Принцесса пиратов - Анатолий Дубровный

Светленькая Киламина удивленно подняла брови:

– Я думала, ты с драконьих островов, а ты вон аж откуда! Как же ты попала в Венисию, к мадам Зизи?

– Продали, – как-то буднично ответила Миларимо. – Я младшая дочь в семье, у меня трое старших братьев и четыре сестры. Семья бедная, вот меня и продали.

– Как?! Тебя продали твои родители! В рабство?!

– Почему в рабство? В гарем. Просто на караван, в котором меня везли, напали разбойники, а вот они уже продали контрабандистам с драконьих островов, а те продали купцу из Венисии, а он уже, когда я ему надоела, продал во «Дворец наслаждений». А ты как попала к мадам Зизи?

– Тоже продали, – опустила голову светловолосая девушка, – я ведь ведьма, наследственная, и довольно сильная была. Я с севера, там ведьмы в почете. Меня односельчане продали, их старая ведьма подговорила, хотя какая она старая, еще молодая. Меня опоили, потом связали и отвезли в город. А там маги, за денежку той ведьмы, меня лишили силы. Выпили ее всю! Так что теперь я обычная девка из борделя.

– Не говори так! – возразила смуглянка. – Мы теперь при госпожах. Они добрые!

Обе девушки посмотрели на Листика, девочка полулежала с закрытыми глазами, видно, устала. Милисента отошла вместе с Реном, а капитан, его помощник и остальная команда были заняты проводкой корабля через пролив.

– Так-то оно так, но я от жизни мало хорошего видела, – грустно усмехнулась светленькая девушка, – и если появляется что-то хорошее, то за ним сразу плохое приходит или очень плохое. Такая вот черная полоска после белой, только эта черная полоса очень большой получается!

– А почему та ведьма от тебя избавиться хотела? – спросила Миларимо. – Я слышала, что ведьмы себе учениц берут, причем долго их ищут, чтоб с даром были, а тут у тебя и дар уже есть, знания и умения тоже есть. Почему же ведьма решила тебя продать? Да еще и так жестоко продать, лишив силы? Если ей деньги нужны были, то не лучше ли продать, оставив часть силы? Сделать так, чтоб ты не могла навредить хозяину, и продать. У нас так часто делают, раб или слуга с силой дорого ценится.

– А не нужна ей конкурентка, та ведьма еще молодая была, ну для ведьмы молодая… Ей нужна была ученица для виду, слабенькая. А я уже тогда была сильной, не такой, как ведьма, но сильной. Я бы ее через пару лет обогнала, – горестно вздохнула Киламина, – вот она и избавилась от возможной соперницы. А у меня силы теперь нет и не будет.

Миларимо сочувственно вздохнула, потом обе девушки вздохнули, теперь уже вместе. Они не заметили, что Листик открыла глаза и внимательно их слушает. Девушки помолчали и решили еще раз вздохнуть, но им помешала Листик, она громко сказала:

– Ага!

– Листик, ты что-то хочешь? Тебе неудобно так сидеть? – засуетилась Миларимо.

– Не-а! – Помотала головой девочка, а потом потребовала: – Протяните руки вперед, обе! Да не обе руки, а обе, вы, протяните! Ты, Киламина, какой ведьмой была? Огненной? А ты, Миларимо? Тоже огненной?

Темноволосая девушка отрицательно замотала головой, а светленькая девушка ответила:

– Да, госпожа Листик, огненной, – и горько добавила: – была! Меня лишили силы, ее у меня всю забрали!

– Глупости, – фыркнула девочка, – силы нельзя лишить, ее можно только заблокировать. А тебе и заблокировали, причем очень плохо заблокировали, просто тебя убедили, что так оно и есть. Закройте глаза! Обе! Теперь глубоко вдохнули и представили, что у вас на ладони сидит маленький рыжий котенок. Такой маленький-маленький и очень теплый, аж горячий. Он мурлычет. Мурлычет огненными мурлычками, каждый мурк – это язычок пламени. Мурк – и вспыхнуло, еще раз мурк – и снова вспыхнуло! Открыли глаза! Обе!

Если до этого Листик говорила тихо и размеренно, то последние слова она выкрикнула. Девушки открыли глаза.

– Ой! – испугалась смуглая девушка, а светлая зачарованно смотрела на маленький язычок пламени, уютно устроившийся на ее ладони. Она протянула вторую руку и погладила этот огонек, как гладят маленького котенка, и пламя выгнулось как котенок, разве что не заурчало. Девушка, радостно улыбаясь, глянула на Листика, но девочка смотрела не на нее, она строго смотрела на застывшую в испуге смуглую девушку, та под этим взглядом не осмелилась отдернуть руку и стряхнуть огонек, она решила терпеть, пусть ее госпожа и жжет ее огнем. Но огонь не жег, он изгибался и переливался на ладони, будто рыжий котенок, выпрашивающий ласку. Девушка не удержалась и погладила свой огонек, погладила и счастливо засмеялась.

– Осторожно! – предупредила Листик. – Если ты уронишь свой огонек, то он прожжет палубу!

– Но он же совсем не жжет! – воскликнула Миларимо. – Он такой ласковый!

– Ага! Ласковый! Почему он должен жечь свою хозяйку? – хихикнула Листик. – Ты же его вызвала, теперь он всегда будет с тобой. Ты его сможешь позвать, когда захочешь. И тебе он ничего не сделает, а вот другим… Настоящие огненные ведьмы в огне не горят, их защищает их огонь, понятно?

– Так я… – подняла глаза на девочку Миларимо.

– Ага, ведьма, огненная ведьма, как и Киламина. Просто ты об этом не знала. Твои способности спали, а теперь проснулись.

Светловолосая девушка оторвалась от своего огонька и посмотрела на девочку совершенно счастливыми глазами, посмотрела и прошептала:

– Сила, моя сила, она ко мне вернулась!

– Ага, – подтвердила заулыбавшаяся Листик, – только она все время была с тобой, просто ты не могла ею пользоваться; но если ты решила, что сила вернулась, пусть так и будет.

– Листик, я вижу, ты тут даром времени не теряешь. – Девушки не сразу заметили подошедшую Милисенту. Она улыбнулась: – Это все хорошо, но теперь, девочки, вам надо будет учиться управлять своим даром. Листик, ты восстановила силу Киламины и инициировала Миларимо, тебе и заниматься с ними, вот завтра и начнешь. Заметив, что Листик пытается что-то возразить, Милисента быстро добавила: – А у меня дела в городе.

У расстроившейся было девочки вдруг заблестели глаза. Она открыла рот, чтоб что-то сказать, но Милисента ее опередила:

– Листик, надо научить девушек концентрации и основам управления своей силой. Понятно? А не ходить строем с песней!

– Но как же… без дисциплины это же… А вот магистр Клейнмор говорил, что занятия строевой подготовкой организовывают и способствуют внутренней самодисциплинированности! Вот! А какая же концентрация без внутренней самодисци…

– Листик! Они же ведьмы, а не боевые маги! – оборвала возмущенную девочку Милисента. – Им этого совсем не нужно! Они нужной концентрации достигают совсем другим путем.

– Ну какая же внутренняя концентрация без строевой песни! – надулась девочка и горестно махнула рукой: – Это не концентрация, а так…

– Вы позанимаетесь без шагания с песнями, Листик, ты им просто расскажи и покажи как, они девушки сообразительные, поймут. Тем более что у Киламины опыт уже есть. А если вы тут будете строем ходить по палубе, то вас не поймут. Спеть что-нибудь потом можете, только тихонечко. А завтра сходим в город, мороженое покушаем. Сегодня мне надо произвести необходимые закупки, капитан Этуро мне обещал помочь. Завтра наш груз будут грузить на корабль, и завтра же установят новые метатели.