Патроны не кончаются никогда - Михаил Ахманов

Схватка длилась минут пятнадцать. Пленных в ней не брали, пощады не давали, и ни один из вурдалаков не ушел. Разделавшись с последним очагом сопротивления, два десятка Забойщиков собрались вокруг магистра. Ученики бродили по территории, стаскивали головы и трупы к статуям вождей, добивали прислужников. Крепкие у нас ученики, упрямые! Кое-кто из них был ранен, и все едва держались на ногах от напряжения и усталости.

– Тесленко, вызови транспорт, – распорядился магистр. – Саркисян, осмотришь раненых. За молодыми проследи, пусть смоют вурдалачью кровь. Не нужны нам язвы и гангрена! Губайдуллин, свяжись с полицией и прессой, проинформируй и скажи, что акция завершена, могут выезжать. Пал Семеныч, ты останешься на опознание. Кто у нас комиссарит в этом округе?

– Гаврюченков, – подсказал Стругин. – Энергичный, деловой и не мудак. Хотя, конечно, бывает…

– Вот-вот, бывает! – подхватил магистр. – А потому проверь, чтоб вампов всех пересчитали и занесли в протокол. За каждого премия положена! Пока твой счет с комиссаровым не сойдется, протокол не подписывай!

– Слушаюсь, Михал Сергеич, – отозвался Стругин.

– Тогда все. Остальные свободны.

Я вытащил платок и флягу со святой водой, протер лицо и руки от ядовитой крови. Потом разыскал свой плащ и ружье. Сполоснул его тоже, чтоб «шеффилд» не гневался, побывав в вампирных лапах. Коснулся царапины на прикладе, вздохнул и сказал:

– Поторопился ты, дружище, снес герцогу башку… А с Тайной что? Как мы ее теперь узнаем? Только на графиню вся надежа…

Подъехали наши автобусы, черная «Волга» магистра и передвижной санитарно-помывочный пункт. Саркисян погнал к нему учеников. Губайдуллин бубнил что-то в трубку, Стругин с озабоченным видом пересчитывал убитых. Пиворюнас отгонял обитателей свалки, решивших пощупать карманы мертвых упырей. Другие мои коллеги отряхивали пыль с одежды, мылись и чистили оружие. Магистр забрался на холм из покрышек и стоял там, опираясь на клинок, – следил за порядком.

Сунув ружье под плащ, я направился к «жучку». Роскошный герцогский «Роллс-Ройс» с тонированными стеклами был рядом и блестел как новогодняя игрушка. Богатый трофей, подумал я и оглянулся в поисках Тесленко. Он у нас заведует трофеями.

Но тут задняя дверца машины открылась, явив свету женские ножки необычайной красоты и стройности. За ножками появился край узкой юбки, темноволосая головка в шляпе с вуалью, а затем и все остальное. Дама была высокой и грациозной. Строгий черный костюм с оранжевыми рюшами на груди, бледное лицо, скрытое вуалью, яркие карминовые губы и жгучие мрачные глаза делали ее неотразимой и загадочной. И очень знакомой!

– Какая встреча! – восхитился я и потащил из-под плаща обрез. – Сама графиня Батори! – А про себя подумал: кто-то мне сегодня ворожит!

– Не нужно оружия, Дойч. – Резким жестом она откинула вуаль. – И убивать меня не нужно. Убьете – и ничего не узнаете.

– А вы намерены кое-чем со мною поделиться? – спросил я, заглядывая в салон «Роллс-Ройса». Там никого не было, только прислужник на месте водителя. Он съежился от страха.

– Намерена. Теперь, – ответила она, сделав ударение на последнем слове.

– Отчего же не раньше?

– Оттого, что раньше нас было трое, а теперь осталась я одна. Но не будем предаваться пустословию… Вы готовы поехать со мной, Забойщик?

– Для чего? Объясниться мы можем и здесь.

Мадам графиня сморщила изящный носик.

– Здесь? На этом грязном вонючем пустыре? На глазах у сотен оборванцев? Помилуйте, Дойч! О таинствах беседуют в другом месте. При свечах, в уютных креслах, с бутылкой старого вина… Обстановка должна быть подобающей. Мы ведь собрались не скачки обсуждать и не выборы в вашу Думу!

Пожалуй, она была права. Заставив смолкнуть голос осторожности, я опустил ружье и буркнул:

– Хорошо. Поезжайте вперед, а я за вами.

– Это куда? – послышался скрипучий голос. Графиня вздрогнула – к нам шел магистр. Глаза его мерцали как у кошки, завидевшей воробья. – Куда собрался? – повторил он.

– На романтический завтрак при свечах, – сообщил я. – Мадам желает поделиться кое-какой информацией.

– Вот как!

Магистр развернулся всем корпусом и уставился на мою клиентку. Руки его сжимали палаш, и казалось, что он сейчас решает, прикончить ли графиню на месте или дать ей помучиться неизвестностью.

Эльжбета Батори побледнела.

– К-как поживаете, магистр? – произнесла она дрожащими губами.

– Вашими молитвами… – Он вытащил клинок на треть и с лязгом вогнал его в ножны. – Что вы здесь делаете?

– Я приехала с герцогом – сопровождала его, и только! Я здесь сторонний наблюдатель! У вас нет повода подозревать меня в чем-то… в чем-то недозволенном.

– А что, нужен повод? – каркнул магистр, неприятно усмехаясь. – Нужен повод, чтобы обезглавить упыря? Мерзкого кровососа, сволочную бабу, стерву, которая…

Собрав остатки самообладания, графиня выпрямилась.

– Вы оскорбляете меня, магистр! Вы! Тогда как ваша супруга…

– А вот об этом не надо! – рявкнул магистр и потянул из ножен палаш.

Обстановка накалялась, и я решил вмешаться.

– Напомню, что у меня контракт. Настолько важный, что мне передали вот это. – Порывшись в кармане, я вытащил измятый лист и сунул его магистру. – Вот, от самого митрополита… Гильдия и ее Забойщики всегда выполняют свои обязательства. А в этом, кроме графини, никто не поможет. Разве что я отправлюсь на поиски Дракулы.

Прочитав записку, магистр слегка остыл. Ссориться с матерью нашей церковью ему хотелось не больше, чем комиссару Фурсею.

– Тайны, тайны… – недовольно пробурчал он. – Чушь, ерунда! Что бы тебе ни сказали, все будет болтовней и ложью! – Его взор обратился к графине. – Не так ли, моя красавица?

– Вы ошибаетесь, – ответила она. – Великая Тайна существует, но известна немногим из нас. И это… это… – Графиня сложила руки на груди. – Это нечто ужасное! Для вас, для пищи, но не для нас!

– Пища бывает всякая, мадам. Можно и подавиться, – сказал магистр. – Ладно, езжайте! Но чтобы без фокусов! Чтобы с Дойча волос не упал! Не то… – Он погрозил графине палашом. – Время даю до полудня. А где найти ваше сиятельство, я знаю. Отель «Трансильвания», Горки-12, не так ли?

Эльжбета Батори была бледна, а теперь так прямо позеленела. Я тоже удивился – выходит, знал магистр про ее нору! Однако не трогал по каким-то соображениям… Может быть, и с ним контракт заключили?.. И устроил он так, чтобы Петр Дойч устаканил двух вурдалаков, владеющих Тайной, – надеясь, что третий перепугается до смерти?.. Деморализованный противник – не противник… Сложная, конечно, комбинация, и много в ней внезапного и неучтенного, та же Анна например. Но, зная хитроумие магистра, я бы со счетов ее не сбрасывал.