Клинок тайн - Триша Левенселлер

Он хмыкает и говорит:

– Хорошо, пошли.

Они отходят от костра, находя другую поляну поодаль, но мы с Петриком все еще можем их слышать.

– Что случилось, когда они пришли за тобой? – спрашивает Келлин. Он держит свой длинный меч в воздухе, глядя на него, а не на мою сестру.

Темра разминает руки и ноги, готовясь к поединку.

– Я ушла к себе в комнату, размышляла, стоит ли идти за Зивой. Я наговорила глупостей и собиралась извиниться. Постучав, Воланна вошла первой. Она была любезна, как всегда, начала задавать вопросы о моей матери. Я догадалась, что она пытается заставить меня признать, что та владела магией. Однако я солгала и попыталась увести разговор в сторону. Потом она начала обыскивать мою комнату. Я попыталась ее успокоить, но она нашла оружие под моей кроватью и завизжала. На крик сбежались ее сыновья. Все трое разом ворвались в комнату. Я ходила кругами, стараясь не дать никому из них оказаться у меня за спиной. Воланна пыталась остановить их, но они не слушали. В конце концов она сдалась и помогла им.

Темра наклоняется, чтобы дотронуться до пальцев ног, встает и подтягивает лодыжку как можно ближе к спине.

– Я не ожидала, что она меня схватит. Это было безумием. Но даже если так, не знаю, что можно было бы сделать против такого количества людей.

Келлин кладет меч, его лицо – маска безразличия.

– Покажи мне, как она тебя схватила.

Темра делает шаг вперед и сжимает пальцами предплечье Келлина.

– Можно инстинктивно отстраниться, но гораздо эффективнее нанести удар. – Он показывает ей серию движений, опуская свободную руку на предплечье Темры, чтобы ослабить ее хватку. Он заставляет мою сестру снова схватить его таким же образом, затем наклоняется и притворно бьет коленями в живот Темры. – Используй близость врага против него же, – говорит наемник.

После нескольких минут, в течение которых он демонстрирует Темре различные приемы, Келлин говорит:

– Даже мне трудно быть в меньшинстве. В такой ситуации ты должна либо запугать, либо перехитрить своих противников. Этому труднее научиться.

Они поднимают мечи и замахиваются друг на друга. От рассказа Темры у меня сжимается сердце. Скорее всего, ей было так страшно и одиноко. Мне не следовало оставлять ее.

Петрик не отрывается от книг. Мне кажется, он изо всех сил старается больше не плакать.

– Я позволил книгам тысячелетней давности упасть в озеро. – Его голос срывается в конце фразы. – Никогда еще я не чувствовал себя таким неудачником.

– Нет, Петрик. Ты не неудачник. Ты спас Темру. Спасибо, что пришел за мной, как только узнал, что она в опасности.

– Я знаю, что отправился в это путешествие ради своей книги, но теперь мы друзья. Конечно, я буду присматривать за ней. За вами обеими. Знаю, что не гожусь для многого, но буду здесь столько, сколько ты захочешь.

Затем он смотрит на сражающуюся пару, и, пока я слежу за тем, как он наблюдает за моей сестрой, кое-что понимаю.

Она ему нравится. Он никогда не показывал это Темре, но сейчас я вижу это так же ясно, как божий день.

Знает ли он, что в ту же секунду, как проявит интерес, Темра перестанет с ним флиртовать? Она получит свою победу и заскучает. Вот почему он держится на расстоянии?

А Петрик умнее, чем я думала.

* * *

Снова оставшись наедине со своими мыслями, я не могу не думать об отце, ведь я только что навсегда покинула его семью. Я скучаю по нему. По звуку его глубокого голоса. По его большим рукам, которые обнимают меня. Я почти ничего не помню из того, что он мне говорил. Но я помню, как он заставлял меня чувствовать себя в безопасности.

И теперь я понимаю, как сильно он, должно быть, любил мою мать, раз оставил все, что знал, и начал с ней новую жизнь.

Интересно, стала ли эта жизнь причиной всех его бед?

Может быть, это религиозные фанатики ворвались в наш дом той ночью и убили моих родителей? Неужели Воланна солгала о том, что не знала, что стало с ее сыном?

Возможно, мои вопросы всегда останутся без ответов.

В эту ночь Петрик не спит, сидя у огня и записывая что-то в книгу. Думаю, он проверяет все свои заметки, обводя разбавленные чернила, чтобы они не выцвели. Сколько бы я ни уговаривала его отдохнуть, он говорит, что ляжет спать, когда будет готов.

Я лежу на твердой земле, скучая по одеялам, спальникам и палаткам, которые мы оставили в поместье Созеранов. Мои ноги рядом с костром, а Темра прижимается ко мне. Обычно мои мысли не дают уснуть, но сегодня я чувствую, что засыпаю, пока Темра не поднимается и не оставляет мой бок открытым ночному воздуху.

После нескольких секунд тишины я слышу ее голос поверх потрескивания огня.

– У меня не было возможности поблагодарить тебя, Петрик.

– Поблагодарить меня? – спрашивает он.

– За то, что позвал Зиву и Келлина и пошел за мной.

– Тебе не нужно благодарить меня за это. Мне жаль, что я был недостаточно силен, чтобы помешать Воланне и ее сыновьям.

– Не говори глупостей, – возражает она.

На какое-то время воцаряется тишина, а потом я слышу слабый шелест бумаги. Петрик переворачивает страницу или совсем откладывает книгу? Чтобы понять, мне нужно сесть, но я не хочу, чтобы они знали, что я подслушиваю. Храп Келлина, напротив, доказывает, что он в отключке.

– Почему ты это сделал? – спрашивает Темра.

– Сказал глупость?

– Потрудился спасти меня.

Я думаю, что Петрик, должно быть, ошеломлен вопросом, потому что он не отвечает сразу.

– Не понимаю.

– Я не обладаю магией. Ты во мне не нуждаешься. Ты мог бы взять Зиву и сбежать, не связываясь с религиозными фанатиками. У вас, вероятно, было бы достаточно времени, чтобы вернуться за лошадью и припасами, прежде чем бежать из города.

– Как будто твоя сестра согласилась бы уехать без тебя.

– Ты мог бы солгать ей. Сказать, что я уже мертва.

Мне больно слышать такие вещи, но я понимаю, что она права. Петрик не обязан был спасать Темру.

– Мне даже в голову не приходило обратное, – говорит он после очередной паузы.

– Умный и добрый. Спасибо, что ты есть ты, Петрик.

Думаю, что Темра начинает вставать, но Петрик останавливает ее.

– Ты слишком себя недооцениваешь. Тебе никогда не приходило в голову, что есть причина, по которой тебе так нравится сражаться? Может, твое призвание – защищать сестру. – Он делает паузу. – Я знаю, кто охотится за вами. Знаю, что военачальница была в городе. Я видел, как она остановилась у кузницы, пока ждал своего часа, надеясь приблизиться к Зиве. Вы отправились в таверну сразу после визита Киморы. Не понимаю, почему вы бежите, хотя думаю, что Кимора, вероятно, хотела подчинить твою сестру своей воле. Но я хочу сказать, что Сестры очень старались, чтобы связать ваши с Зивой жизни. Ты так же важна, как и твоя сестра. Ты такая же особенная, как Зива.