Немая - Агаша Колч

Разделка сельди на филе дело для меня малоприятное. Поэтому надумала я начистить рыбки с запасом, чтобы каждый раз, как захочется пополнить запас Омега-3 в организме, не возиться с кишками и шкурой. Бр-р-р-р…

Занималась этим, по ощущениям, около часа. Изгваздалась чуть ли не по уши, но почистила десяток тушек. Осталось порезать, сложить в горшок с широким горлом, залить соусом и в холодную кладовку поставить. Ах, какая я умничка, трудяжка, рукодельница!

Вышла во двор. Жених всё ещё в думах своих витает. Пора его из этого состояния выводить. «Пых, мне помощь Ерофея нужна», – обратилась я питомцу. Тот боднул парня в колено, а когда взгляд поймал, то мотнул головой в мою сторону. Тут уже я начала призывно махать, требуя немедленной подмоги.

Сливая мне на руки слабый раствор щёлока, разведённого отваром мяты, наблюдая, как я отмываю следы рыбных потрохов, помощник вынырнул из задумчивости и хмыкнул:

– Вот как ты всё славно делаешь. И щёлок у тебя мятой пахнет, и постель дух приятный имеет. Даже полы воском пропитала, и в дом сейчас как в храм светлых заходишь.

Я улыбнулась благодарно за похвалу, правда, не считая сделанное великим достижением. В прежней жизни приятных запахов было немало. Маркетологи этому направлению привлечения покупателей уделяли много внимания и доказали, что когда в магазине витает дух свежеиспечённого хлеба, то люди охотнее тратят деньги. В домах, где часто пекут пироги, наполняя жилище ароматами сдобы, ванили и корицы, меньше ссорятся, а домочадцы охотнее общаются друг с другом. Вот так всё просто, и никакой магии.

В этом мире натуральности и экологии моему сознанию ароматов не хватало. Душистые мыла и гели, разнообразная парфюмерия и масла… Сколько же отрады было для обоняния! Здесь с этим почти никак. Вот и добавляю мятный отвар в щёлок, а саше с лавандой и вовсе не моя заслуга. Этими славными мешочками было проложено купленное нами постельное бельё. Глупой надо быть, чтобы таким нечаянным подарком не пользоваться. Лежат теперь под нашими подушками и сон навевают милые сумочки, сшитые сгинувшими невесть где девочками. 

Может быть, мне стать основательницей парфюмерного производства Южно-Российского царства? Внезапно пришедшая в голову мысль слегка оглушила. Ох, какие перспективы мгновенно развернулись в сознании, подогретые буйной фантазией и прочитанными книгами. Один «Парфюмер» Зюскинда при удачном раскладе чуть ли не мировое господство сулил.

Холодные капли воды, которые жених стряхнул мне с ладони в лицо, вернули в реальность.

– Даша, с тобой всё хорошо? – заботливо, с лёгкой тревогой заглядывает мне в глаза Ерофей. На моё непонимание объясняет: – Ты словно приведение увидела.

Беззаботно махнула мокрой рукой, в отместку обрызгав парня, забрала с его плеча полотенце и пошла в дом.

Оставшись одна, со всхлипом вдохнула и медленно выдохнула. Ничего себе фантазии! Это я склонна к диктаторству и тирании, что ли? Чингисхан в юбке, блин! Нафиг, нафиг! Не надо мне такого «счастья».

Отмахиваясь от неведомо откуда появившихся иллюзий, я сунула Ерофею в руки миску, ткнула пальцем на печь и показала загребущими движениями, что надо овощи достать. Сама же принялась пластать филе, укладывать его в горшок, пересыпать нарезанным кольцами луком и заливать смесью масла растительного, мёда и капельки уксуса. В таком маринаде, в холодной кладовке, рыбка может храниться долго. Но думаю, что мужчины мои всю съедят за декаду.

Хвала светлым богам, что живу я в доме чародея, а на подхвате одарённый, пусть и необученный, отрок. Мне, избалованной бытовой техникой двадцать первого века, категорически не нравилось, что в холодильнике нашем на всех полках одна температура, которая приближалась к отметке абсолютного нуля. До состояния окаменелости всё положенное на хранение замерзало чуть ли не мгновенно. Я же очень хотела иметь и морозилку, и легкое охлаждение одновременно. Дня три вынашивала и прописывала на своей досочке техническое задание. Ещё три дня мои маги думали, как это исполнить. Конечно же, думал Осей, а Ерофей накидывал идеи. Порой самые безумные, вводящие деда в ступор.

Но в конце декады, не единожды исправив сделанное, чародейская бригада в составе опекуна и жениха наконец-то торжественно распахнула предо мной дверцы обновлённой холодной кладовки. Не буду скромничать и сознаюсь, что разделить холодильник на камеры предложила я. А что? Ждать пока они «велосипед» изобретут недосуг – молоко киснет. Зато теперь у меня идеальная по местным меркам холодная кладовка.

Дед за неё даже премию немалую от Академии получил, передав информацию на факультет артефакторики. Теперь в горшочке тайном ещё и золотая монетка появилась.

Все полученные деньги чародей отдавал мне, не требуя взамен отчёта.

– Со смерти матушки не жил я так чисто, комфортно и сытно, Дашенька, – не уставал повторять опекун, смущая меня.

Я-то в ответ ничего сказать ему не могла, хоть и хотелось. Хотелось поблагодарить, за то, что принял в дом свой, за легкий, отзывчивый характер, за отсутствие капризов, свойственных старикам, за то, что замечает изменения и не стесняется благодарить. Поэтому и старалась сделать наш быт более удобным, а меню разнообразным.

Эти привычные мысли и воспоминания роились в голове, пока я ровными кубиками нарезала овощи и наблюдала, как Ерофей взбивает майонез.

Вот точно говорят: «Сила есть – ума не надо». В который раз показываю, что веселку следует вращать мягко и равномерно, без особых усилий, время от времени понемногу подливая масло. Хоть и ворчит, но взбивать не бросает. Вот уже густота и цвет у соуса начали приближаться к желаемым. Ещё немного и… Стоп! В награду за труды советую облизать веселку. Мало какому мужчине вкус майонеза не нравится.

– О, стрекозка! Ты, должно быть, чародейка. Из ничего такую вкусность сделала. А дай ещё немного? – жмурясь, как сытый кот, просит помощник.

Но я отрицательно качаю головой и сначала показываю на живот парня, а потом в сторону скворечникообразного домика в дальнем углу двора. 

Вот ещё один вопрос. Не срочный, но и откладывать решение нельзя. Зима не за горами, бегать по морозу «до ветру» удовольствие ещё то. А если ночью приспичит? Горшок под кровать ставить желания нет. Эх, как бы тёплую уборную обустроить?

Сколько задач, сколько планов, сколько вопросов – только успевай поворачиваться.