Жена напоказ - 2 - Елена Счастная

“Внутри что-то есть... Тётушка Марго промышляет средствами на тёмной ауре?” — Лабьет задрал к Ренельду так и светящуюся сомнением морду.

— Это вряд ли… — ответил тот и повернулся в сторону Мариэтты. — Похоже, мы что-то нашли.

И на мгновение позабыл, что хотел сказать дальше. Из этого угла прекрасно просматривалась часть укрытия, где сейчас стояла графиня, расправляя пышную атласную юбку. Платье ещё было расстёгнуто на спине и висело на плечах чуть ниже, чем нужно.

— Что это? — она слегка разволновалась. Повернула голову и сразу заметила взгляд Ренельда, отчего вполне ожидаемо нахмурилась. — Вы чувствуете ауру Собирателя?

— Пока не знаю. Но лучше пока оставайтесь там.

Ренельд взял нож для писем и осторожно вскрыл коробку. Внутри оказалась весьма значительного размера бутылочка с какой-то розоватой жидкостью внутри.

— Это ароматная вода для ванны! — тут же отметила графиня. — Я люблю такую. Постоянно беру.

Ренельд приподнял бутыль за горлышко двумя пальцами и оглядел со всех сторон. Стеклянный бок был влажным, и на нём быстро обнаружилась длинная трещина, откуда, собственно, эта вода и сочилась — по капле.

Похоже, когда её везли, она повредилась — может, от тряски на дороге. И пока служанка несла её через весь дом до комнаты Мариэтты, содержимое оставляло за собой ощутимый след.

— А я-то думаю, откуда так навязчиво пахнет розами…

Ренельд опустил взгляд на графиню, которая подошла так незаметно, что он не сразу обнаружил её.

— Тут не только розами несёт, но и тёмной энергией. Похоже, на этой водице какое-то заклятие.

— Но зачем хозяйке “Тата Маргориана” отправлять мне такой подарок? Или это не от неё?

— Скорей всего, — Ренельд опустил бутыль обратно в коробку. — Пока я не могу понять, что она в себе таит. Но это не похоже на ловушку.

“Может, просто происки завистниц? — предположил Лабьет. — Ты хоть понимаешь, у скольких аристократок Конфетка увела потенциального жениха?”

— Может быть, это и не имеет отношения к Собирателю. Но этот подарочек пропитал тёмной аурой весь дом… Теперь даже если бы он тут был, я не смог бы его найти, — Ренельд помолчал, глядя перед собой. — Кто знал о том, что вы предпочитаете покупать подобные средства у “Тата Маргориана”?

— Я не делала из этого секрета, — Мари пожала плечами.

“В конце концов, за ней могли и проследить”.

Всё верно. След, как и всегда, размытый, ненадёжный и неизвестно, приведёт ли вообще куда-нибудь.  Это и правда похоже просто на мелкую подлянку. Тёмную ауру Мари не распознала бы. Налила бы себе такой водички в ванну перед купанием, а потом чесалась бы месяц. Вполне возможно. Детальнее покажет более подробный анализ.

“Нет, ты что? Собираешься засесть в кабинете отца и разбираться, какое на этом подарочке заклятие? — Лабьет, похоже, уловил отголоски мыслей Ренельда. — Такой помолвки тебе мадам Конфетка не простит”.

— Ну а что прикажешь делать?

“Вернуться к этой бутылке хотя бы завтра”.

Ренельд только вздохнул, всё яснее осознавая, в какой затруднительной ситуации оказался.

— На будущее, — он вновь обратился к графине, что стояла рядом полуодетая в своё роскошное, но при том удивительно изящное платье. — Все такие подарки должны проходить через охрану.

Нет, это совершенно невозможно терпеть!

Ренельд взял Мариэтту за плечи и развернул к себе спиной. Графиня попыталась вырваться.

— Позовите служанку! Что вы…

Но он принялся один за другим застёгивать крючки на спинке платья, стараясь не думать о том, какой нежной выглядит кожа Мариэтты, и как хочется до неё дотронуться —  медленно, вдумчиво, наблюдая, как она слегка проминается под пальцами и как сама графиня чуть вздрагивает от прикосновений.

Но сейчас она только затаила дыхание. По тонкой шее пробежали мурашки, и Мари, будто бы пытаясь их остановить, провела по ней ладонью.

— Готово, — проговорил Ренельд и прокашлялся: в горле стояла горячая сухость.

А графиня торопливо отошла, как только он застегнул последний крючок.

“Да ну, Рен. Зачем себя мучить? Правда, — вздохнул Лабьет, тихонько сидя позади и охраняя загадочную коробку, откуда всё так же струился флёр тёмной ауры. — Она твоя невеста”.

— Возможно, если бы не привязка, вдовушка уже проломила бы мне голову этой же бутылью с розовой водой, — Ренельд проследил, как Мари педантично поправила корсаж и рукава.

— Спасибо, — проговорила она наконец. — У вас, видно, большой опыт в таких делах.

— Какая разница, — Ренельд пожал плечами. — Разве вам не всё равно? Но… Думаю, я имею право первым увидеть вас во всей красе. Не считаете?

Графиня обернулась.

— А вы ничего не забываете, да? — по её губам пробежала улыбка. — Продолжаете настаивать на своём.

“Он так настаивает, что ему уже больно”.

— Наверное, я ещё никогда не был так упорен, как с вами, — ответил Ренельд колкостью.

Мариэтта покачала головой и, пройдя к трюмо, вынула из солидного сундучка, что запирался на хитрый замок, коробку с ожерельем. Открыла её и остановилась напротив огромного псише, что пряталось за ширмой.

— Поможете? — от звука её голоса Ренельд на мгновение забыл вдохнуть.

Захотелось обернуться: не стоит ли за спиной тот самый мужчина из сна. Хотя, если это был Собиратель, то он и правда как будто постоянно где-то рядом. И не известно, когда ударит в следующий миг.

— Надеюсь, это ожерелье надёжно спрячет вашу ауру от желающих в ней покопаться.

Ренельд приблизился и взял украшение с его бархатного ложа. Опустил нитку сиреневых камней на грудь Мариэтты, через отражение любуясь тем, как их прохладный оттенок играет не её коже.

— Я думала, что вы просто посчитали его красивым, — хитро усмехнулась графиня. — А оно вон как.

— Не лгите, вы так не думали, — Ренельд улыбнулся в ответ.

Закрепил застёжку и встретился Мариэттой взглядом. Она кончиками пальцев коснулась ожерелья, провела вдоль ряда камней к шее.

— Спасибо! Оно прекрасно. Что бы за вашим подарком ни крылось на самом деле.

— Вы просто потрясающе красивы, — проговорил Ренельд.

“А представь, какой она будет на свадьбе, — довольно хмыкнул Лабьет. — И отчего я не человек? Ты уже давно катился бы прочь от Конфетки”.

— Хорошо, что ты не человек.

Ренельд медленно убрал с плеча Мари мягкий локон. Костяшками пальцев провёл вверх по её шее — до мочки ушка — и дальше, по линии упрямого, чуть вздёрнутого подбородка. Мари поймала его запястье, останавливая.

— Не нужно, — проговорила тихо, но твёрдо. — Вы как будто не слышите меня! Всё это…