Параллельный катаклизм - Федор Березин

– Какой он, к черту, немец, посмотри на черты лица, – заметил один из американских офицеров, проводящих первоначальный допрос подобранного в воде. – Кто бы в ведомстве Денница подпустил его близко к кораблю?

– Как знать, – хмыкнул его напарник, – какие проблемы начались в их флоте после нападения русских?

– Но не могли же они принимать в команды явных монголоидов, а?

– Почему не могли? Они же за японцев воюют.

– Так что? Он, по-твоему, японец? Взгляни на его рост.

– Не знаю я, что ты от меня хочешь?

– Я тебе говорю, это русский.

– Да брось, Ник. А то у русских мало проблем.

– Ну, ты даешь. Ты хоть газеты читаешь?

– Ясно, читаю. Там черным по белому – «русские наши кровные союзники».

– А оппозиционные?

– Где ты их берешь, интересно?

– Неважно. А твой любимый Рузвельт доиграется.

– А ты что, против президентского правления?

– Потише, черт возьми. Ты меня точно сдашь в УСС.

– Нет, друган, ты скажи, – почуяв слабину собеседника, насел приверженец официального курса, – за кого голосовал?

– За Рузвельта, ясный день.

– Вот!

– При чем тут это? – скривился оппонент.

– А сейчас ты ему верить перестал, да?

– Я тебе говорю, это русский.

– Да немец это ояпонившийся.

– Ты офонарел, это чуваш какой-нибудь с Поволжья, и то в лучшем варианте.

Их спор не имел значения. Может, Управление стратегических служб и догадывалось о русском влиянии, но заявлять об этом вслух на официальном уровне было просто опасно – лучше было иметь Россию в качестве ложного союзника, чем официальным врагом. После захвата Европы СССР, по большому счету, не нуждался ни во Втором фронте, ни в ленд-лизе. Кто мог ему помешать, в случае официального разоблачения и международного скандала, стать открытым побратимом имперской Японии? Похоже, никто. Так что лучшим вариантом было – тянуть резину и тихонько готовить миру свой собственный сюрприз – «Made in USA».