Хранитель Мечей. Странствия мага. Том 1 - Ник Перумов

Игнациус Коппер смотрел на юную чародейку со всёвозрастающим изумлением. Видно было, ему до невозможности хочется спросить её, а откуда же, собственно, мадемуазель всё это известно, – однако он удержался.

– Ну, мечтали многие, а сделал я, – холодно сказал он. – Не будем отвлекаться. Орб, как я его называю, защитит вас, мадемуазель, от волшебства госпожи Хюммель, а вот это… – на ладони старика невесть откуда появилась небольшая коричневая коробочка, украшенная затейливо-непристойной резьбой; Архимаг перехватил взгляд Сильвии, недовольно поморщился, но оставил без внимания, – а вот это поможет, э-э-э… поможет избежать неприятных встреч по дороге. Моя посланница не должна тратить время на глупые драки в Межреальности. – Пальцы Архимага осторожно откинули крышку и извлекли на свет маленький человеческий череп. Это была не игрушка и не искусная подделка – это был настоящий череп. Но то ли нерождённого ребёнка, то ли… – Мадемуазель делает правильные выводы, – сухо кивнул Игнациус. – Череп нерождённого сына… ну, сами должны догадаться, кого.

Глаза Сильвии сделались словно два имперских цехина.

– Не может быть! – выдохнула она, не сводя глаз с крошечного черепа.

– Очень даже может, мадемуазель. – Тон Коппера был по-прежнему нелюбезен. – Вы должны понимать, какое значение я придаю вашей миссии, если готов ради неё расстаться с таким сокровищем. Ну да, да, вы смогли бы купить за это несколько миров. И я даже знаю тех, кто с радостью уплатил бы за него ещё больше… но, к счастью, я пока ещё Архимаг Долины, – старик желчно усмехнулся, – и на покой меня списывать рано. Так что едва ли вам удастся без помех обменять эту небольшую, но, безусловно, более чем ценную вещичку на звонкую монету или что-то ещё. Вам всё понятно, надеюсь?

Сильвия молча кивнула.

– Кроме Орба, мадемузель, и этого черепа, вам потребуется и кое-что ещё. – Архимаг нагнулся, доставая из-под стола сундучок с окованными чёрным железом углами – впрочем, это наверняка было не обычное железо, так же как чешуйчатый материал, которым был обит сундучок, мало смахивал на обычную кожу, скорее всего – на драконью броню. В таком случае цена такого сундучка оказалась бы выше, чем потянули бы огранённые бриллианты, которыми оный сундучок можно было б набить. Замок, тоже из кованого чёрного железа, являл собой оскаленную звериную пасть, и не приходилось сомневаться, что зубы замка в случае надобности могут и тяпнуть похитителя за загребущую руку.

Архимаг провёл ладонью над замком, и устрашающего вида клыки разомкнулись, крышка откинулась сама собой.

Затаив дыхание, Сильвия невесть зачем приподнялась на цыпочки и осторожно заглянула внутрь.

В дни давно минувших эпох, как известно, едва ли не все действующие маги с полным основанием смогли бы присоединить к своему титулованию «волшебник имярек» ещё и слово «боевой». Война во всех её бесчисленных проявлениях очень долго оставалась чуть ли не единственным приложением их сверхчеловеческих сил. Воевали всюду и со всеми. Причём случалось, что иные мастера высших трансформаций во имя своих не слишком понятных целей вступали в битвы, например, на стороне чёрных земляных муравьёв против их рыжих лесных соперников.

Кровь магов бурлила и кипела тогда. Сила требовала выхода, и, наверное, в те годы не оставалось ни одного хоть сколько-нибудь значимого чародея, кто не постарался бы обессмертить своё имя, создав нечто особенно смертоносное – начиная от классических зачарованных клинков до каких-нибудь особенных зеркал, солнечный зайчик от которых мог с лёгкостью испепелить средних размеров город. В те годы не редкостью были и битвы магов между собой и оттого создаваемое ими оружие не в последнюю очередь предназначалось для борьбы с себе подобными.

Внутри сундучок был выстлан чёрным бархатом. В аккуратных подставках-захватах покоился невзрачный на вид короткий кривой нож-засапожник, из какого-то серого железа, с простой деревянной ручкой из обожжённого древесного корня; лезвие покрывали многочисленные зазубрины, вдоль кровостока тянулись длинные царапины – нож, вне всякого сомнения, побывал не в одном бою. На деревянной рукоятке отчётливо можно было рассмотреть следы чьих-то зубов.

– Ну вот, – тихо сказал Игнациус, – это то, что нужно вам, мадемуазель, по-настоящему. В бою полагайтесь на него. Рубиновая шпага Хюммель хороша, спору нет, но этот нож – лучше. Много лучше.

– Мессир, осмелюсь ли сказать вам, мессир, что выходить с ножом против длинной шпаги не очень-то сподручно, мессир, принимая во внимание также и то, что Хюммель – виртуоз фехтования? – позволила себе заметить Сильвия.

– Вы считаете меня глупцом, мадемуазель? – холодно сказал Игнациус. – Вы считаете, что я выпущу вас против опытной фехтовальщицы с перочинным ножичком?

Сильвия мгновенно покраснела до ушей и поспешно замотала головой.

– Пожалейте свою бедную шею, она вам ещё понадобится, – едко уронил Архимаг. – Доверьтесь мне, мадемуазель, и всё будет в порядке. К сожалению, у меня нет времени на изготовление такого артефакта, что Хюммель оказалась бы связана по рукам и ногам от одного его появления, так что придётся вам попотеть самой.

– Но, мессир, таким ножом… – выдавила из себя Сильвия.

– Что, мадемуазель? – взлетели вверх кустистые брови.

– Им можно только убивать в рукопашной. Только убивать, мессир, и ничего больше, им не обезоружишь противника, не оглушишь…

– Что вы хотите этим сказать, мадемуазель? – раздражённо перебил её Игнациус. – Я уже объяснил вам всё, что только мог. Есть у вас голова на плечах или нет?!

Сильвия опустила голову и ничего не сказала.

– Ножен к этому ножу не полагается, – сварливо сказал Игнациус. – Вам придётся носить его за сапогом, как и задумывал его создатель.

Сильвия поспешно кивнула и принялась засовывать клинок за правое голенище невысокого сапожка.

– И не бойтесь выронить, – с кривой усмешкой сказал Игнациус. – Он теперь никуда не денется… пока задание не будет выполнено. Ну вот, – он критически оглядел девушку с ног до головы, – вы готовы. Еду и прочие дорожные припасы получите от моего доверенного на заставе. Не задерживайтесь, мадемуазель. Мой гоблин будет там раньше, чем вы, быть может, думаете. – Не прощаясь, Архимаг повернулся спиной к девушке и скрылся в глубине дома.

Сильвия осталась одна. Орб она держала в правой руке, маленький череп – в левой; нож притаился за правым голенищем, да так ловко там улёгся, что она его совершенно не чувствовала.

Гостиная великого волшебника была пуста, ехидно скалился трон бесчисленными пустыми глазницами охотничьих трофеев Игнациуса, и казалось – мёртвые чудовища неотрывно наблюдают за новой фавориткой своего победителя, словно говорят: погоди хвалиться, может, твоя голова вскоре присоединится к нашим…