Спасатель - Вадим Денисов

Дети в школе, правда, двое прогульщиков меж домов бегают, стараясь не выскочить на главную улицу городка. Что-то сломали уже, поди.

Затариваюсь я в лавке Франелли — магазинчик понравился с первого раза, теперь Федя в лавке постоянный клиент, имею хороший дисконт. Прикупил сангигиены в ассортименте — дорого, но удобно, зачем в дикость скатываться, если гульден водится, — провианта всякого, по мелочам к снаряжению: накопилась нехватка. Замечу, даже в этом мире деньги тратятся легко и быстро, почти как на старой Земле. То нужно, другое — глядишь, а кошелек-то пустеет. Человек моментально привыкает к хорошему. Заглянув в список необходимого, не поленился, повычеркивал… опа, а еще надо батареек-аккумуляторов запасти, в том числе и к новой оптике. Немного потрепался с хозяином, передал его малым деткам пару молодых куропаток. Близняшки-годовасики, и диетическое молодое куропачье мясо им в тему.

— Карлито, скажи, я что, действительно похож на какого-то там «северянина»? — неожиданно спросил я с самым невинным видом. — Почему второй раз за эти дни слышу?

— А на кого еще? Сам не видел, но так они и выглядят, — невозмутимо проворчал хозяин, помогая мне упаковывать покупки. — Только ты лучше эту тему обходи стороной. У нас ее не любят.

Елки, а что вообще у вас тут любят?

Тихушники.

«Домик в деревне» мы закупорили.

Хотел поначалу самострелы поставить, но решил, что не стоит. Наткнется оболтус-команч, схватит картечи — тогда уж неохраняемый дом точно спалят. А так — окна побьют максимум. Тащить там особенно нечего, одна посуда. Даже генератор в багажнике — с собой возьмем, мало ли где застрянем.

Естественно, в Базеле у меня есть жилье, снимаю крошечную комнатенку в заведении фрау Амманн. Ленни живет отдельно — у нее квартирка, практически напротив «Балтазара». Решили жить так, ибо выгодно. И у Ленни что-то можно припрятать, и у меня схоронить. Часть топлива уже на причале: с этого объекта не упрут, тут вообще с этим делом спокойно, мне порой аж хочется что-нибудь подрезать из антиспортивного интереса — все в открытом или полуоткрытом доступе.

Все эти дни катер Ленни с названием «Гугль» мотался типа за добычей — когда с полным экипажем, а когда девушка ехала в одиночестве. Вдвоем этой туфтой заниматься весело — присмотрели мы пасторальное местечко на вытянутом островке за третьей по течению излучиной и устроили там секс-поляну. Там же и канистры со стратегическим запасом, провиант. Неподалеку тот самый складишок с запасами, своевременно не вывезенные остатки которых и нашла Ленни. Судя по всему, нашли и грабанули его не наши «ленивцы», а пришедшие с юга, со стороны Шанхая, искатели приключений.

Четырехтактный тридцатисильный «эвинруд» Ленни потребляет всего десять литров на сотню — такой же двухтактник жрал бы под семнадцать. Мотор тяжелый, семьдесят кил, но экономичный, а тягать на пупе его никто не собирается: стоит себе на транце и стоит. В побег по длинному варианту мы планируем брать десять двадцатилитровых канистр, ну и бак полный. Тяжело катерку будет, с учетом снаряжения и провианта, но постепенно судно будет разгружаться, легчать — после Шанхая, где мы планируем заправиться.

Возьмем в расчет оптимистические двадцать ходовых часов на возимом топливе, то есть тысяча километров. При средней скорости, смело определенной как пятьдесят километров в час, этого топлива нам не хватает.

Но и это лишь теория, некий идеальный случай. Расход сильно гуляет от оборотов, волны, ветра и манеры езды. До моря-океана километров пятьсот, там до устья непонятно сколько, но принимаем, от страха, пять сотен, как и по суше, — и вверх по удачно найденной Волге до русского анклава. Вроде все понятно. Но не стоит забывать, что водный путь — не прямая на карте, реки меандрируют, а линия морского берега нам неизвестна. По Волге придется идти против течения, а на море могут ждать шторма, которые можно переждать, и течения, с которыми не подружишься. Приличный километраж из режима мотодвижения, по закону подлости, наверняка выпадет дополнительно. И тогда нам остаются только весла, поэтому их надо брать две пары, в запас. Вниз по течению можно идти на малых оборотах или вообще — сплавляться.

В таком плане хорошо бы иметь место для дополнительной бункеровки, забросить топливо еще дальше Шанхая. А в самом Шанхае уточнить возможность заправки — этой информации нет ни у кого, наши рыбачки катаются туда на своем топливе. До Шанхая и обратно расход потребного горючего известен — пять канистр без экономии. Везем с собой десять, пять оставляем ниже по течению, если заправимся. Нет — на этих ста литрах возвращаемся назад.

Вот в такой разведочный рейд мы сегодня и едем — ведь, кроме вышесказанного, никто пока не отменял и шанхайского варианта прорыва. Здесь машину продать, там купить другую — и по суше. И вот тут знание и понимание, насколько опасен путь через Нью-Дели, — критично важны. Сколько от Шанхая на запад до Нью-Дели, я так и не понял. Кто говорит, что недалеко, а кто и про сотню километров заявляет. Как же устаешь от всего этого незнания, от закрытости информации! Надоело.

На заправке НПЗ я управился быстро: уже опытный.

А в первый раз прикатил с модной пластиковой канистрой — меня сразу же завернули: не положено им в пластик заливать, персонал АЗС боится статического электричества. Хорошо, в магазине поменяли на «люминь», без разговоров. Но ведь продали же, суки!

Легкий ветерок на Рейне, кудрявые облака пришли в движение, полетели на восток. Зашевелились кроны деревьев на той стороне. Два аиста снялись и полетели на юг, к большой заводи правого берега.

«Гугль» нетерпеливо покачивается на слабой речной волне, стоит наготове, заправленный — ух, дерзкий какой! Осталось лишь закинуть на борт привезенное — покупки, горючее, сумки с оружием, — и можно в путь, наш водно-моторный друг готов к путешествию, остальное уже внутри. Пять штук канистр на секс-запаснике не трогаем. Спрятавшаяся в подсобке сильфида примеряет обновки. А я уже в нарядном варианте, легком — выставочный экземпляр. Хорошо-то как в труселях под названием шорты да в маечке! Отвык.

Причал Ленни находится рядом с местом швартовки «Клевера». Широкий мотобот стоит уныло, даже палубный пулемет нос повесил. Скука, полковник, скука.

Шкипер, конопатый Ули Маурер, стоит в черной майке, смотрит на меня, на реку, на катер и тоже скучает. Вот прямо так — стоит рядом со мной, и неизбывная тоска в глазах. Нос у него облез от солнца маленькими лохмотьями, а вот загара на теле ноль. Лишь веснушки-конопушки проявились пуще прежнего, особенно на плечах — нагло просвечивают через кудрявую белую шерсть. Еще немного — и они ему заменят загар.

— Значит, в Шанхай собираетесь? — уныло переспрашивает Маурер, протягивая мне маузер. — Классный ствол…

Как тяжко вздыхает капитан. И ствол не для него, и Шанхай ему не по уставу. Стой себе на причале, как пес цепной, жди команды хозяина. Понимаем.

— Ага, — коротко отвечаю я, укладывая маузер в чехол.

— И чего вам только дома не сидится. — Больше фальши в голосе человеческом просто быть не может.