, но выражение лица не изменилось: завидное самообладание.

Я молча выбралась наружу и помогла Сергею вытащить подругу. Он сухо поблагодарил Богдана и, повинуясь моему жесту, пошёл к подъезду с Летой на руках. Что-то заставило меня задержаться.

— Алиша, — позвал Богдан, опуская стекло.

Я наклонилась к окошку.

— Садись, поехали.

— Нет, — покачала я головой.

— Садись, пожалуйста, по-хорошему, — в глазах его горело нечто дьявольское, — ты должна обо всём забыть.

— Мне это не нужно, — отказалась твёрдо.

— Подумай, а нужно ли Вольке?

Я покачала головой. Поздно, Богдан, нет дороги назад, всё мчится по инерции, под гору, тебе не остановить движение.

— Срок истекает, но я справедлив, — сказал он знакомым голосом, — до скорой встречи, Алиша!

«Бентли» резко рванул с места.

В глазах потемнело, я поплелась к подъезду.

— Серёж, не спрашивай ни о чём, — предупреждая поток вопросов, проговорила, поравнявшись с парнем, затормозила на секунду около, — послушай, с Вилкой всё обошлось. Завтра её мама проснётся, в её жизни произойдёт огромное чудо, о котором она мечтала всю жизнь с детства и женщина начнёт новую жизнь. Она больше никогда не вернётся к алкоголю и выйдет всё же замуж за своего начальника. Лета простит ее, и всё забудется, как страшный сон. Кошмар миновал окончательно, всё позади. Теперь остальное зависит от вас, а будущее светло и прекрасно, как чистый лист бумаги, что напишите, то и…

Он кивал, а в душе светлело. Как же Серёжка испугался за любимую! Но сейчас действительно уже всё миновало, мы сделали это! Пусть с совершенно неожиданной помощью извне, но всё-таки… Остальное мелочи.

Мы поднимались по ступенькам, но лишь тело моё оставалось здесь, душа же устремилась к Воле, коснулась, почувствовала — он в безопасности. Богдан всё знает, я всё знаю: больше не закрывается особо и могу читать его слегка. Сейчас он не собирается ничего предпринимать, пока, поскольку обещал, у нас договор. У меня есть почти сутки. Но уехать не могу, и это уже не только от меня зависит.

Испуганные Алиса и Павел встретили нас на пороге, Серёжка передал им Виолетту, а сам, обессиленный, привалился к дверному косяку. Я завела парня в квартиру, закрыла дверь. Похоже, он знает, чего удалось избежать его любимой и только сейчас осознание произошедшего навалилось, ввело в шок, ничего, очень быстро всё пройдёт.

Перепоручив друга Славику и Виту, отмахнулась от любопытствующего Макса и побрела в свою комнату. Разделась, прокручивая в голове сложившуюся ситуацию, и поняла, что надо делать.

— Пашунь, собери, пожалуйста, ребят — всех, кроме Вилки — на кухне, — скомандовала устало, найдя друга в коридоре.

— Алик, может быть тебе лучше прилечь, — хмуро ответил тот, — выглядишь ужасно измученной, концерт и последующая беготня опустошили тебя. Уже поздно, а завтра все и поговорим…

— Концерт не при чём! — махнула рукой, — а вот именно завтра будет поздно разговаривать. Рано утром кое-кто уезжает в Питер.

Он не задавал больше вопросов и не уточнял, просто отправился собирать всех. Я прошла на кухню, села за стол, нашла кружку с недопитым кем-то утром зелёным чаем, с наслаждением отпила, ощутив небольшой прилив сил. Захотелось расслабиться, закрыть глаза… Но я знала — стоит сделать это и попросту усну сидя.

Ребята ввалились в кухоньку одновременно: встревоженные, испуганные. Моя ободряющая улыбка никого не убедила. Быстро расселись вокруг стола и, не проронив ни слова, дали возможность начать говорить.

— Ребята, вы знаете, всё это время мы находились тут потому, что я искала Вольдемара и возможность вернуть его в реальность. Нашла и то, и другое. И очень скоро вы увидите его живым и, верю, здоровым…

Голос дрогнул, сделала ещё глоток, чтоб смочить горло.

— Теперь о звонках… Завтра нас должно уже здесь не быть, помните условие? Иначе Воле придётся худо. Я не могу уехать никак. И потому мне нужна ваша помощь.

Прошу выслушать подробно мой рассказ и помочь реализовать план, ибо это единственно удобоваримый вариант…

Все внимательно выслушали. А когда я закончила рассказ о событиях этой недели, первым голос подал Павел.

— Почему ты раньше не рассказала о том, что происходит? — нахмурился он, — мы бы все вместе придумали… А то совсем никто не знал…

— Я знал, — чётко ответил Серёжа, — Вилка знала. Этого достаточно, остальные не общались с Волькой.

— Зато мы общались с Алишей! — рявкнул Павел, — а она рисковала собой всё это время! И молчала. Она нам дороже, чем какой-то Волька, который и ввязался-то во всё исключительно по своей инициативе. А потом и Алика втянул…

— Тише, Пашунь… — попросила я, — пожалуйста, у меня осталось в обрез времени и сил. А нужно ещё изложить план. Когда мы вернёмся в Питер, я буду долго просить твоего прощения за потраченные из-за меня нервы… Но, прошу, помоги ещё раз сейчас!

Просить Павла дважды не было нужды. Я говорила так нежно и так жалобно, что парень утих, лишь сжал мою руку, словно боялся отпустить хоть на мгновение.

— Итак, завтра утром мы сделаем вот что…