Правила перехода - Ли Сарко

Оказалось, было не темно. Это просто стена между нами была чёрная, и я из-за неё ничего не видела. А Лезар меня выдернул на другую сторону, и я встала уже на землю… наверное, другого мира.

— Это значит… получилось? — почти шёпотом спросила я, восхищённо глядя то на окружающие деревья, то на Лезара, который по-прежнему сжимал мою руку, то на стоящего неподалёку Полиана.

Они действительно не походили на себя. Не то чтобы очень сильно, черты лица были знакомы, только не так совершенны. И волосы. У Лезара не было хвоста, но волосы были чуть длиннее, из-за чего причёска казалась легкомысленней, чем на Земле. И ненавязчивая щетина — в моём мире у него не было и намёка на бороду. А Полиан… он ведь вовсе не брюнет! У него каштановые, чуть вьющиеся пышные волосы, которые торчат в разные стороны. Вот почему Эльгасс тогда сказал «рыжий»! Светлый каштан, наверное, на свету становится ещё ярче.

— Ребята… а вы…

Но сейчас им было, вероятно, не до вопросов.

— Ты сделал это!!! — завопил Полиан и бросился на старшего товарища. Тот сделал то же самое, и они принялись дурачиться, бить друг друга по плечам, пихаться и хохотать. — Да-а-а!!! Мы вытащили предмет с Земли! Мы вытащили!!!

Я оглядывалась по сторонам, как-то не додумавшись обидеться на то, что я предмет. Судя по освещению, был тусклый вечер. Мы стояли где-то среди деревьев, может быть, в саду, хотя было не похоже, что за деревьями ухаживают. Во всяком случае, трава была высокой, тонкой, похожей на прутики.

Глянув на траву, я как раз заметила, что обута. В те сапоги, что были на мне сегодня днём. И в штаны. И вообще одета так же, как и сегодня. Наверное, так и должно быть — образ для похода в гости создался сам. Было глупо думать, что я окажусь тут босая и в ночной рубашке.

— Ну что, освоилась? — Полиан схватил меня за плечи и потащил куда-то. Он был таким счастливым, каким я его ещё никогда не видела. И нос круглее, чем тот, что я рисовала, и брови не такие — светлее, изгиб иной.

— Ты совсем не похож! — сказала я. Конечно, я лукавила — я бы узнала Полиана всё равно, даже если бы он таким пришёл ко мне на Земле. Эта неуловимая внутренняя черта, которая не позволит перепутать человека ни с кем другим, у него сохранилась. Но мне хотелось услышать, что он скажет.

— Конечно! Я, как говорит Эльгасс, рыжий! — он засмеялся. — Ты лучше на Лезарчика глянь! Смотри, зарос, как ваш диковинный ёж! А какие глаза!

Лезар шагал с другой стороны от меня и улыбался. Я повернула голову к нему и тотчас отметила несоответствие. Когда он меня только вытащил, почему-то не обратила на это внимания. Его глаза были тёмными, как у японцев, почти чёрными. Не серо-синие, как на Земле.

Может быть, всё дело в сумерках? Здесь, судя по всему, недавно село солнце. Никаких лучей или намёка на них не было, но пока что не стемнело окончательно. Я могла видеть деревья вдалеке, смогла бы различить буквы в книге — но не более. Сумрак, какой в городе всегда перед тем, как включат фонари.

Грозы не было. На небе вообще ничего не было. Мне показалось, что над всем Аэром висит нечто вроде серого непроглядного тумана, занавесившего солнце, и поэтому опустились сумерки. Туман настолько плотный, что даже непонятно, где должен быть закат.

— Вот об этом я и говорила, — кивнула я. — Когда я вас рисовала, я видела искусственные оболочки, а чувствовала настоящие. В итоге не могла нарисовать ни те, ни другие, — я улыбнулась. — Почему у вас серое небо? И темно…

— Оно у нас всегда такое, — охотно пустился в объяснения разговорчивый Полиан. — В смысле, день не сменяется ночью и наоборот. Вот почему мы после первого выхода какое-то время остерегаемся солнца — оно непонятное. И слепит. До сих пор побаиваюсь его. А темно?.. Ммм… не знаю, я хорошо вижу… может, это особенность восприятия? Ты спрашивай, спрашивай, если что, мы тебе всё расскажем!

— Деревья… как они называются?

— Ммм… эти? Я в деревьях не разбираюсь, так что… вроде листья круглые…

— Ага, похоже, как у ольхи.

— Да неважно, что это! А расскажи, что чувствуешь? Холодно тебе или жарко, как дышится?

Я прислушалась к себе и с удивлением поняла, что не чувствую температуры. Вдохнула — и не уловила запаха. Действительно, как во сне. И этот туман, который скрывает самые дальние объекты.

— Ничего не чувствую, — немного удивлённо ответила я. — Лезар, это зависит от того, какой у меня Переход? Ну, может, ты чего-то не сделал?

— Думаю, нет, — он сделал задумчивое лицо. — Похоже, ты здесь — как мы у тебя. Ты не чувствуешь боли, вкуса и запаха. Это плохо, с одной стороны, но с другой — тебе никто не сможет навредить. Хотя и так не смог бы, ведь ты всего лишь проекция.

— Тогда всё в порядке, — решила я. — Во всяком случае, я вижу. И я попала в ваш мир наконец!

Здесь было почти так, как у нас. Зелёная трава, коричневые стволы, какие-то беленькие цветочки. Редкий лес из лиственных деревьев. Правда, растения казались более тонкими, сухими, но при этом были живыми и разноцветными. Разве что из-за рассеянного, тусклого света все цвета казались блёклыми.

— Это ведь правда деревья? — спросила я. — И вы их так же видите, как я?

— Это сложный вопрос, — вздохнул Полиан. — Я вижу то, что я вижу, и ты тоже. Ты говоришь «дерево», а я слышу то, что привык слышать. Я говорю название вслух — а ты слышишь то, что привычно для тебя. Та же ситуация. Хотя мы можем видеть разное и произносить совершенно разные слова — но слышим одно и то же. Так, во всяком случае, утверждают наши учёные-переходоведы.

— Но если мы видим разное, на самом-то деле оно ведь всё равно одно? Не может же меняться постоянно?

— Правильно. Но оно может кем-то из нас не воспиниматься, поэтому создаётся картинка того, к чему мы привыкли. Например, на самом деле мы можем совершать абсолютно разные движения: ты — двигаться вверх, а я — вниз.

— Но я ведь не могу не видеть, как ты движешься вниз!

— Ты будешь видеть, как я ползу наверх. То есть делаю то же, что и ты, —