Стань Супер-Магом! - Юлия Меркурий

— Я уже сформулировал задание, — сказал Лекс.

Ева рассмеялась, тряхнула волосами, которые красивыми блестящими волнами легли по плечам, словно в рекламе дешёвого шампуня.

— Да, я слышала. Предельно коротко и ясно. В этой квартире что-то с кем-то случилось. Скажи то, не знаю что. Мне нравится ваша наивность. Этому дому скоро исполнится полсотни лет. Вы когда-нибудь задумывались, сколько за эти годы случается смертей в таких больших домах? Хватит на небольшое кладбище. Вот, например, прямо сейчас, — она посмотрела на Раису Петровну, — у вашей соседки случился сердечный приступ, вызвали скорую. Но сегодня ей не повезет — останется жива.

— Это всё, конечно, очень интересно, — сказал Лекс, — но я хочу знать причины смерти человека, случившейся в этой квартире.

— Когда? — уточнила Ева. — Настолько мне отмотать назад? Восемь месяцев, двенадцать лет, двадцать семь?

С улицы донесся звук сирены скорой помощи. Ева, прислушиваясь, улыбнулась.

— Восемь месяцев, — сказала Раиса Петровна.

— Вот это совсем другой разговор! — обрадовалась Ева. — Кстати, почему людей так волнует тема смерти? Пишите книги, снимаете фильмы, даже мультики. Зачем?

Ей никто не ответил.

— А какая разница, сам себя убил или убили? Ведь итог один.

— Потому что самоубийство — это грех, а преступники должны быть наказаны, — ответила Ольга.

— Вы верите в справедливость? — удивлённо спросила Ева. — Ну что ж, ваше дело. Посмотрим, как всё было, — она ненадолго задумалась. — Сначала он один. Сидит за столом на кухне, ест. Потом подходит к двери.

Она поднялась и вышла в прихожую, отперла дверь и выглянула наружу.

— Впускает двоих. Пожимает руку одному, второму. Они втроём идут на кухню, — Ева вернулась на кухню. — Он достает из холодильника ещё какой-то еды, кладёт на стол. А из этого шкафчика — бутылку, — она открыла нижний шкафчик, в котором действительно оказалось несколько бутылок. — Они едят и разговаривают, — Ева села за стол и так внимательно посмотрела перед собой, словно разглядывала что-то невидимое для остальных. — Один из мужчин стучит кулаком по столу. Другой гость встает и кричит на него. О чём они говорят, я не знаю, могу сказать только то, что вижу. Ваш сын разнимает их, усаживает за стол. Они вроде успокаиваются и дальше едят.

Потом первый мужчина опять начинает скандалить, махать кулаками на второго. Ваш сын подскакивает к нему, но спотыкается о ножку стула, теряет равновесие. Первый мужчина замахивается, чтобы ударить второго, но когда отводит руку для удара, то попадает по вашему сыну. Тот падает, ударяясь головой о твёрдый пол.

Внезапно с громким хлопком взорвались лампочки на люстре, две из трёх, все одновременно вскрикнули и посмотрели наверх. Кроме Евы. Сразу стало темнее.

— Простите, — сказала она. — На чём я остановилась? А, мужчины… Они не сразу понимают, что случилось, даже садятся за стол и ещё выпивают. Потом спохватываются и наклоняются над упавшим. Поливают водой, пытаясь привести в сознание. Относят на кровать. Но уже поздно. Он крайне неудачно ударился головой. Они пугаются. Решают, что делать. Ищут что-то в шкафах, в ящиках комода. Находят брючный ремень. Подтаскивают умершего к турнику, накидывают петлю из ремня… Возвращаются на кухню, всё убирают, моют посуду и уходят. А дальше вы знаете.

— С чего ты это взяла? — мрачно спросил Лекс.

— Что, простите? Вы спросили, я ответила.

— И зачем они так поступили? Зачем нужно было, как вы утверждаете, инициировать самоубийство?

— Возможно, они испугались. Хотели отвести от себя подозрение. По сути, это убийство по неосторожности, можно получить срок. Лекс, я не влезаю в чужие головы, я рассказываю, что здесь произошло.

— Вы можете описать, как они выглядели? — спросила Ольга.

— Как выглядели? — Ева пожала плечами. — Обычно. Две руки, две ноги, голова. Я не умею делать устные портреты, но могла бы их нарисовать.

— Что? — переспросил Лекс.

— На бумаге. Нарисовать портрет. Если вам нужно, конечно.

— Нужно, конечно, нужно! — Раиса Петровна попыталась взять Еву за руку, но та её отдернула.

— Я могу это сделать в автобусе, пока буду ждать.

— Хорошо, спасибо!

Ева вышла из квартиры, а Раиса Петровна устало опустилась на стул.

— Как вы себя чувствуете? — спросил Лекс. — Если вам нехорошо, можем прекратить.

— Нет, я держусь. Сколько там ещё этих экстрасенсов?

— Один, — хмуро ответил Лекс. — Но зато какой.

Глава 42

— Хе-хей! Всем привет! А что такие невёселые? — раздался голос Тимура. Рыжий бес заглянул на кухню. — А-а-а, чему я удивляюсь. Это вы после Евы? А, может, чайку? Я пончики принёс.

Он потряс крафт-пакетом.

— Ты сюда для чего пришёл? — спросил Лекс. — У тебя задание как бы.

— Да ладно тебе! Вы сейчас все так выглядите, что и экстрасенсом быть не надо, чтобы понять, что у вас в семье несчастье случилось. Тебе съемка нужна? Давай мы пойдём с Максом, я какую-нибудь хрень понесу с загадочным видом, он поснимает. А вы пока чайничек поставьте.

Он схватил оператора за руку и потащил в комнату. Тот упирался и не хотел идти, оглядывался на Лекса, но Тимур оказался сильнее. Раиса Петровна с Ольгой удивлённо на них смотрели. Лекс кивнул в сторону чайника:

— Давайте правда чай попьём и разойдемся. Спасибо вам за участие, извините, если что не так.

Тут из комнаты запахло горелым. Лекс не сразу понял, в чём дело, а потом побежал в комнату. Гальцевы удивлённо переглянулись и пошли следом.

В комнате был выключен свет. Но тёмно не было, потому источник огня всё-таки имелся — Тимур. Он стоял в центре комнаты, раздетый по пояс, и водил в воздухе руками, по которым бегали язычки пламени. Повязка с его лица исчезла, в глазнице вместо глаза горел огонь.

— Какого чёрта! — воскликнул Лекс.

Где-то за спиной возникли женщины.

— Что случилось?

— Не мешайте, мы проводим обряд очищения! — шикнул Макс.

— Вы охренели, вы квартиру спалите к чертям! — прошипел Лекс.

— Всё под контролем, — ответил Тимур, не прерывая свого занятия.

Он медленно вращал руками,