Эпик. Война Ассасина - Андрей Лавин

Пехотинец поднял руки и повернулся, позволяя себя рассмотреть. Эх, жаль, что я не могу в полной мере наслаждаться игрой. Это ведь мой Замок — и лаборатория, и крепость, мои воины. С такой силой обязаны считаться!

Кликнул по пехотинцу — он уменьшился и замер в углу экрана, — выбрал покачивающегося инсектоида. Эта тварь не имела внешних прибамбасов и выглядела мерзейше — помесь человека, богомола и медведки. Шесть лап с ножами мелькали с такой скоростью, что теряли четкие очертания.

Отмерев, инсектоид наклонился вперед и рванул на улицу, где за камнями его поджидали снайперы, оба семидесятого левла. Пули чиркали по хитину, оставляя едва заметные вмятины, а инсектоид даже не замедлялся. Потом р-раз — замер, дернулся всем телом и ломанулся дальше уже внутри синего светящегося шара. Теперь он двигался помедленнее, но пули вообще до него не долетали, ударялись о силовое поле и отскакивали.

Инсектоид-ассасин применяет пауэршилд.

+200 к здоровью

-50 от скорости

Внизу экрана понемногу таяла зеленая полоска его жизни.

— Охррренеть! — прокомментировал Горыныч. — Крррасавец!

Когда инсектоид был в десятке метров от снайперов, кто-то из них бросил гранату. На мгновение инсектоида скрыла взметнувшаяся пыль вперемешку с почвой. Я решил, что ему пришел конец, но мой неубиваемый воин стал лишь припадать на пару левых ног, плюс защитное поле исчезло. Однако он уже настиг убегающих и стреляющих на ходу врагов. Взмах шести рук, мелькание ножей, красные брызги — отличное комбо! Все, остатки снайперов валяются у его ног.

Инсектоид-ассасин побеждает!

Осталась четверть полоски жизни, она мигала оранжевым. Подошел человек в белом, что-то сунул в пасть инсектоиду, и жизнь у того начала восстанавливаться.

Внутренняя жаба, которая, мне казалось, подохла, шокированная разорванными договорами с гильдиями, воскресла и радостно заквакала откуда-то из глубин организма. Увлекшись, я не сразу заметил сообщение от Даны:

«Шад, я жду. Где телепорт?»

Даже жалко, что пригласил ее так скоро — хотелось разобраться в симуляторе и посмотреть, каков в действии универсальный пехотинец. Метнувшись к терминалу, я вдавил кнопку, сгенерировал телепорт, вернулся к симулятору и ткнул пальцем в сенсорный экран.

На первый план вышел пехотинец в экзоскелете.

Получается, чтобы замочить инсектоида, надо пять гранат. На пехотинца со здоровьем, вдвое превосходящим мое, — три.

По идее, ниче так типчик. Голыми руками не возьмешь, а из подствольника может шарашить, что твой миномет.

В реальность, если это можно так назвать, меня вернул Горыныч.

— Оррргазм! — заорал он мне прямо в ухо, свалился на пол и начал бить крыльями и дрыгать лапами, как перевернутый на спину жук.

Вторая голова тянула шею и говорила:

— Леди, вы прекрасны!

Я перевел взгляд на предмет оргазма и оторопел. Таки да! Передо мной стояла женщина поистине неземной красоты. Льняной пиджак с рукавами, закрывающими треть плеча, перехваченный поясом на тонкой талии. Даже мешковатые брюки не могли скрыть изящных, аппетитных форм. Взгляд магнитом тянуло к ее груди — небольшой и явно повышенной упругости. И хотя пиджак не обтягивал ее, я готов был поспорить, что прекрасная леди не носит бюстгальтер.

Рыжие, скорее даже персиковые волосы были собраны на затылке в хвост. Ярко-синие раскосые глаза смотрели на меня игриво, но снисходительно. Леди Оргазм улыбнулась, и на снежно-белых щеках с легким румянцем проступили ямочки.

— Похоже, мне рада только эта странная птица, — промурлыкала она и, покачивая бедрами, направилась ко мне.

— Добрый день, — проговорил я несколько оторопело. И это киллер? М-да, красота тоже может убивать…

Тонкая в кости, высокая, лицо сердечком — и это ни в коем случае не просто аватар. За деньги через админов можно заказать себе любую внешность, но рисованная фигурка с анимацией не сымитирует царственную грацию уверенной в себе женщины, привыкшей к поклонению. Виртом клянусь — она такая же в реале!

Ненадолго я ощутил себя мышонком в лапах играющейся сытой кошки. Покачал головой, перевел взгляд на экран, где пехотинец расстреливал противников.

— Это у вас что? — проговорила она и стала за спиной, так близко, что дыхание щекотало волосы на затылке. Донесся едва уловимый запах духов — свежесть весенних цветов.

— Испытание юнитов, — ответил я чужим голосом, повернулся и чуть не столкнулся с ней лицом к лицу.

Дара шагнула назад, окинула меня оценивающим взглядом, изогнула тонкую бровь:

— Многие, очень многие пытались найти Технозамок. А удалось тебе. Как — не буду спрашивать.

«Правильно», — подумал я и промолчал. Дара продолжила:

— Покажи мне свои владения. Сгораю от любопытства!

Очухавшийся попугай воспарил над ней и заорал:

— Покажи! Покажи свои!

— Это ты о чем? — она рассмеялась, чуть закинув голову, и я отметил, что у нее изящная тонкая шея.

Вежливая голова лишь щелкала клювом да таращила глаза.

Во-первых, энный раз устраивать экскурсию не хотелось, а Карло с Хранителем были заняты. Во-вторых, мне не понравился ее приказной тон. Привыкла, что мужики мгновенно в ноги бросаются и распахивают кошельки. Но ссора тоже не входила в планы, если Дару рекомендовал Росс, значит, она толковая.

— Только если недолго. Сегодня я делаю это не в первый раз.

Леди слегка насупилась и промолчала. Да, дорогая, со мной твои фокусы не пройдут. Ну, почти.

Миновав Лабораторию и Инженерную, мы направились в казармы. Гостье они, скорее всего, были не очень интересны, но я сам хотел посмотреть. Первый и нулевой этажи — комнаты на двоих с душевой. Шкаф, тумбочка, занавески. Все, как под копирку. А вот обиталища инсектоидов больше напоминали пещеры из старого фильма «Чужие». Даже свет тут не предусматривался, они видели в темноте.

Потом поднялись на донжон, вышли на балкончик; я рассказывал, где и что, а Дара с любопытством глядела на парящего в небе Запашка.

— Он не опасен?

— Это мой зомбодракон. У меня еще есть ручные зомби, хорошие ребята, но попахивают. Взглянуть не хочешь?

— Спасибо… Ой, у тебя и вертолет есть? Откуда?

— Добыл в НИИ. Была там когда-нибудь?

— Нет, я ищу более простые пути.

Грациозно потянувшись, она оперлась о железный каркас, заменяющий перила, и стала рассматривать марширующих солдат, расформированных по взводам. Я невольно посматривал на ее зад. Прям божественная попенция! Специально ведь так прогнулась. Поймав мой взгляд, она чуть улыбнулась и выпрямилась.