Леди Артур - Игорь Осипов

— Девочки, теперь вы, я отдохну, — чародейка привалилась к стене. Лицо её побелело и покрылось испариной.

— Раз так, — прокричала предводительница террористок, укрывшихся в дверных проёмах и за большими ящиками, — мы заберём только ваши головы!

— Пожарной инспекции на этот городишко нет, — зло пробурчал Глушков. — Заставили всё хламом и телегами.

Он поднял голову и посмотрел в небо, где висел квадрокоптер. Послушной машинке осталось жить всего три минуты, а потом он рухнет. И нет подмоги. Они же должны. Они же обещали!

Артём от обиды поджал губы и перевёл взгляд на громадную птицу, делающую круг над ними. Птица сделала взмах, совершила крутой вираж, а потом сложила крылья и начала падать. Почти у самых крыш она вышла из пике… сверкнув глянцевым пластиком и металлом. А мгновение спустя на черепицу, мостовую и разбойниц с лязгом железа, словно кто-то уронил из самолёта ведро гвоздей, упало нечто. Раздались стоны и крики.

Уже перед самой смертью квадрокоптер передал картину, что к убитым с помощью призрачного клинка присоединились ещё пять. Всего девять.

— Это всё?! — заорала террористка, оглядев свои потери. — Вам всё равно не уйти!

— Захлопни пасть! — прокричала Долорес и нажала на спусковой крючок. Курки щёлкнули, но выстрела не последовало.

— Сдавайтесь!

Профессор поглядел на Констанцию, а та щёлкнула пальцами, привлекая внимание помощниц.

— Кармен, глянь подворотню.

Женщина на бегу взяла свой меч обратным хватом в левую руку — наверное, чтоб потом было удобнее его схватить, а пальцы правой скрючила, точно когти хищного зверя. Между пальцами вспыхнула изумрудная точка.

Изготовившись, она прильнула к стене и выглянула в переулок, а потом покачала головой: мол, нет никого.

В это же время бионический дрон-птица — а ничем иным она больше не могла быть — ещё раз нырнула с неба. Но вместо грохота железа послышались глухой стук и шипение. За ними последовал кашель. Из-за больших бочек и ящиков профессору не было видно происходящего, и встать он не мог — мешал гипс. Но показались густые клубы дыма, а откуда-то сбоку раздались вопли: «Пожар! Пожар!» и истеричные крики.

Привставшая на цыпочки Констанция вдруг вскинула руку. С ладони слетела горсть монет, и в ту же секунду в них из облаков дыма ударила молния. Раскат грома ударил по ушам, а от монет остались только огненные брызги, полетевшие в разные стороны. Волшебница совсем не героически взвизгнула, прикрыв лицо руками, а её помощница совсем уж витиевато выругалась.

Рядом с Глушковым зажала руками уши маленькая Роза, и учёный осторожно приобнял её здоровой рукой.

— Всё будет хорошо, — произнёс он и подмигнул, хотя сам не верил в благополучный исход схватки. Но из двадцати преследовательниц остались только девять: четыре в дыму и пять в проулке крадутся с тыла.

— Идут! — выкрикнула Кармен.

Она подобралась, словно кошка перед прыжком, перехватила поудобнее зелёную искру, а потом быстро высунулась из-за угла — но бросить заклинание не успела. Почти разом бахнуло несколько выстрелов, и волшебница вскрикнула. Нога её подломилась, женщина, заваливаясь набок, упала на мостовую. Всё же ей хватило сил поползти к укрытию, волоча ногу, за которой потянулся влажный тёмный след.

— Кармен! — закричала Констанция. Она подбежала к помощнице, схватила за руки и оттащила за собой.

Всё это происходило настолько быстро, что Артём едва успевал за событиями, к тому же квадрокоптер сдох. Зато над ними кружился бионический дрон, наверняка передавая информацию о происходящем.

— Почему пушками не стреляете? — пошевелил он губами, обращаясь к операторам. Они ведь слышали. Он точно знал.

— Мы… Избыточная мощность поставит под угрозу мирное население, — промямлил виновато голос и добавил: — Держитесь. Помощь уже выдвинулась.

Хорошо им говорить «держитесь»: они не зажаты в переулке с бешеными ведьмами! Хотелось выругаться, но вместо этого он снова подмигнул девочке:

— Всё будет хорошо.

А Констанция вновь ударила клинком о булыжники, но на этот раз меч не зазвенел. Теперь в воздух взмыло несколько камней. Они зависли на одном месте, а когда волшебница указала клинком на редеющее облако дыма, сорвались и полетели, как из пращи.

За дымом послышались удары о стены. А кашель почти стих, к тому же доносился словно из-за угла. Наверное, так и было — террористки спрятались, выгадывая время.

Зато те, что шли в обход, даром его не теряли. Из проулка на мостовую, искря фитилем, вылетел чугунный шар, похожий на ядро, а потом грянул взрыв. По стенам хлестнуло осколками, от ударной волны заложило уши, перекрёсток заволокло облако порохового дыма. Только чудом никто не пострадал.

Девочка взвизгнула и заплакала.

— Тихо, всё хорошо, — попытался успокоить её профессор, неумело гладя по голове, как котёнка. Да и как ему было научиться обращаться с детьми? Своих не появилось — карьера прежде всего. А что сейчас?

— Вернусь, женюсь сразу же, — пробурчал он по-русски. — Ну где помощь, мать её?

А помощь запаздывала. Террористки бросили ещё одну бомбу, но Констанция взмахнула рукой, и та улетела обратно в проулок. При этом не взорвалась.

— Сдаётесь?! — послышался новый выкрик с провокационным содержанием. — Если отдадите халумари, мы вас пощадим!

— Веры вам, как ветру! — прокричала в ответ магесса.

— У вас две раненые и ребёнок! Есть ли смысл драться?!

— Есть! Вы же палачи Круга. Живых не оставляете!

— Время тянете?! Никто к вам не придёт!

В ответ волшебница швырнула небольшой шар оранжевого огня, оставивший в ящике рядом с террористками дыру размером с кулак и с обугленными краями.

— Долорес, перевяжи Кармен и держи этих, я переулком займусь, — бросила Констанция и подбежала к перекрёстку.

— Дуры, — досадливо прошептал Артём, — зачем сами себе тыл открыли?

Потом, задумавшись, понял: перекрёсток даёт возможность уйти, в отличие от глухой улочки, где они очутились бы словно в каменном мешке. Как говорится, из двух зол меньшее.

Констанция снова стукнула мечом о камни, заставив зазвенеть, но уже не так громко.

— Если двинешься, она сдохнет! — раздался вдруг крик сверху.

Артём поднял глаза и увидел открытое окно на втором этаже напротив, из которого в девочку целились из тяжёлого арбалета; в глубине комнаты горел подготовленный огненный шар. Шах и мат.

— Сдаюсь! — произнесла Констанция, опуская меч и тоскливо переводя взгляд то на профессора, то на дочку. — Роза, иди ко мне.

Девочка вскочила, быстро подбежала к матери и вцепилась в её ногу.

Из проулка одна за одной вышли три женщины с мушкетами наготове. В то же время старшая отряда протиснулась между бочками заслона.