Тьма императора - Анна Шнайдер

Арен не выдержал и засмеялся. — Ты так со мной разговариваешь, Эн. При подобном тоне обращение «ваше величество» как-то выпадает. Может, научишься называть меня по имени?

Щеки Эн вновь вспыхнули. — мы с вами про серьезные вещи говорим, а вы… — пробурчала она. — Называние по имени — тоже серьезная вещь, — ответил Арен, уже не смеясь, и встал с дивана. — Я пойду, Эн. Составьте с Роном график посещаемости, пришлите мне на браслет, я посмотрю. Вы ведь не сможете каждый день, верно? Определитесь и начинайте работать.

— Ваше величество… — она тоже поднялась, расцветая улыбкой. — Спасибо. Я рада. Вы приняли правильное решение.

Арен усмехнулся, отводя глаза. — Посмотрим.

* * *

Утром в детской София впервые застала не императора, а императрицу. Она сидела на диване, на ее коленях уместился улыбающийся Александр, а Агата что-то рассказывала им обоим, размахивая руками так, как не подобает принцессам. Но Виктория не одергивала дочь — вместо этого она смеялась, фыркала, и щеки ее были розовыми от удовольствия.

— Софи! — воскликнула Агата, оборачиваясь. — А я как раз рассказываю маме свой сон. Мне такой сон снился! Как будто из стен замка радуги вырастают, и мы с Алексом на них катаемся, представляете?! Как на горке зимой! София не выдержала и тоже прыснула.

— Вообще, — сказала императрица, и голос ее был самым обычным, без всякой враждебности и холода, — яркие и цветные сны часто бывают у эмпатов, особенно при пробуждающемся даре. Обязательно расскажи папе. Доброе утро, София. Девушка поклонилась, про себя гадая, с чем может быть связано хорошее настроение Виктории. Агата рассмешила? Или что-то еще?.. — В принципе, я сегодня не занята, — продолжала императрица. — Точнее, пока не занята. И я думаю, что мы можем отпустить вас на весь день. Даже если мой муж, — она покосилась на браслет связи, — будет сегодня большей частью отсутствовать, мы справимся.

Значит, она вновь не увидит императора. Сердце кольнуло, и София опустила глаза. Что же ей делать с этими дурацкими, абсолютно никому не нужными чувствами?..

— Ваше величество, — выдохнула она, изо всех сил пытаясь отвлечь саму себя, — у меня есть вопрос, и если позволите, я бы задала его вам. Могу и его величеству, но… — Да, Арен часто занят, — произнесла императрица, и в голосе ее появилась снисходительность. — Конечно, задавайте мне.

— Я хотела спросить насчет компании. Других детей, — София улыбнулась Агате, которая смотрела на нее с любопытством. — Взрослых-то тут полный дворец, но мы же не можем только со взрослыми общаться.

— Да! — заявил вдруг Александр, отчего императрица, к удивлению Софии, засмеялась, и Агата тоже хихикнула. — Все верно, только со взрослыми общаться мы не можем, — ответила Виктория почти с симпатией. — Я вам составлю список тех, с кем мы дружим. Они приезжают порой в гости или мы сами к ним ездим. На следующей неделе… — Она нахмурилась, словно что-то припоминая. — Да, наверное, можно будет кое-куда наведаться.

— Правда? — Агата радостно подпрыгнула. — К Амели, да? Да?!

— Посмотрим, моя радость. Еще надо договориться. «моя радость». Точно так же называл Агату император. Интересно, это Виктория у него подхватила, или наоборот? — Спасибо, ваше величество, — сказала София искренне. — Я буду очень признательна за эти инструкции. Значит, я могу сейчас уйти по своим делам?

— Да, можете. — Спасибо. До завтра, Агата, Александр! — До завтра, Софи! Выйдя из детской, София на пару секунд замешкалась. Да, прежде, чем уходить из дворца до вечера, нужно сделать еще кое-что. Она ведь обещала.

Заглянув к себе в комнату, София взяла из шкафа коробку маминых конфет, которую выпросила накануне. Вышла в коридор… и застыла, вспомнив вдруг, что понятия не имеет, где обитает принцесса Анастасия. Пришлось подходить к охранникам, стоящим возле детской, интересоваться у них.

— мы сейчас позовем вам сопровождающего. Сами вы вряд ли найдете. Через пару минут София шла по коридору на тринадцатом этаже — именно здесь, как оказалось, жили Ванесса, Адриан и Анастасия. Наверное, и Аарон…

Точно. По дороге к комнате принцессы София заметила мэл, которая быстро шла по коридору с подносом, полным грязной посуды. Увидела ее, улыбнулась, но ничего не сказала. Конечно, Софии приходило в голову, что девушку могли подослать к ней специально, например, чтобы узнать какую-то информацию. Но пока мэл больше болтала сама, чем о чем-либо спрашивала. Впрочем, именно так наверняка и поступают настоящие шпионы. Сначала усыпляют бдительность, а потом уже задают вопросы.

София фыркнула — мэл в ее представлении на шпионку походила не больше, чем она сама. Да и вообще — в последний раз, когда они разговаривали, София действительно заметила несколько неприязненных взглядов, брошенных на мэл, от других слуг. По крайней мере в этом девушка точно была правдива.

— Дошли, айла Тали, — сказал сопровождающий Софию слуга в зеленой форме. — Вот комната ее высочества Анастасии. В отличие от покоев императора, его детей и жены, охранников на входе здесь не было. Интересно…

— А охраны почему нет? — спросила София негромко. — Личная охрана покоев — только у первых наследников либо по распоряжению императора, — пояснил слуга. — В целом ведется патрулирование этажа, да и при необходимости охрану можно позвать. А вам нужна?..

— Нет-нет, — София помотала головой и решительно постучала в дверь покоев Анастасии. Стук отозвался внутри помещения птичьим пением — сработал магический звонок. Через несколько секунд дверь приоткрылась, и на пороге возникла принцесса. Она была одета в платье из плотной синей ткани, светлые волосы были заплетены в косу, а вокруг шеи намотан светло-голубой платок.

— О! — Анастасия посмотрела на Софию удивленно, но почти сразу, кивнув, улыбнулась. — Я поняла! Вы конфеты принесли! Спасибо вам большое, заходите! — Она отступила назад, махнув слуге рукой: — Вы можете быть свободны!

София шагнула внутрь и огляделась. В комнате явно чувствовалось пристрастие принцессы к двум вещам. К растениям — они находились повсюду, и возле окна, и на камине, и во всех углах, — и к голубому цвету. И обои оказались голубыми, и ковер, и даже все цветочные горшки были либо голубыми, либо синими.

А еще здесь было очень светло. В большое окно, окруженное растениями, как лесом, било солнце, шторы — светло-голубые, почти белые, — оказались раздернуты, и комната была наполнена светом.

«Интересно, а какая комната у Арена?» — подумала София и зажмурилась от собственной глупости. Нельзя так думать, нельзя! И по имени тоже нельзя!

— Держите, — сказала она, протягивая Анастасии коробку, — вы хотели попробовать. — Спасибо, — принцесса, улыбаясь, открыла крышку и взяла конфету. — Сколько я вам должна? — Нисколько, ваше высочество. Это подарок.

— Ой, перестаньте, — она чуть поморщилась, аккуратно откусывая от конфетки. Пожевала, проглотила и вновь улыбнулась. — Очень вкусно! И я не про деньги, я понимаю, что вы не будете их брать, но я же должна была спросить! Я про имя. Вы можете называть меня Анастасией. Или даже Тасси, если хотите.