Воровка. В кольце страха - Марина Милованова

— Мм… я — за! — Муж расплылся в счастливой улыбке и игриво подмигнул. — Может, приступим прямо сейчас?

Я глубоко вздохнула.

— С удовольствием, но позже. А сейчас попробуй мне ответить, как мы поступим, если окажется, что Зарайна на самом деле убила первого советника князя Наримана?

Талейн вмиг посерьезнел.

— Разберемся, не волнуйся. В любом случае я не дам твою сестру в обиду. Или ты сомневаешься в моей дипломатии?

— Не сомневаюсь. Но я говорю о другом. Даже если ты сумеешь договориться с Нариманом, Зарайна никогда не простит себе подобного поступка, пусть даже совершенного под воздействием заклятия. Ее ранимая душа этого не вынесет!

— Думаю, она ничего не запомнит из этого периода. В ее случае это наилучший вариант. Так что не переживай. Когда я окажусь в доме коллекционера, даже при самом плохом раскладе постараюсь что-нибудь придумать, чтобы на Зарайну не пала даже малейшая тень преступления. Ведь даже если она убийца, то виновата в этом не она, а тот, кто наложил на нее заклятие.

— Но в доме может быть стража! Она помешает тебе.

— Не волнуйся, я сумею отвести стражникам глаза.

— Хорошо! Пойдем посмотрим, как там Зарайна? Где ты ее разместил?

Талейн открыл портал и увлек меня за собой, крепко держа за руку, словно боялся, что я исчезну. Мы оказались в одной из гостевых спален. Зарайна лежала в кровати поверх покрывала. Двое поставленных Талейном стражников без признаков жизни лежали у двери. Когда муж открыл ее, еще двое обнаружились за порогом в аналогичном состоянии.

Первым делом я бросились к кровати. Хвала Всевышнему, судя по размеренно вздымающейся груди, сестра была жива и просто спала, но серебряного перстня на ее пальце больше не было. Талейн занялся стражниками, и через несколько мучительно долгих минут сообщил:

— Они умерли! Причем никаких следов магии или насильственной смерти я не нахожу. Словно у каждого внезапно остановилось сердце. Интересно, как преступник проник сюда? Колебаний защитного купола, окружающего наш дворец, я не почувствовал. Следы взлома также отсутствуют. А впускать посторонних в комнату я категорически запретил!

— Значит, убийца не посторонний, — мрачно заметила я, затем встала с кровати и приблизилась к распростертым телам. Без лишних угрызений совести пробежалась по карманам умерших, отмечая каждую мелочь, тщательно осмотрела руки, понюхала пальцы, заглянула в приоткрытые рты и под недоуменным взглядом мужа открыла портал. — Пожалуйста, побудь пока с Салемом! Не думаю, что убийце нужен наш сын, но здесь уже точно больше ничего не случится. Кольцо пропало, значит, Зарайна свободна от заклятия. А я скоро приду в детскую.

Желая избежать дальнейших объяснений, я быстро шагнула в портал. Если мои подозрения верны, я знаю, где находится убийца.

В просторном помещении кухни было темно и пусто. Я, как и прежде, свободно видела в темноте, поэтому прямиком направилась к очагу. Не доходя несколько метров, метнула пульсар в остывшую золу. Огонь нехотя лизнул обгоревшие поленья и занялся невысокими желтоватыми языками.

— Вылезай! — не скрывая ярости в голосе, крикнула я. — Иначе разведу демонов огонь до потолка и поджарю тебя прямо в дымоходе!

Угроза подействовала. Послышалось тихое шуршание, и из дымохода показалась плоская треугольная голова, а за ней длинное гибкое тело. Держась на максимально возможном отдалении от огня, змея сползла по стене на пол и явила моему взору добрых двадцать метров своей длины.

— Как догадалас-сь? — поинтересовалась она, приподняв голову на уровень моего лица.

— Тебя выдал запах лепешек с сыром, который не успел улетучиться с пальцев убитых тобой бедолаг. Выводы напрашиваются сами собой: голос разума заглушило урчание пустых желудков. Несмотря на приказ Талейна никого не впускать в комнату к Зарайне, парни не смогли устоять перед обаянием повара, который после генерала им словно отец родной.

— Война войной, а обед по рас-спис-санию! — ухмыльнулась змея, растянув в подобии улыбки страшную пасть, в которой беспокойно мелькал раздвоенный язык.

— Хорохоришься? — Я брезгливо поджала губы. — Ничего. Осталось найти следы укусов, и доказательства твоего преступления будут налицо.

— С-спорим, не найдеш-шь?

Поначалу я приняла реплику за издевательство, но, подумав, вынуждена была согласиться:

— Верно, не найду. Талейн чувствует яды за версту, он сразу определил бы причину смертей.

— Знаю. И ты не предс-ставляеш-шь, как с-сильно мне помеш-шало это умение твоего мужа! Приш-шлос-сь потратить больш-ше с-сил, чем планировалос-сь.

— И что же произошло?

— Ты по-прежнему любиш-шь с-совать нос-с в чужие тайны! Плох-хая привычка, Лайс-са, но меня она забавляет, потому что ты с-своими руками копаеш-шь с-себе яму. Так и быть, с-слуш-шай! На ваш-шем языке это называетс-ся абс-солютным подчинением чужого с-сознания.

— Хочешь сказать, они умерли по твоему приказу? — удивилась я.

— Зря удивляеш-шься! Удав, перед тем как с-съес-сть кролика, гипнотизирует его. Я тоже могу прос-сто гипнотизировать. Но могу и больш-ше. Гораздо больш-ше! Мой дар подчинения нас-столько с-соверш-шенен, что одной только с-силой мыс-сли я могу ос-становить с-сердце человека, ес-сли пос-смотрю ему в глаза. Например, ты с-сейчас-с с-стоиш-шь и разговариваеш-шь со мной, вмес-сто того чтобы попытатьс-ся с-свернуть мне ш-шею.

Я хотела было возмутиться, но едва раскрыла рот, как тизарр рассмеялся хриплым смехом, больше напоминавшим кашель.

— Я пош-шутил! На магов мой гипноз не дейс-ствует. Иначе в долине мне не с-сос-ставило бы труда уговорить тебя с-стать моей дайной. Подчинилас-сь бы — и вс-се дела.

— Ты омерзителен! — брезгливо поморщилась я. — За что ты убил четырех неповинных человек?

— Они меш-шали мне забрать принадлежащ-щую мне вещ-щь! Принялись угрожать, размах-хивали с-своими ос-стрыми ш-штуковинами. Приш-шлос-сь их-х немного огорчить.

— Немного огорчить?! Танай, ты убил их! Это бесчеловечно! — возмутилась я. — К тому же кольцо не принадлежало тебе! Ты заставил мою сестру украсть его! Не знаю, каким способом тебе удалось, но это подло!

— Ш-ш-ш… как вс-сегда с-слиш-шком много с-слов! — осуждающе качнула головой змея. — Во-первых-х, я не человек, могу пос-ступать, как угодно. Во-вторых-х, с-спеш-шу тебя утеш-шить — они умерли быс-стро, без мучений. И даже с-сытыми. Разве в этом пос-ступке не видна ш-широта моей душ-ши? Поверь, внуш-шение с-смерти гораздо лучш-ше, чем ес-сли бы я их-х прос-сто задуш-шил. Они бы с-сильно с-страдали. В-третьих-х, ты тоже приш-шла в чужой дом, чтобы украс-сть перс-стень. Так что не тебе с-сейчас-с говорить мне о подлос-сти.

— Подлость заключается даже не в том, что ты заставил Зарайну украсть кольцо! — возмущенно закричала я. — А в том, что ты едва не сделал ее убийцей родной сестры!