У каждого свои недостатки - Дарья Гусина

Я покачала головой, вспомнив «пустырь»:

– Нет, вдруг что-нибудь неправильно сделаю. У меня вечно все не так.

– Ты много ворчишь, Сэм, – рассмеялась Ольга. – Это же торс-двигатель! С ним все непредсказуемо, каждый раз – новый риск. Никто не понимает, как это работает, но все пользуются, – она задумчиво провела рукой по пульту. – Почему-то мы склонны привыкать к чудесам, перестаем их ценить и требуем большего. А я вот никогда к этому не привыкну. Хочешь, покажу тебе чудо? Смотри!

Не дожидаясь моего ответа, Ольга провела пальцем по выросшей над пультом голокарте. Зашуршала дверь шлюза. Я почувствовала, как включилось собственное гравитационное поле «Карапуза». Кораблик отошел от «Каллиопы» на «парусе» и развернулся. Лицо Ольги стало мечтательным.

– Я полна счастья, – сказала она, чуть покраснев, словно оправдываясь.

Пальцами одной руки она вращала на другой руке узенькое колечко с маленьким белым камушком, похожим на жемчуг, но полупрозрачным и отражающим свет острыми разноцветными лучиками. Терманит. Не очень дорогой, но красивый, под стать хозяйке. Я задержала взгляд на кольце, и Ольга, заметив это, снова сконфуженно рассмеялась:

– Я счастлива, – сказала она. – Спустя три долгих года я могу быть с человеком, которого люблю. Он вибрант, как и я. Долгое время все обстоятельства были против нас, но вчера мы решили, что не будем больше слушать мнение окружающих. В конце концов, почему мы должны отказаться от своей любви из-за условностей? – Ольга глубоко вздохнула. – На этом чувстве я готова пролететь через всю Вселенную, лишь бы рука об руку с ним. Сэм, ты молчишь так, что хочется разболтать тебе все секреты. Пожалуйста, не говори никому о том, что я тебе только что рассказала. Скоро все узнают… но не сейчас…. О, вот и карта обновилась. Вперед?

То ли я привыкла к торс-прыжкам, то ли смятение мое было настолько сильным и болезненным, что перед ним стыдливо отступила даже аллергия. Несколько приступов головокружения, и мы зависли в пространстве, полном звезд и сияния. Я невольно ахнула: в панорамном окне перед нами светилось яркое, многоцветное облако из фиолетового, голубого, красного, зеленого. Словно огромный терманит в оправе из тьмы.

– Это сектор девятнадцать-сто один. Мы в нескольких миллионах километров от белого карлика, – негромко произнесла Ольга. – Это будущее нашего Солнца, красиво, правда? И печально. Печально осознавать, что наш дом обречен. Здесь когда-то было несколько планет, подобных Старой Земле, очень давно…. Приятно осознавать, что с гибелью Матушки Планеты человечество не погибнет. Мы маленькие и глупые, но так хотим жить. Я иногда прилетаю сюда, чтобы подумать и немного отвлечься от мелких, повседневных проблем. Перед этим, – она кивнула на экран, – все кажется мелким. Вот и сейчас я думаю о том, что значит моя крошечная жизнь по сравнению с космосом и его процессами. Но ведь я существую и совсем не хочу жертвовать своей жизнью ради великих целей, например, таких, как честь семьи. Я завидую Киру, ему все равно. Он делает для семьи самый минимум того, чего от него постоянно требуют. А ведь они должны руки ему целовать. Где бы все мы были без прибыли от «Си Эс»?… Мы с Киром познакомились, когда нам было по семнадцать. Наши родители много лет не общались: дядя Петя женился на тете Свете вопреки воли Демидовых. Они шестнадцать лет прожили в какой-то отдаленной части Кластера, фактически, в прозябании. Никто о них ничего не знал. Не знали даже, что у них сын родился. Кир учился в закрытой школе для гениев и в шестнадцать запатентовал свое первое изобретение. И сразу: деньги, слава, триумфальное возвращение на Пальмиру. Уже не они, а остальные члены семьи искали с ними встречи. Но Кир не похож на дядю и тетю характером. С ним что-то произошло в его школе-пансионе. А что произошло, говорить он не хочет. И все же я надеюсь, что он расскажет. Хотя бы мне. Я опять разоткровенничалась. Иди сюда, Сэм, становись за пульт. Вот карта, мы тут, Манифест – тут. Вот поля. Построй обратный маршрут. Отлично. Теперь почувствуй торс-поле. Чувствуешь?

Я покачала головой. Сегодня мне не до единорогов.

– Ну, что-нибудь? – с выражением преисполненной надежды первой школьной учительницы проговорила Ольга.

– Нет, – сказала я, выходя из-за панели. – Кир ошибся, я не вибрант. Жаль. Их же мало, вибрантов?

– Пять процентов человечества, – со вздохом ответил Ольга. – Да, жаль.

Она запустила двигатель, и через несколько минут мы были возле Манифеста и предпосадочной станции. Нас встретил Пайк:

– Молодые господа вылетели с планеты и будут на «Каллиопе» через семь минут.

– Что? – удивилась Ольга. – У них там что, «экспресс заправка» состоялась?

– Сэр Кир три раза звонил на «Каллиопу». Очень переживал, что у Сэма выключен комфон.

– Мне его Микки разрядил, – сообщила я. – Из вредности. Мы немного… поругались. Я его сладкого лишил. А чего он…?

– Ой, как ми-и-ило, – протянула Ольга. – У Кирюши тоже все киберы рано или поздно становятся домашними питомцами. А Пайку он вообще три раза тело менял. Чтобы он был совсем, как человек, старше, степеннее. Правда, Пайк?

– Да, Ольга Степановна, – циклон наклонил голову в знак согласия. – Вот и они.

Через шлюз, звеня пакетами и беззлобно переругиваясь, ввалились кузены. Ольга вопросительно развела руками. Кир сунул Пайку свой пакет, бросил на меня несколько… неоднозначный взгляд и пошел на мостик. Ольга с подозрением понюхала брата:

– Какие-то новые коктейли? Пьяными не кажетесь.

– Кир свернул все мероприятие в самом разгаре, – пожаловался Олег.

– Ты сам нудел, что не хочешь пить, – кинул Глеб, вручая свой пакет мне.

Я заглянула внутрь. Там были фирменные бутылки с бренди. Одна, две… пять.

– Могли бы без меня смотаться, – причитал Олег, – а я бы сыграл пару партий с Сэмом.

Я отнесла пакет на камбуз и поднялась на мостик.

– Кир, ты звонил?

– Да, – бросил Демидов через плечо. – Несколько раз.

– Зачем?

– Хотел узнать… – он повернулся, встал, скрестив руки на груди, глядя в сторону, – не обиделся ли ты. Может, мы плохо тебя уговаривали?

– Да нет, – я пожала плечами, – я действительно не очень хорошо переношу спиртное. Но я не слабак!

– И не думал такое говорить, – Демидов тряхнул головой. – Ну раз все окей, пока свободен. Свободен, Сэм. Мы организуем маленький праздник прямо на «Каллиопе». Я чувствую вину за то, что не очень ласково встретил братьев и сестру. Ты приглашен. Попроси Пайка приготовить пару больших пицц.

– Я хотел поговорить с тобой о дне рождения твоей бабушки. Быть может…?

– Ольга нашептала? Я же ее просил! Сэм, через пару дней мои юристы закончат переоформление театра на О’Нила. Да, «Монмартр» выкуплен, переписан на твоего приятеля. Стивен был счастлив, сказал, что свяжется с тобой. Я готов отпустить тебя раньше оговоренного срока. После этого я улетаю на Пальмиру, домой. К себе домой. У меня есть незавершенные дела. Одно из них… неважно.