Человек вспоминающий - Константин Протасов

Парадная залита багровым, усеяна трупами.

Манус помогает раненому Маскерусу. Тот в крови, но, похоже, раны его не смертельны.

В центре парадной на одной из прелестниц замер Торстус. Мертвые пальцы оборотня под следопытом вонзили длинные когти в его шею и плечо, клыки впились с другой стороны. Обезображенное ужасной гримасой, побледневшее лицо девицы так и замерло в своем последнем укусе: Торстус перед смертью успел вспороть живот обидчицы, забрав ее с собой. Огромные глаза твари смотрят прямо на Рурта, но ничего больше не видят. Принц же в них видит бессмысленный, не погасший еще гнев.

Туанец мгновенно подскакивает к следопыту, переворачивает его на спину, предварительно избавив от проклятых объятий прелестницы.

— Торстус мертв… — Он склоняет голову. — Ты — Воин Света, брат мой!

— Нужно проверить все! Возможно, найдем Па-бруса! — раздается за спиной голос. — Или его тело…

Для начала осмотрели спальню хозяев. Там, кроме мертвого мужчины, больше нет никого. В остальных комнатах так же пусто. Только в гостевой спальне всхлипывает завернувшаяся с головой в одеяло хозяйка, ее решают пока не трогать. Принц хватает за руку Рору, увлекая за собой, и все оставшиеся в живых покидают дом через зловещую парадную и прихожую — на крыльцо.

— Это еще не конец, — по пути говорит Рурт, — королевы среди убитых нет. Будьте наготове!

Среди горы трупов на месте схватки не было тела той самой, которая когда-то хотела приласкать Рурта убийственной лаской. Прозрачная накидка, окаймленная золотой нитью, не осталась на полу парадной вместе со своей хозяйкой Пейриндой Лучшей.

Королева попросту не участвовала в драке и вообще не показалась. Значит, опасность все еще велика. И Пейринда наверняка не осталась одна!

Где же Набрус? Может, все-таки он схватился с ней? Как предводитель с предводителем…

На улице не оказалось никого. Осторожно обошли весь двор. Начинало светать.

— Набрус! — выкрикнул Арумус.

Ответа не последовало. Они не услышали ни голоса предводителя, ни признаков схватки, только животные в сарае редкими звуками пугали ночную тишину. В соседних окнах горел свет: дикие вопли прелестниц этой ночью были слышны всем жителям крохотной деревушки. Но выходить люди побоялись.

Решили вернуться в дом, а поиски Набруса возобновить позже, когда полностью рассветет. Большинству нужна была помощь. Рурт все сильнее чувствовал боль в раненом плече и щеке, с потерей крови приходила слабость.

Когда все, кто остался от некогда многочисленного отряда, вернулись в парадную, они застали там…

Предводитель, живой и невредимый, стоял в центре залитой кровью залы.

Вопросительные взгляды не нашли ответов.

— Уходим немедля! — громко, но спокойно сказал он.

— У нас раненые, погибшие… — Голос Арумуса не мог быть спокойным.

— Погибших оставляем! Рвите рубахи, перетягивайте раны, нельзя оставаться здесь ни минуты! По коням!

— Там в комнате живая хозяйка! — воскликнул Рурт.

— Ты предлагаешь взять ее с собой?

Не прошло и четверти часа, а быстрые кони увезли своих всадников далеко от деревни. Набрус разрешил короткую остановку, чтобы обработать и снова перевязать опасные раны.

На востоке встающее из-за гор солнце, словно яркие капли крови, разбросало по склонам багровые блики. Члены отряда только остановили коней и еще не успели с них слезть, когда со стороны деревни слабым отголоском долетел до их ушей знакомый вопль. Вероятно, это были Пейринда и другие оборотни, обнаружившие своих поверженных соплеменниц.

Принц поступил правильно, настояв на том, чтобы Нену отвели к соседям. Прелестницы не станут сейчас же потрошить деревню: они ночные хищники, и на сегодня их время прошло.