Обитель чародеев - Дэвид Эддингс

– Она вылитая принцесса, Пол, – с чувствомпроизнесла королева Лейла,

– Она и есть принцесса, – напомнила тетя Пол.Потом повернулась к Гариону:

– Пойди поешь, и пусть тебе покажут, где баня. Это взападном крыле. После того, как вымоешься, побрейся. И постарайся непорезаться. Я не хочу, чтобы на праздничной одежде были пятна крови.

– Я обязан надеть её?

Она на него так посмотрела, что Гарион все понял без слов.

– Пойду поищу Силка. Он знает, где баня.

– Пожалуйста, – сухо сказала Полгара. – Ипостарайся не заблудиться.

Гарион ушел. Её слова странным образом перекликались сразговором, который он вел во сне, и с этими мыслями он отправился разыскиватьСилка.

Драсниец оказался вместе с другими мужчинами в просторном,освещенном факелами помещении, расположенном в западном крыле крепости, гдесобрались короли, Бренд, Белгарат и другие друзья Гариона. Они ели пироги,запивая их грогом, настоянным на травах.

– Где ты был утром? – спросил егоЛеллдорин. – Когда я проснулся, тебя и след простыл.

– Я больше не мог спать, – ответил Гарион.

– Почему не разбудил меня?

– Почему ты не должен спать из-за того, что не спитсямне?

Гарион, заметив, что идет серьезный разговор, тихо сел истал ждать момента, когда можно будет заговорить с Силком.

– …Я думаю, мы здорово насолили Тор Эргасу за прошедшиедва месяца, – продолжал Бэйрек, сидя в кресле с высокой прямой спинкой.Огонь, полыхавший у него за спиной, делал его лицо почти невидимым. –Сперва Релг крадет у него из-под самого носа Силка, затем Белгарат уничтожаетКтачика, разносит вдребезги Рэк Ктол и уносит Око, и, наконец, Чо-Хэг сХеттаром расправляются с его армией, которая пытается преследовать нас.Определенно у короля мергов выдался плохой год.

Из кресла послышался довольный приглушенный смех. На мигГариону почудилось, что он видит совершенно иное существо. Причудливые отблескисвета и пляшущие тени превратили человека в огромного косматого медведя. Новидение быстро исчезло. Гарион протер глаза, пытаясь стряхнуть с себя остаткиудивительного сна, преследовавшего его все утро.

– Я, надо признаться, никак не возьму в толк: что, Релгпроник в скалу, спасая принца Келдара? – нахмурился король Фулрах. –Ты хочешь сказать, что ему нипочем каменные стены?

– Поймешь, Фулрах, когда увидишь, как этоделается, – ответил Белгарат. – Покажи ему, Релг.

Алгос взглянул на старика, затем подошел к каменной стене убольшого окна. Силк быстро отвернулся и, дрожа, тихо проговорил Гариону:

– Я до сих пор не могу смотреть на это.

– Тетя Пол велела, чтобы ты показал мне баню, –передал ему Гарион. – Она хочет меня видеть помытым, бритым и приодетым.

– Идем, – вызвался Силк. – Я уверен, что этигоспода придут в восторг от Релга и попросят его еще раз продемонстрироватьсвои удивительные способности. Что он делает?

– Он просунул руку в стену и шевелит пальцами собратной стороны окна, – сообщил Гарион.

Силк обернулся, непроизвольно вздрогнул и поспешно отвелглаза в сторону.

– Нет, это выше моих сил, – сказал он сотвращением. – Пошли мыться.

– Я с вами, – сказал Леллдорин, и они втроемнеслышно вышли из комнаты.

Баня располагалась в пещере под западным крылом цитадели.Горячие источники били снизу, наполняя запахом серы выложенные плиткой стены,освещаемые яркими огнями. Банщик молча подал полотенца, и они направились впарную к устройствам, которые регулировали температуру воды.

– Чем дальше от края бассейна, тем горячее, –объяснил Силк Гариону и Леллдорину, когда они разделись. – Вообщерекомендуется входить в воду постепенно, но я предпочитаю сразу нырнуть туда,где погорячее.

Он разбежался и бросился в воду.

– Ты уверен, что мы здесь одни? – нервно спросилГарион. – Мне не улыбается перспектива мыться вместе с женщинами.

– Женское отделение рядом, – успокоил егоСилк. – В таких вопросах райвены очень строги. До просвещенныхтолнедрийцев им еще далеко.

– Ты действительно считаешь, что баня в зимнее времяполезна для здоровья? – спросил Леллдорин, с подозрением глядя на воду.

Гарион погрузился в бассейн и медленно направился туда, гдеподнимался такой густой пар, что факелы, прикрепленные кольцами к стене,превратились в два ярко-красных расплывчатых пятна. Облицованные кафелем стеныгулким эхом разносили их голоса и шум брызг. Пар, идущий от горячей воды, сталнастолько плотным, что Гарион перестал слышать голоса друзей. Вода расслабляла,заставляла забыть обо всем, стирала все воспоминания о прошлом и мысли обудущем. Погруженный в сладостную дремоту, он лег на спину и затем, сам не знаяпочему, нырнул в темную дымящуюся воду. Как долго он плавал с закрытымиглазами, позабыв обо всем на свете, Гарион не мог сказать, но наконец всплыл наповерхность и встал на ноги, чувствуя себя совершенно другим человеком.Внезапно солнце прорвалось из-за туч, и его луч через небольшое зарешеченноеокно упал прямо на Гариона. Этот луч, преломившись в насыщенном паром воздухе,переливался, как опал.

– Здравствуй, Белгарион, – обратился к нему стользнакомый голос. – Я приветствую тебя в день наступления Эрастайда. –В голосе не слышалось прежнего намека на деланное удивление, и официальноеобращение звучало странно и значительно.

– Спасибо, – серьезно ответил Гарион, и на этомконтакт прекратился.

Пар поднимался над ним клубами, когда он направился кпрохладной воде, где Силк с Леллдорином, стоя по шею в воде, ленивопереговаривались.

За полчаса до наступления полудня Гарион по требованию тетиПол направился по длинному каменному коридору в комнату, расположенную рядом сгромадными резными дверями, за которыми находился зал райвенского короля. Нанем был костюм и мягкие кожаные полусапожки, начищенные до блеска. Тетя Полбыла одета в синюю мантию с капюшоном, а её стройную талию перехватывал тонкийремень. Впервые в жизни Гарион увидел Белгарата в чистом и безукоризненноотглаженном костюме. Лицо старика было очень торжественно; он беседовал сдочерью, и в их разговоре не слышалось привычного подтрунивания друг наддругом. В углу маленькой комнаты сидел Миссия, одетый во все белое, ивнимательно следил за окружающими.

– Ты выглядишь очень мило, Гарион, – похвалила еготетя Пол, поправляя светлые волосы юноши.