Дом на холме - Екатерина Стадникова

Язык-предатель прилип к небу, когда понадобилось красноречие! Впервые в жизни страх буквально парализовал девочку. Пальцы похолодели, а вот мозги, напротив, готовы были вскипеть. Наконец Альхен нарушила молчание:

– Странный взгляд у твоей... у твоего творения, – голос проникал глубоко в душу прохладной, успокаивающей волной. – Нельзя доверять тому, кто смотрит сквозь тебя.

Щеки Эмилии вспыхнули от странного замечания, но оцепенение прошло, так что она снова могла говорить – и не преминула этим воспользоваться:

– Я поняла свою ошибку, – твердо заявила девочка. – Я должна была прямо сказать родителям обо всем.

– Для начала, вы должны не давать подобных поводов для разговора, – кухарка мягко улыбнулась.

– Завтра я иду в школу? – с надеждой спросила Эмили.

– Не вижу никаких препятствий. – Теперь даже напускной официоз не мог скрыть благостного расположения духа мадам Александры.

Она пожелала своей маленькой леди спокойной ночи и вышла. За окном стремительно темнело. Спрашивать у Альхен о судьбе крошки-пегаса показалось неуместным, равно как и о том, скучал ли Люс.

Оконченный рисунок мирно лежал на столе, но больше не вызывал тех эмоций, что несколько минут назад. Девочка внезапно подняла его и одним движением разорвала на две части! А потом еще и... еще. Клочки разных размеров и форм устилали пол...

Остановившись, Эмили заметила укоризненный взгляд светлых глаз с почти прямоугольного кусочка бумаги, и ей стало невыносимо жалко. Ведь картинка не виновата!

Девочка бережно подняла «безжизненные глаза», открыла заветный ящик и вложила их между страницами дневника, чтоб не потерять.

Если у Эмилии и были какие-то планы на вечер, то откуда ни возьмись свалившаяся усталость свела их на нет. Наскоро умывшись, она забралась под одеяло и моментально уснула, стоило только тяжелой голове коснуться подушки.

Утром Эмили уже не напоминала самой себе живое желе, как на прошлой неделе. Она с готовностью подскочила по первому требованию, привела себя в порядок, оделась и даже выбежала попрощаться с отцом до завтрака.

Бодрость пропитала все тело от кончиков пальцев ног до макушки. Зная, что Альхен перед выездом всегда нервничает, девочка неслась по дорожке так быстро, как могла, – нужно было успеть навестить Патрика и вернуться.

Собственно, не столько садовника хотела видеть мисс Эмилия, сколько крошку пегаса. Поэтому, миновав коттедж, она направилась прямиком к амбару в надежде обнаружить удивительное существо там. Навалившись всем своим весом на тяжелую дверь, она с большим трудом сдвинула ее с места.

Внутри оказалось мало что невероятно темно, так еще и пусто! Сердце оборвалось и гулко плюхнулось в желудок. Неужели отец и мадам Александра вынудили-таки Падди вернуть малютку злодеям-хозяевам!? От одной мысли об этом становилось жутко и к глазам подступали слезы!

Эмили сделала шаг под свод. Надежда, она ведь великая сила! Сухая трава мягко шуршала под ногами вместо привычного стука каблучков, спертый воздух точно застревал в горле Щекочущей пылью. Внезапно девочка споткнулась обо что-то твердое. Судя по звуку, это было металлическое ведро или Патрикова садовая лейка...

Локти и колени саднили. Стоя на четвереньках, Эмили проклинала собственную неуклюжесть и гадала, насколько испорчен костюм.

– Мисс! – взревела от негодования Альхен где-то за спиной.

– Я... я упала... я...

Нечасто девочку заставали на месте преступления.

– Немедленно идите сюда! – мадам Александра выглядела свирепо. – Скажите на милость, что принесло вас в амбар?

– Я... я... – мямлила бедняжка, сгорая от стыда.

На свету стало понятно, что белые гольфы и манжеты уже не такие белые, как раньше. Не хватало только из-за этого остаться дома! Разумеется, вся грязь убиралась в два счета, только уж очень недобро сверкали желтые глаза.

– Кто виноват, мы разобрались, – строго оборвала женщина. – По существу, пожалуйста.

– Где пегас? – хотела Эмили еще прибавить «мой», но прикусила язык.

– Вот оно что... – Блондинка скрестила руки на груди. – Может, следует кого-то оставить дома?

– Нет, мадам. – Семейная черта всех Варлоу – редкое упрямство – проявлялась с самого детства.

Альхен пожала плечами и, взяв маленькую мисс за руку, поспешила к коттеджу. В конце концов, до выезда оставалось совсем мало времени, а с формой действительно нужно было что-то делать.

Когда девочка поняла, что на ее вопрос никто отвечать не собирается, страшные мысли полезли в голову. Эмили представила, как крошку-пегаса в мешке везут обратно в город, как радуются те, кого Патрик назвал «живодерами», а о дальнейшем и думать не хотелось!

Разговора не получилось... он будто оборвался на полуслове. Осталось неприятное ощущение в груди, напоминавшее порванный барабан. Наверное, именно так заканчивается веселье.

Альбоура, как и в прошлый раз, сама несла их в школу, только теперь Люсьен не провожал. На пирсе вообще никого не было, и от этого сделалось совсем тоскливо.

* * *

Никодемас встретил подругу у расписания. Мальчик выглядел крайне озадаченно: он покачивался на носочках с совершенно отсутствующим видом. Вскоре Эмили поняла, что многие одноклассники также находятся в холле и не менее растеряны, чем Никодемас.

– Что-то случилось? – осторожно поинтересовалась она после приветствия.

– Угу... – кивнул тот. – Старичка-то нашего списали, а значит, ожидается новый историк... или, того хуже, историчка.

Выяснять, чем «историчка» хуже «историка», желания не возникло.

– Для меня все учителя новые, ничего страшного, – вместо этого заверила Эмили.

– Да... Только раньше у нас не было уроков в подвале! – мальчик растянул свои тонкие губы так широко, как смог.

– Неужели другие классные комнаты все заняты?! – сказала и сама не поверила (школа не выглядела маленькой).

– В том-то и фокус, что нет. – Никодемас убрал волосы с лица. – Мы не знаем, кто это придумал. Даже наши задаваки не в курсе.

– Странно... – протянула она.

– Эй, ребята, постойте... я здесь! – Роби пробиралась в потоке учеников к друзьям.

На нее одну новость о «переезде под землю» подействовала положительно. Робин повыше перевесила сумку с книжками и всем своим видом продемонстрировала готовность принять перемены как есть.

– Чего тянуть? До начала занятий не так много времени... – сказала она. – Пора идти вниз.

– А ты знаешь, куда именно? – скептически скривился мальчик.

– Я знаю того, кто знает, – многозначительно ответила та. – Подсказка: он всегда грустит и у него черные волосы, а еще большая связка ключей на поясе.