Гость полнолуния - Ярослава Лазарева

«Серебряный ошейник», или так называемый «ошейник оборотня», нужно надеть на живого монстра. Устроен он просто: на жесткой кожаной ленте ставятся острые клепки из серебра, иногда их заменяют тонкими иглами. Ставятся они не снаружи, а остриями внутрь, чтобы впивались в горло. Далее предстоит выловить оборотня, желательно в полнолуние, причем в обличие зверя. Если надеть на него ошейник, то, согласно поверью, он не сможет превратиться в человека».

«Оборотни – страшные и крайне опасные хищники, потому что в них сочетается дикость зверя и ум человека. Они всегда крайне осторожны и осмотрительны. Священники считают, что убить оборотня можно заточкой, сделанной из серебряного креста».

Прочитав это и многое другое на тему оборотней, я крепко задумалась. Полученная информация совсем не вязалась с тем, что я узнала от Венцеслава и Влада. Славы вызывали симпатию, никакой опасной и кровожадной сущности я в них не видела. Хотя, конечно, мое знакомство с ними было пока поверхностным. И снова меня начали тревожить мысли о моей, возможно, измененной природе. «Зверь учит человека преодолевать голод и сонливость, дает силу в бою, делится остротой обоняния, зрения, осязания, он может дать человеку любую собственную черту и способность».

«Кто я теперь? – метались мысли. – Венцеслав ответил уклончиво, когда я его спросила создалось впечатление, что он и сам не знает, чем может обернуться для меня лечение. Еще бы! Такой случай был впервые в его служении Жемчужине».

Меня снова начало одолевать волнение, но усилием воли я взяла себя в руки. Решила быть крайне внимательной к себе, отслеживать все появляющиеся странные реакции организма, неадекватные желания и новые способности, если они вдруг возникнут.

«Катя, возьми телефон, это он звонит, это он…» – раздалось из моей сумки, и я так сильно вздрогнула, что дернула мышкой. Окно закрылось.

– Хватит читать про оборотней! – решила я и быстро позакрывала все ссылки. – Но мелодию пора сменить!

Я взяла телефон. Номер мне был не знаком. Отчего-то решив, что это Илья, я не стала поднимать трубку. И тут же с этого номера пришло СМС. Это оказался не Илья.

«Лиля, как ты добралась? Все ли хорошо? Почему не ответила на звонок? Влад».

Я перезвонила.

– Привет, – услышала я в трубке его низкий голос и начала волноваться.

– Извини, я не слышала звонок, – быстро пояснила я. – К тому же не знала, что это твой номер. Доехала отлично. Уже дома. Ты как?

– Все хорошо, – ласково ответил он. – Но очень по тебе скучаю. Думаю о тебе каждую секунду.

– Я прочитала легенду о Багровой Жемчужине, – сказала я. – Очень грустная история!

– Нельзя нам, рысям, любить обычных людей, – после паузы тихо произнес Влад.

– Вот и я про то!

– Буду через три дня в Благовещенске, – сообщил он.

Я сама удивилась, как обрадовалась известию.

– Как приедешь, сразу позвони, – сказала я.

– Обещаю, – ответил он.

И мы попрощались. Я прижала прохладные ладони к пылающим щекам.

«Катя, возьми телефон…» – вновь услышала я и схватила трубку. На этот раз была Тоня.

– Долго дома сидеть будешь? – недовольно спросила она. – Мы же договорились!

В беседке я увидела не только Тоню, но и Женю с неизменной гитарой в руках. Мы расцеловались.

– Офигенно выглядишь! – заметил Женя. – Отдых пошел тебе на пользу.

– Илюха не звонил? – округлив глаза, спросила Тоня. – Весь наш двор на ушах. Он прислал несколько фотографий на «мыло» одному своему другу. Тот всем ребятам разослал да еще и у себя на страничке «В контакте» выложил. Я видела. Полный отпад! Илья там просто супер-пупер! Настоящая модель! Хоть сейчас на обложку!

– Он мне написал, – сообщила я. – Рассказал, что Злата поселила его в отдельную квартиру на Манхэттене, он ходит с ней по показам, ну и все в этом роде.

– Что ж, карьера модели, да еще и в Америке, тоже вариант! – заметил Женя.

И улыбнулся.

– Да это вообще такая везуха! Счастливый Илья! – подхватила Тоня.

– А ты поедешь? – поинтересовался Женя и пристально посмотрел мне в глаза.

– Вот-вот! – встряла Тоня. – Скажи ей! Такой шанс на халяву в Нью-Йорк прокатиться! Ты же говорила, что можно весь август там провести. А месяц только начался.

Тоня явно поменяла свое мнение насчет моей поездки в Нью-Йорк.

– Что вы, ребята, на меня насели? – засмеялась я. – Не забывайте, что еще утром я была в деревне! В себя пока не успела прийти, а вы с такими вопросами!

– Боимся, упустишь свой шанс, – ответила Тоня.

– А родители что говорят? – спросил Женя.

– Они только за! – ответила я.

– Тем более! – обрадовалась Тоня. – Поезжай! Чего тут сидеть? И фоток побольше сделай. Потом мне перешлешь, а я у себя на страничке выложу. Все френды обзавидуются.

– По поводу фоток можешь не сомневаться, – ответила я.

– Ты изменилась, Лиля, – вдруг сказал Женя. – Не пойму, в чем дело.

– Да? – изумилась Тоня и внимательно в меня вгляделась. – Загорела, конечно, но больше ничего такого не вижу.

– Ты сборник мой не потеряла? – с улыбкой спросил он.

– «Капли крови»? – уточнила я.

– Да! А то у меня различные мелодии в голове крутятся. Уж очень стихи цепляют.

– Вы о чем? – не поняла Тоня.

– Женя мне дал почитать томик со стихами некоего Григория Грега, – пояснила я. – Знаете, что я выяснила?

– Что? – одновременно проговорили они, переглянулись и рассмеялись.

– Грег – бывший вампир! Я сама в блогах инфу читала.

– Враки! – не поверила Тоня. – Насмотрелись все этих фильмов про вампиров и сейчас выдумывают невесть что! И записи соответствующие делают. Лишь бы свой рейтинг поднять!

– Не хочешь – не верь! – улыбнулась я. – К тому же ты и его стихи не читала.

– Да, стихи странные! – подтвердил Женя.

Он взял гитару, провел пальцами по струнам, настраиваясь.

– Я положил одно из них на музыку. Уже в клубах исполнял несколько раз. Публике нравится, – сообщил он. – Вот, девочки, послушайте!

Тоня сразу замолчала и уселась удобнее. Женя тихо, но проникновенно запел:

Я позабыл давно о солнце,

О ясном ярком дне.

Души разбитое оконце

Покоилось на дне

Огромной ямы, где чернели

Сгоревшие мечты,

Надежды саваном истлели…

Но вот явилась ты!

И на пути ночном и долгом

Вдруг вспыхнул огонек

И сквозь разбитые осколки